Любовь — азартная игра - Линда Холл

— Что ж, хорошо, — Уэсли задумчиво почесал затылок. — Все-таки ты боишься чего-то. Если дело в Малоуне, то ради тебя я готов разобраться с ним.

— Уэсли, ни в коем случае! — воскликнула Синди. — Он этого не заслужил.

Конечно же нет. Если она и пыталась скрыться от кого-то, то прежде всего от себя, от своей непредсказуемой реакции и бестолковых эмоций.

На следующий день Синди отправилась в офис «Малоун билдинг фэнтази», но встретила там одного лишь старика Теда, который сразу предложил ей свою помощь.

— Мистер Малоун сказал мне побыть рядом и помочь тебе, пока его не будет, — сказал он.

— Эйнджел куда-то уехал? — удивилась Синди.

— Вынужден был срочно улететь в Перт. Разве он не позвонил тебе?

— Нет, — растерянно ответила она, подумав, что у Эйнджела не было ни малейших оснований так поступить.

— Дело в том, что его брат попал в аварию, — сообщил Тед. — Он, если ты знаешь, директор нашего филиала в Перте.

В памяти Синди разом всплыли воспоминания об аварии, в которую попали ее родители: о том, какой удар она испытала, впервые узнав шокирующие известия, как потом, охваченная холодным ужасом, долго не могла понять, что ее матери больше нет, и о том, как боялась вновь увидеть отца, зная, что тот на всю жизнь останется инвалидом.

— Он сильно пострадал?

— Не знаю, — покачал головой старик. — Но мистер Малоун был очень взволнован.

Эйнджел почти не рассказывал ей о своих родственниках, но о брате всегда упоминал с особой теплотой. Ей хотелось, чтобы у нее появился шанс высказать Эйнджелу свое искреннее сочувствие и, возможно, как-то помочь. Но его голова сейчас будет полна мыслями о брате и о том, что в первую очередь нужно для него сделать. Она не могла рассчитывать на то, что Эйнджел вспомнит о ней в такую минуту.

Тед принес стремянку и постоял немного, наблюдая за тем, как Синди критически осматривает мозаику, проверяя, все ли плитки уложены ровно. Потом она надела перчатки и принялась очищать те места, где оставались следы раствора.

Вечером следующего дня Синди закончила очередной этап работы. Тед отнес лестницу в подсобное помещение, а Синди спустилась в фойе, чтобы снизу оценить свое произведение.

— Очень хорошо, — похвалил Тед, когда вернулся. — Тебе есть, чем гордиться.

Синди улыбнулась. Получилось все так, как она задумала, но ее не покидало внутреннее беспокойство по поводу того, что она забыла или не смогла воплотить в своей мозаике нечто очень важное.

Сколько бы она ни перебирала эскизы, так и не смогла пролить свет на причину своих волнений.

Уэсли застал ее в мучительных раздумьях.

— Что-то здесь не так, — растерянно проговорила она, подняв голову. — Только вот никак не могу понять, что именно.

Встав рядом и склонившись над эскизами, Уэсли сказал:

— Отличные картины. Ты уверена, что не слишком взыскательна к себе?

— То, что получается на стене, кажется мне незавершенным, — покачав головой, возразила Синди. — Как будто не хватает чего-то важного.

Уэсли, сосредоточившись, еще раз внимательно изучил все эскизы и сравнил их с тем, что было на стене. Наконец, кивнув на один из эскизов, нерешительно заметил:

— Синди… На твоей фреске из легкой дымки совершенно отчетливо и ясно проступает лишь слитое со скалой здание. А на этом эскизе так же сочно и откровенно выглядит еще один элемент картины — темно-зеленый куст гардении с глянцевыми, блестящими листьями и с единственным распустившимся белым цветком.

Всмотревшись в эскиз, Синди сказала:

— Да, я в одном случае изобразила… эту деталь, но потом посчитала ее лишней…

— Как хочешь. — Уэсли пожал плечами и засеменил к экспонатам. — Тебе решать…

Вечером следующего дня Синди, как обычно, пришла в офис «Малоун билдинг фэнтази».

Все утро и день дул сильный ветер, временами моросил дождь. Звук шин на мокром асфальте сливался с шумом работающих экскаваторов на строительной площадке по соседству. Последнее время бригады работали до самой темноты. Очевидно, подрядчик не укладывался в сроки.

Тед принес для нее лестницу-стремянку и, разложив, проверил на устойчивость.

Держа в руке цветной эскиз, Синди начала не спеша переносить его на фреску, раскрашивая мозаику. Она все-таки скопировала куст гардении с единственным цветком, сделав его намного крупнее. Постепенно, полностью сосредоточившись на фреске и совершая размеренные мазки кистью, она забыла о том, что происходит вокруг.

— Надо же, даже мне теперь понятно, что так лучше, хоть я и не знаток в искусстве, — восхищенно проговорил Тед спустя несколько часов.

Синди смущенно улыбнулась в ответ. Обмакнув кисть, она принялась раскрашивать куст с цветком и уже собиралась сделать последний мазок белой краской, когда услышала стук двери.