Платье из черного бархата - Кэтрин Куксон

– Что я наделал, мама, что я наделал, что теперь со мной будет! – в отчаянии кричал Дэйви, все теснее прижимаясь к ней.

О, что с ним будет! Рия едва сдержала крик: ей очень живо представилась виселица, а на ней Дэйви. Потому что именно виселица грозила ее сыну, если человек, истекающий кровью у их ног, вдруг умрет. Стиснув плечи Дэвида, она крикнула:

– Беги за Толом, найди его, обязательно найди его! – Но когда Дэвид готов был сорваться с места, она схватила его за руку и, задыхаясь от волнения, зашептала: «Не говори ему, что это сделал ты, скажи…

что с хозяином несчастный случай. Да, именно так и скажи.

Рия отпустила руку Дэйви, и он побрел, качаясь как пьяный. Он напоминал в тот момент юнца, впервые хлебнувшего спиртного. Рия подошла к Персивалю Миллеру. Тот лежал на боку, судорожно хватая ртом воздух. Повернув к ней голову, он попросил слабым прерывающимся голосом: «Доктора… позовите доктора» – и бессильно уронил голову на траву. Только тогда Рия окончательно очнулась. С отчаянными криками: «Джонни! Джонни! Мэгги!» – она стремглав бросилась бежать назад к дому.

Первой ей встретилась Мэгги.

– Беги в дом! – истошно закричала Рия. – Передай Бидди, чтобы принесла простыни, с хозяином несчастье. Быстрее, быстрее же!

Мэгги несколько секунд испуганно смотрела на мать, потом опрометью кинулась к дому. Как раз в этот момент с пустой корзиной появился Джонни.

– Сюда! Сюда, – позвала его Рия, и он поспешно подбежал к ней.

– Ты быстро бегать можешь, да? – крикнула она, отбирая у него корзину.

– Да, мама, да, я бегаю очень быстро.

– Тогда беги в деревню к священнику. Пусть пошлет кого-нибудь на лошади за доктором.

Джонни приготовился бежать, но остановился и уточнил:

– Мне надо сказать доктору… нет, священнику, послать за доктором? С нашим Дэйви что-то случилось?

– Нет, скажи, беда с хозяином. Несчастный случай – он сильно порезался.

– Чем, мама?

– Да беги же ты, наконец.

Джонни понесся из сада во всю прыть, на которую были способны его молодые ноги. Рия тоже побежала, но назад вдоль изгороди, в поле.

Мистер Миллер лежал в том же положении, в каком она его оставила. Только сухая трава у его бедра пропиталась кровью. Рия опустилась на колени и заставила себя раздвинуть порезы на одежде. Она ахнула, увидев раны. И все время губы ее твердили: «Ах, Господи! Ах, Боже мой!»

Рия схватила руку хозяина и безуспешно попыталась остановить кровь, сжимая рану. Ничего не получалось и она вскочила, в отчаянии позвав: «Бидди! Бидди!» И словно в ответ на ее призыв, из-за изгороди появились запыхавшиеся Бидди и Мэгги с простынями. Рия подскочила к дочерям, схватила верхнюю простыню из рук Бидди и начала яростно рвать ее, крича: «Рвите простыни на полосы!»

Забинтовав руку хозяина неровными полосами ткани, Рия повернула на спину его бесчувственное тело и едва сама не лишилась чувств, когда увидела разрез, оставленный косой на его брюках и белье. Она раздвинула в стороны набухшую от крови ткань и прикрыла сложенным в несколько раз куском простыни то место, где находилась рана. После чего она забинтовала бедро длинными полосами простыни, которые ей подавали девочки.

– Что случилось, мама?

– Помолчи, потом скажу! – оттолкнула она Бидди.

– А где Дэйви, ма? – не унималась дочь. Голос ее дрожал, и вместо того чтобы снова прикрикнуть на нее, Рия тихо сказала:

– Ищет Тола.

– Правильно, Тол знает, что делать, он поможет. Но сколько крови, мама. Ой, сколько крови!

– Замолчи, замолчи сейчас же! – снова не выдержала Рия и тут же сменила тон: – Смотрите, он приходит в себя.

Персиваль Миллер с громким стоном открыл глаза.

– Ах, Рия, Рия, – невнятно пробормотал он, увидев склонившуюся над ним женщину.

Его слова вызвали в ее душе волну гнева. Ей хотелось крикнуть ему: «Вы сами виноваты. Вам хотелось поиграть в отца, потому что отцом вы быть не можете?»

Да, теперь ей все стало ясно. Он один из тех, кто не может соединиться с женщиной. Господи! Как же она раньше не догадалась! Что он пытался сделать с Дэйви, если вынудил парня совершить такое? Дэйви сказал, что хозяин схватил и держал его, но это еще не повод, чтобы покалечить человека. Дэйви не получил пони, и разочарование оказалось настолько сильным, что привело его в ярость. Она никогда еще не видела сына таким взбешенным. Но, Господи, что же будет дальше? Перед ее глазами снова возникла виселица. Она знала, что никто не поверит в несчастный случай. Одного вопроса судьи будет достаточно, чтобы выяснить правду. Дэвид не способен лгать.

Бидди смогла бы взять грех на душу, случись с ней такое, или если бы понадобилось спасти чью-либо жизнь. Но Дэйви из другого теста. У него не хватит ни решимости, ни способности постоять за себя.

– Рия…

– Помощь близко, – успокоила она и заглянула в глубоко запавшие глаза на посеревшем лице.

– Рия… – Он протянул к ней здоровую руку, она отшатнулась. Увидев выражение ее лица, хозяин закрыл глаза.

Повязка на руке остановила кровь, но бинты на бедре бурели, и от их вида к ее горлу подступала тошнота.

Тол появился не со стороны главной дороги, а пришел полями, часть которых принадлежала Галлмингтонам. Рия не ждала его отсюда.

– Боже правый! – Он потрясенно смотрел на распростертое на земле неподвижное тело. Мистер Миллер снова потерял сознание. – Что здесь стряслось? От Дэйви я ничего не смог добиться.

– Произошел… несчастный случай.

– За доктором послали?

– Да, Джонни побежал в деревню.

– Джонни? – удивился Тол.

– Я велела ему попросить священника съездить за врачом. А где Дэйви, Тол?

– Он страшно испуган и отказался идти со мной. Так что же здесь все-таки случилось?

Она покачала головой.

– Я… потом все объясню. А сейчас надо перенести хозяина в дом.

– Да, да, – соглашался Тол. – Хорошо бы уложить его на дверь.

– Какую дверь? Двери у нас нет.

– Тол, у нас есть большая тачка, – вспомнила Бидди.

– Хорошо, а где она? – деловито спросил он.

Бидди побежала, показывая дорогу. Тол бегом последовал за ней. Через несколько минут он вернулся с тачкой, хоть и грязной внутри, но сухой. Рия постелила в нее последнюю простыню. Потом они встали по обе стороны от хозяина, и Тол стал командовать:

– Просунь одну руку ему под плечи и возьми меня за руку, а теперь другую руку пропусти под ногами. А ты, Бидди, держи тачку.

Вместе они уложили окровавленного мистера Миллера в тачку. Тол продолжал распоряжаться: