Весна для репортера - Максим Замшев

– Пока не пойму. Я никогда не стремился к этому. А несколько дней назад Кабанов вызвал меня и заявил, что начальству требуются новые лица. Старым якобы нет доверия. Вот меня и привлекли как это самое лицо.

– Новые лица? Это что-то новое. Извини уж за тавтологию.

– Я мог отказаться, но не отказался. Не знаю даже почему. Наверное, боялся того, что меня сочтут слабаком.

– Правильно сделал, что согласился.

– Почему так считаешь?

– Не волнуйся. Все будет хорошо.

Так хочется, чтоб она была права…

– А когда твоя мама сюда переехала? – Слова уже не приходилось подбирать. Они сами складывались в предложения.

– Она никогда и не покидала Киев. Это я в свое время подалась в Москву в поисках счастья.

– Нашла?

– Раньше думала, что да. Теперь… не имеет значения… – Она чуть заметно покраснела. – Слушай, мы ведь ничего не заказали из еды. Ты что будешь?

– Я бы съел какой-нибудь бифштекс… с кровью. – С ранней юности мной владело заблуждение, что женщинам нравятся мужчины, которые любят мясо. И хоть все давно развеялось, но сейчас интуиция подсказывала мне, что необходимо сделать именно такой заказ.

– А какой-нибудь салат? Не хочешь? – Она держала себя со мной так, будто мы уже стали близкими людьми и это обязывает ее заботиться обо мне.

– Можно. Что посоветуешь?

Взгляд Нины скользнул по меню.

– Я, конечно, не спец в здешней кухне, но меня привлекает название «Голодный стафф».

– Давай.

Я собирался позвать официантку, но Нина опередила меня, не дав и рта открыть. Сделав заказ, она взглянула на меня победоносно, потом подняла бокал и потянулась им ко мне.

– Давай за тебя. Я рада, что мы сегодня ужинаем вместе. – Она произнесла это просто, почти обыденным тоном.

– А уж как я рад! – Ничего не существовало сейчас для меня диковинее этой ее обыденности.

– Я боялась, что ты не придешь. Найдешь какой-нибудь предлог. Еще раз прости меня за вчерашний мерзкий случай, которому я невольно стала виной. Мне до сих пор жутко неудобно.

– Не стоит переживать. Я, в конце концов, тоже был не слишком деликатен, когда потащил тебя танцевать.

– Это, конечно, было что-то. Но ты хорошо танцуешь.

– Ты первая, кто мне об этом говорит. Здесь, кстати, скоро будет живая музыка. Повторим танец?

– Видно будет. – Она улыбнулась.

– Значит, ты родом отсюда, из Киева?

– Да. Это мой родной город.

– Как ты расцениваешь то, что здесь сейчас происходит?

– Не застольный разговор. Но если коротко: тут происходит то, что должно было произойти.

– А по крови ты русская или украинка?

– Украинка.

– И на мове розмовляешь?

– Размовляю. И тебя научу.

– В смысле?

– Не бойся. Я пошутила. Хотя если ты захочешь…

Салат «Голодный стафф» представлял собой горку из кусков бекона, половинок вареных яиц и разных овощей, изрядно сдобренных майонезом.

– Не очень это полезно на ночь глядя. Но сегодня можно… – Она вздохнула и решительно воткнула вилку в яичный белок.

– Почему сегодня можно?

– Сегодня все можно.

Мы принялись за салаты.

– Значит, ты хорошо знаешь Киев?

– Могу экскурсии водить.

– Проведешь для меня?

Нина положила вилку, вытерла губы салфеткой и откинулась чуть назад:

– Ты не слишком торопишься? Экскурсия – дело серьезное. – Ее глаза сейчас словно наполнялись светом откуда-то изнутри. Как на картинах Куинджи.

– Просто хочу узнать город получше.

– Ну, тогда проведу. Слушай, а у тебя какие планы на, скажем так, дальнейший вечер?

– Никаких. – Во мне затеплилась надежда, что ужин не останется просто ужином. – А почему ты спрашиваешь?

– В девять пресс-конференция Хороводского в «Хайятте». Я должна там быть. Неудобно будет не прийти. Составишь компанию?

– Мм… – Мне нужно было время, чтоб это переварить. – Конечно.

– Правда?

– Были сомнения?

– Разве ты не презираешь Хороводского, как большинство россиян? Или я ошибаюсь? – Она подняла на меня глаза чуть ли не с мольбой.

– Не ошибаешься. Презираю. Но ради тебя я потерплю этого вурдалака.

– Почему вурдалака? – Она засмеялась так, как смеются взрослые, когда дети выдадут что-нибудь забавное.

– Это ему подходит. Столько крови народной выпил!

– Ну, как знаешь. Не буду с тобой спорить. Я, как ты понимаешь, тоже не его поклонница. Хотя если предполагать, что он преступник, то он за это уже отмотал десять лет. В отличие от многих других. Но я не об этом сейчас. Как я тебе говорила, Юлиан Борисович пригласил меня в Киев, и я сочла это очень удачным стечением обстоятельств. Из-за мамы. Плюс его связи с нынешними властями в Киеве мне сейчас необходимы. Мама нуждается в редких лекарствах. И вообще лично мне он ничего плохого не делал. Теперь понимаешь, почему я не могу пропустить его пресс-конференцию?

– Не боишься, что тебя запишут в его команду? Это же клеймо!

– Я боюсь за маму. На остальное мне наплевать.

– Мама – это святое. – Я осознавал свою бестактность и, как мог, спасал ситуацию.

Она оставила это мое заявление без внимания. Взяла бутылку, налила себе полный бокал, нервно и быстро выпила. Вдруг она сейчас встанет и уйдет?

Немного неловкая пауза. Что предпринять? Я растерянно молчал.

Нина тряхнула волосами, приосанилась, подперла рукой подбородок и взглянула мне прямо в глаза с таким выражением, что у меня мороз пошел по коже.

– Ну и где же обещанная живая музыка?

Я достал из кармана телефон, посмотрел на время и ответил ей:

– Через десять минут.

– Хорошо. – Она чуть длиннее протянула последнее «о».

Я растерялся. Непроизвольно забарабанил пальцами по столу.

– Я тебя расстроила? Извини, если что-то не так. – Она накрыла мою руку своей ладонью.

– Нет, все так. Мне показалось, что я тебя огорчил. – От ее руки мне передавалось умопомрачительное тепло.

– Если тебе так противен Хороводский, я могу пойти одна. А ты меня подождешь где-нибудь. Как на это смотришь?

Я не верил своим ушам. Она все же собирается продолжить вечер со мной. Зачем ей это? Я ей приглянулся? Так не бывает. Жизнь не сказка. А почему не сказка?