Агнесса Сорель - повелительница красоты - Принцесса Кентская

Он заключает ее в объятия и спрашивает:

– И что это может быть за тайна, моя дорогая?

Она высвобождается и встает так, чтобы видеть его лицо:

– Я жду ребенка. Нашего ребенка.

Как он обнимает ее! Как она могла сомневаться – нет, даже бояться! – его реакции?

– О, драгоценнейшая любовь моей души, это такое счастье! – говорит он, прижимая ее к сердцу. Он, у которого было уже так много детей, выглядит таким счастливым!

Агнесса не может не задаваться вопросом: почему же он до сих пор прячет меня от всех? Может быть, теперь чувства все-таки возьмут верх над осторожностью?

Нет никаких сомнений, что Карл находится на седьмом небе от счастья и что их любовь производит самое благоприятное воздействие на этого непростого человека.

На седьмом месяце беременности Агнесса вынимает из-под платья небольшой мешочек с перьями – он ей больше не нужен, у нее образовался свой животик ровно там, где надо. Пока ее беременность не стала заметна, она берет свою кузину и покидает дворец до родов. Им не приходится уезжать далеко – Карл предоставляет им очаровательный домик на другой стороне леса Сомюра, где уже ждет Агнесса ее тетушка Мария. Она приехала, чтобы быть с ней до самых родов, и привезла помогать бывшую няню самой Агнессы… Как же они смеются!

– Ну, а теперь, моя маленькая, – говорит няня, которая всегда умела рассмешить Агнессу – ведь ее бывшая воспитанница нынче гораздо выше ее ростом! – мы должны следить, чтобы ты хорошо и правильно питалась и много отдыхала, а еще нужно много гулять, чтобы ребенку было проще родиться…

Она лепечет что-то еще, но Агнесса сразу обращает ее внимание на самое важное:

– Дорогая тетя, я должна предупредить вас, что эти роды должны стать тайной для всех, кроме нашей семьи, несмотря на то, что я знаю, как король счастлив по поводу этого символа нашей любви.

Конечно, добрая женщина все понимает и соглашается.

После празднования мирного соглашения и помолвки леди Маргариты Анжуйской в Сомюре двор выдвигается в столицу владений Рене, Нанси в Лотарингии, чтобы подготовиться к грядущей брачной церемонии. В то же время король и дофин вынуждены снова вступить в войну и направить свои войска для подавления восстания в городе Меце. В этот важный и ответственный момент своей жизни Агнесса окружена заботой и людьми, которые любят и лелеют ее – хотя она знает, что Антуанетта с гораздо большей радостью отправилась бы в Нанси, все-таки обстоятельства требуют, чтобы кузина оставалась с ней.

– Благодарю тебя за то, что ты остаешься со мной, моя дорогая кузина, хотя я понимаю, как сильно тебе хочется поехать вместе с другими и наслаждаться приготовлениями к королевской свадьбе.

– Не говори этих слов, прошу, – отвечает Антуанетта. – Ты ведь знаешь, что ты очень важный для меня человек, и потом – что сказал бы король, если бы узнал, что я бросила тебя в то время, когда была тебе так нужна?!

И тут Агнесса настораживается: в словах Антуанетты есть нечто странное… Король вряд ли узнал бы и обратил бы внимание на то, где она… если он вообще знает, кто она такая… Или знает?

Агнесса не знакомила короля с кузиной Антуанеттой, и эта фраза сестры не дает ей заснуть, пока она лежит в своей темной комнате и все думает, думает…

Октябрь 1444-го выдается необычно теплым, и все же Агнесса чувствует себя уютнее при закрытых ставнях, ожидая спокойно своего часа. Она рассматривает прекрасные гобелены на стенах, освещенные слабым светом свечей. В комнате стоит аромат трав, а присматривают за ней две хорошие повитухи, которых прислала леди Изабелла, разумеется, по просьбе короля, в помощь тетушке, Антуанетте и их пожилой няне. Агнесса чувствует себя в полной безопасности, она уверена в любви своего короля, который шлет ей весточки почти каждый день, и совсем не боится родов, которые ей предстоит пережить в ближайшем будущем.

В соседней комнате стоит родильная кровать с множеством подушек, застеленная чистыми простынями. Рядом с кроватью – колыбель и парадная кровать. После родов, уже вымывшись и одевшись, она переместится в нее и будет готова принять своего ребенка на руки. Ее комната, отделенная длинным зеленым бархатным занавесом, красиво украшена для нее и ее ребенка. Так что у нее все хорошо, она спокойна и счастлива.

Когда приходит пора, Агнесса готова к родам, и все проходит хорошо. Она тужится, когда ей говорят, и даже благодарна за эту боль, которая словно является искуплением ее греха, и она тужится, и тужится, и тужится. Потом она слышит: «Это девочка, чудесная маленькая девочка!» – и ее захлестывает горячая волна облегчения и счастья. Ее тетя и няня аккуратно обмывают ее ароматной водой, настоянной на цветах и травах, одевают ее в длинную чистую сорочку и укладывают среди множества подушек на парадную постель.

– А вот и твоя доченька, моя дорогая девочка, – говорит тетушка, протягивая ей вымытое и запеленатое дитя. И взглянув в эти глазки – голубые, такие же, как у нее, Агнесса понимает, что все в порядке в ее мире.

– Мы назовем ее Мария – таково было желание короля, – заявляет она с гордостью всем, кто стоит вокруг нее.

Тетушка хмурит брови:

– Но ведь так зовут королеву… ты не думаешь, что это не слишком уместно?

– Нет, король хочет назвать ее в честь Девы Марии, матери Христа, – настаивает Агнесса, и вопрос решен. Девочка несколько раз забавно кряхтит, что вызывает у всех добрый смех. Антуанетта хлопочет, а Агнесса держит у груди свою новорожденную крошку и чувствует себя совершенно счастливой. Все остальное сейчас перестает иметь хоть какое-то значение.

Переполненная радостью и счастьем, Агнесса думает, как, должно быть, переживает Карл, что ему пришлось оставить ее в такой важный момент, что он не может быть рядом с ней – но она успокаивает его в каждом своем ответе на его многочисленные письма тем, что находится в надежных руках. Как хорошо все складывается – никаких осложнений! Как только она немного оправляется после родов, она пишет письмо своему любимому, которое отправляет с посыльным. Его искреннее беспокойство о ней трогает ее до глубины души и еще больше усиливает ее любовь к нему.

– Дорогая тетя, скажите мне… все ведь изменится теперь, да? Король захочет, что весь двор – весь мир! – узнал о его связи со мной, матерью его ребенка. Разве не так все должно быть?

Но тетя только качает головой в ответ и говорит мягко:

– Не дави на него, моя дорогая, дай ему время, чтобы принять этого ребенка и воспринять тебя как его мать и свою возлюбленную. Я уверена – это произойдет.

Агнесса и не беспокоится, потому что уверена в любви короля и в том, что ее тетя знает все на свете.

Она очень быстро восстанавливается после родов. Она воодушевлена – скорее даже возбуждена – его любовными письмами и начинает планировать возвращение ко двору. Зима заканчивается, снег сходит. Да, самое время. Как и все ее современницы, Агнесса со спокойной душой оставляет свою грудную дочь со старой нянькой на попечение тетушки. Детей ко двору никогда не берут – их место рядом с кормилицами и воспитателями, а вовсе не с матерями, которые с нетерпением ждут возможности снова блистать при дворе. Фигура ее быстро приобретает свои прежние очертания, и Агнесса чувствует радостное возбуждение при мысли о новой встрече с королем и о его нежных объятиях. Он присылает за ней карету, и Агнесса с Антуанеттой отправляются в обратный путь, чтобы присоединиться к королевскому двору в Нанси.