Клетка семейного очага - Марина Болдова

– Дом охраняется?

– Вроде бы сейчас там живут строители в сторожке.

– Профессиональной охраны нет?

– Нет. Это же дача. Не особняк, а просто добротный деревянный дом. Они его строили несколько лет. Там, правда, и соседи круглый год живут. Да и кафе чуть повыше у трассы. Не пустынно, в общем. Его жена Ирина целый день одна хозяйничает в доме. Уже который год. В городской квартире у них дети взрослые обитают. А на даче забор кирпичный, ворота и калитка на замках. Кажется, надежно.

– Хорошо. Если будет еще хоть один звонок или встреча, попроси Кислова сразу же тебе сообщить. Или, еще лучше, дай ему мой номер телефона.

– Эй, вы за разговорами про водочку не забывайте. Беркутов, у нас с тобой по бутылке на брата, Лешка у нас эту рюмку, что себе налил, весь вечер цедить собирается. Не компания он нам! А у меня для тебя тоже сообщение. Правда, не знаю, сейчас это важно или нет? Приходила ко мне Катя.

– Катерина Галанина, так я понял? Что хотела?

– Правильно, она. Ничего не хотела. Выпили мы с ней по рюмке водки, и она ушла. Каково? Ни о себе ничего, ни про меня ничего не спросила. И зачем была?

– А ты сам как думаешь?

– Я думаю, вернее, размышляю. Почему смерть Курлина случилась после ее появления? И покушение на Лешку?

– Зачем это ей нужно? Это ты перед ней виноват, а не мы с Курлиным.

– В чем это я виноват? – Роговцев удивленно посмотрел на Зотова.

Беркутов и Зотов переглянулись.

– Напоминаю. Катя ведь любила тебя очень тогда. А ты с каникул с невестой вернулся. Что ей оставалось? Она притворилась, что вы остались друзьями. Думаю, она не пропала тогда, а просто сбежала. От своей любви к тебе.

– Допустим. И что, тридцать лет таила зло?

– Может быть, возможности не было вернуться. Такое не допускаешь? Да с ней случиться что угодно могло по дороге! Молодая девушка, красивая, одна!

– Хорошо. Ладно – я. Но как же она могла от матери так долго скрываться? Тебе не кажется, это уже слишком?

– Мы не знаем всей правды о ней, – Зотов проявил упрямство.

– А надо бы, – Беркутов, как всегда, трезво оценил ситуацию. – Если Алексей прав и Катя вдруг решила отомстить тебе, Матвей, за твое предательство…

– Эк, как ты загнул, Егор! Предательство. Да у нас и любовь-то была так, юношеский всплеск гормонов!

– Она могла считать иначе. Думай о другом, Роговцев. Ты, возможно, в опасности.

– Что, она меня отравит, что ли?

– Кстати, ты в курсе, что Курлин ей предложение сделал? Именно тогда, когда вы с Надей поженились.

– Нет. И она согласилась?

– Да. По крайней мере, мне она так сказала. Но почему-то исчезла.

– Короче, Матвей. Постарайся с ней еще раз встретиться. И поговорить. Вызови на откровенность, ты же журналист! Узнай, как жила. Посмотри ее реакцию на вопросы о вашей старой любви, ну, вроде: «А, помнишь ли ты?» Не мне тебя учить. Она свой телефон оставила?

– Да, мобильный.

– Ну вот, действуй.

Уже через пару часов Беркутов, то и дело роняя телефон на пушистый ковер, пьяненьким голоском оправдывался перед Галиной, а Роговцев решал: звонить ли домой или уже собираться до дому. Зотов, трезво глядя, как они, стыдливо пряча от него глаза, исчезают по одному в коридоре, потом хлопает входная дверь, а через некоторое время на «столе» появляется очередная бутылка водки, только посмеивался. «Ох, не зря жены не любят холостых друзей мужей! Где еще так можно напороться без повода, как не в мужской компании? Где можно так вдосталь посплетничать, не боясь, что кто-то осудит, что, мол, вы как бабы? А потом прийти с покаянной головой к ним, любимым. Пусть уж будет у них повод, чтобы простить их, таких-сяких, в предпоследний раз!» – думал он.