Первая леди - Сьюзен Элизабет Филлипс

Деннис и Терри встретились на первом курсе Гарварда. До этого оба неистово отрицали свою несчастную склонность, пытались бороться с тем, что искренне считали позорным извращением, но стоило им увидеть друг друга, как все встало на свои места. Все переменилось. У них было много общего. Оба — отпрыски известных, уважаемых семей, оба пользовались уважением наставников и однокурсников. Молодые львы, вышедшие на тропу славы. Они меняли девушек как перчатки и, не стесняясь, признавались друг другу в своих сексуальных фантазиях. Взаимное притяжение оказалось непреодолимым.

Нили вспомнила ноябрьскую ночь, через полтора месяца после свадьбы, когда она наконец вынудила мужа сказать правду. Предвыборная кампания была в самом разгаре. Они как раз прибыли в Нью-Йорк и остановились в отеле «Уолдорф-Астория». Нили была в отчаянии. Ее брак так и не был осуществлен, и потребовалось немало времени, чтобы она поняла: ее вины в этом нет.

Деннис сидел на краю кровати, упорно рассматривая спои руки. Ресницы были мокрыми от слез. Сдавленным голосом, сгорая от стыда, он умолял простить его. Слова, срывавшиеся с языка, были несвязными, и она с трудом его понимала.

— Мы с Терри… это любовь с первого взгляда. Мы… каждый понял, что нашел родственную душу. Никто из нас с тех пор не смотрел ни на кого другого. — Он поднял на нее несчастные золотисто-карие глаза. — После Терри ты мои лучший друг. Я люблю тебя, Нили.

— Как сестру, — пробормотала она. — Любишь как сестру.

— Прости. — На его щеках блеснула влага. — Мне ужасно жаль.

Его предательство так больно ранило ее, что хотелось умереть. В тот момент она его ненавидела.

— Президенту полагается иметь жену, — выдохнул он. — Ты мне всегда нравилась, а когда твой отец решил свести нас, я…

— Ты решил меня использовать, — безжалостно добавила она. — Знал, что я в тебя влюбилась, и не упустил случая.

— Знаю, — прошептал Деннис.

— Как ты мог?!

— Хотел стать президентом, — просто пояснил он, — а слухи уже поползли.

Но она ничего не слышала. И ничего не подозревала, даже перед свадьбой, когда он боялся лишний раз подойти к ней, оправдывая свое поведение хищным вниманием представителей прессы. Все откладывал секс на потом.

Утром после его исповеди она сбежала в Нантакет, в поместье отца, где заперлась в гостевом домике и попыталась осознать случившееся. Оставалось как можно скорее получить развод. Деннис лучшего не заслуживал.

Но она так и не решилась позвонить адвокату. Деннис предал ее, но подлецом его назвать было нельзя. Если не считать того, как он поступил с ней, человека порядочнее найти трудно. Развод уничтожит его карьеру и разрушит жизнь.

Может ли она взять такой грех на душу?

Что-то в ней взывало о мести, но кровожадность не была доминирующей чертой ее характера, и каждый раз, бросив взгляд на телефон, Нили ощущала предательскую слабость.

Именно Терри все-таки убедил ее вернуться к мужу. Терри, забавный, обаятельный человек, которого она знала как лучшего друга Денниса, едва не силой ворвался в гостевой домик, налил ей виски и взглянул в глаза.

— Не разводись с ним, Нили. Перетерпи. Ты ведь знаешь, он будет великолепным президентом. Лучшим из всех кандидатов. — Стиснув ее руки, он умоляюще пробормотал: — Пожалуйста, Нили. Он не хотел сделать тебе больно. Наверняка убедил себя, что ему все сойдет с рук, что ты ничего не узнаешь.

— Подумать только, какие иллюзии способны питать люди!

Она выбежала из домика и несколько часов бродила по берегу, а когда вернулась, увидела в гостиной Терри.

— Даю ему один срок, а потом подаю на развод, — объявила она и, произнося эти слова, почувствовала, как что-то умирает в ней. Романтические мечты? Грезы о счастье?

Терри, обожавший пародировать политических противников и отличавшийся убийственным остроумием, внезапно разрыдался. И Нили поняла, что он тоже заключил сделку с дьяволом.

После Деннис из кожи вон лез, чтобы выказать свою благодарность. И стал ей идеальным мужем, во всем… кроме самого главного. И хотя она так и не простила Деннису обман, все же заставила себя принять его дружбу.

Отношения с Терри были куда сложнее. Он занял принадлежавшее ей по праву место в сердце мужа, и она в глубине души невзлюбила его за это. Но не могла не признавать, что он человек благородный и пытается отблагодарить Нили за мужество, став ее защитником и другом. Именно он, a не вечно занятый супруг оборонял ее от властного, вечно лезущего не в свои дела отца. В ночь гибели Денниса они с Терри долго сидели обнявшись, но, как ни была глубока ее скорбь, ему приходилось куда хуже.

— И долго вы были женаты?

— Что? — вздрогнула от неожиданности Нили, испуганная прервавшим ее воспоминания резким голосом Мэтта.

— Твой голубой муж. Сколько вы прожили вместе?

— Э… несколько лет. И он не голубой.

— Перестань, Нелл. Почему ты стараешься оправдать ею?

Потому что приходится беречь его доброе имя, и этот долг кажется ей куда более важным, чем обязанности жены президента.

Мэтт поставил банку на тумбочку.

— Знаешь, в твое истории полно провалов и нестыковок. Мне трудно понять, почему он так упорно старается тебя найти.

— Не он, а его семья, — выдавила она. — Крайне консервативные люди, они намерены любой ценой сохранить свой имидж.

Мэтт поднялся одним гибким движением, странно грациозным для такого гиганта.

— Нелл, я надеюсь, ты позаботилась о себе. У женщин с мужьями-гомосексуалистами полно проблем. И разбитое сердце — далеко не самая важная из них.

Ей не нужно было допытываться, что он имеет в виду.

— Моего мужа нельзя было назвать бабником. Он всего лишь любил другую… другую женщину, — подчеркнула она. — Я не глупа и не угрожаю здоровью окружающих. Всю жизнь была донором и в последний раз сдавала кровь меньше месяца назад. Можешь ты сказать о себе то же самое?

— Я тоже не дурак, — тихо пробормотал он.

Для подобного разговора была только одна причина, и в этот момент Нили чувствовала себя слишком уязвимой, чтобы признать правду. Она отставила стакан и поднялась.

— Я устала.

— Еще рано, — улыбаясь, возразил Мэтт. — И я ошибался насчет твоего умения целоваться, потому что ты никак не выглядишь малышкой в этой сорочке. Может, попробовать еще раз и посмотреть, что выйдет?

— Пожалуй, не стоит.

О, как она хотела этого… И именно потому заставила себя шагнуть к двери.

— Спасибо за вино.

— Что, храбрости не хватает?

— Просто я не вчера родилась, — парировала она и услышала его смешок, прежде чем закрыла за собой смежную дверь.