Английская роза - Энн Мэтер

— Ну, у меня ведь тоже есть родственники в Лондоне, — с некоторой обидой объявил он. — Я больше девяти месяцев не видел своего старика.

— Да что ты?

Оливия прекрасно помнила, что Ричард весьма редко навещал отца, даже когда жил в Англии, так что довод его казался неубедительным.

— Представь себе. — Стюардесса принесла скотч, и Ричард сделал глоток. — Но должен признаться, что я решил заодно воспользоваться случаем, чтобы увидеть тебя. Нам так и не удалось поговорить: то Мануэль подслушивал, то еще что-то… А тогда, в баре, ты так и не дала мне высказаться.

— Ричард… — устало вздохнула Оливия. Сможет ли она убедить его, что он ее больше не интересует? — Все, что между нами было, теперь кончено. Ты женат на Диане, и мне кажется, тебе нужно попытаться возродить ваш брак.

— Возродить! — Ричард раздраженно отхлебнул виски. — Лив, я же говорил, что мы с Дианой окончательно разбежались. Как только на сцене появился Джо Кастельяно, она из кожи вон стала лезть, чтобы ему угодить. Он вложил немалые деньги в два ее последних фильма, но она вьется вокруг него не только поэтому.

Оливия испытывала странное удовлетворение, снова и снова убеждаясь, что Джо все время ее обманывал.

— Ты сказал, что у них роман, — пробормотала она, делая вид, что это всего лишь праздное любопытство. — Но откуда ты знаешь? — Оливия облизнула пересохшие губы. — Я прочитала в журнале, что… что он встречается с другой женщиной.

— С Анной Феллини, — уточнил Ричард, которому, очевидно, были известны все детали. — Да, его мать хотела бы видеть эту даму членом их семьи. Обычная история: Джованни Кастельяно — отец Джо — и Паоло Феллини были партнерами. Теперь Джованни умер, но если Джо женится на Анне, ее отец передаст ему свою долю виноградников.

Оливия тихо вздохнула.

— Понятно.

— Но этого не будет, — с убеждением заявил Ричард. — Как бы сильно Кастельяно ни любил деньги, по-моему, Диана нравится ему еще больше.

Оливия кивнула.

— И… у тебя есть доказательства этого?

— Еще бы, — самодовольно подтвердил Ричард. У меня есть фотография, где они вместе в Сан-Диего. И если я говорю вместе, это значит вместе, ты меня понимаешь?

Оливии стало нехорошо.

— Ты имеешь в виду…

— Ага. Ты меня поняла. Обнаженные, в постели, яснее некуда. — Уголки его рта поползли вниз. — И Диана знает, что эта картинка дорого ей обойдется. Если она захочет получить развод, ей придется сначала меня осчастливить.

Оливия уставилась на него с недоверием.

— Ты же не станешь…

— Не стану? — Ричард усмехнулся. — Не заблуждайся. Они сами виноваты, что выбрали такой захудалый мотель. Я слышал, как она заказывала номер. Поэтому мне и удалось заполучить фотографию. Клянусь Богом, за приличную цену в Лос-Анджелесе можно достать все, что угодно. Она думала, что меня нет дома, но я подслушивал через параллельную линию в… в другом помещении.

Ричард слегка запнулся, и Оливия поняла, что он хотел сказать что-то другое, но передумал. Возможно, телефон находился в чужой комнате. Например, у Бонни Лавлейс. У нее же есть комната в доме Дианы. А Ричард только что сказал «клянусь Богом», как любила говорить Бонни.

Но это доказательство неверности Ричарда уже ничего для нее не значило. Сердце ее оборвалось, когда она услышала его рассказ о Диане и Джо. Никогда Оливия не поверит, что Джо мог повести себя так глупо. И зачем посещать мотель, если у него есть дом в Малибу?

— Я тебя шокировал, да? — спросил Ричард, снова подзывая стюардессу. — Не волнуйся. Если и возникнет скандал, на мне это никак не отразится.

— А ему ты сказал? — не удержалась Оливия. — Ведь ты их шантажируешь, разве это не уголовное преступление?

— Возможно, — равнодушно согласился Ричард. — Но Диана не станет предавать это огласке. По фотографии можно опознать ее задницу, а не его.

Оливия затаила дыхание.

— Ты хочешь сказать, что там мог быть и не Джо Кастельяно? — чуть слышно спросила она.

— Черт, да нет же! — Ричард был непреклонен. — Я уверен, что это он. При регистрации он использовал свое имя, представляешь? Мистер и миссис Кастельяно! Диана думала, что я такой простак!

— А что, если… кто-то другой воспользовался его именем? — предположила Оливия, и лицо Ричарда потемнело от гнева.

— Понятно, — обвиняющим тоном произнес он. — Тебе хотелось бы в это верить, да? Между прочим, мне известно, что ты сама положила на него глаз.

Оливия задохнулась:

— Прошу прощения?

— Не делай вид, что не понимаешь, о чем я говорю! Я сам тебя видел в тот день в Малибу. — При виде ее смущения он улыбнулся, но без всякого тепла. — Да, я видел, как вы мчались по пляжу на его «харлее».

Оливия пришла в ужас.

— Но как…

— Я был в фойе отеля, когда этот его помощничек за тобой приехал, — объяснил Ричард. — Ты так бесцеремонно отшила меня в то утро, и я понял, что есть кто-то другой. Так что я засел в отеле и раз! — он попался.

— Не могу поверить, что ты это сделал! — воскликнула Оливия, лихорадочно размышляя над его словами.

Возможно, следовало быть благодарной за то, что он не видел ее в доме. Вспомнилось, что еще тогда она сочла зимний сад слишком открытым для занятий любовью.

— Отчаянные желания требуют отчаянных мер, — неточно процитировал кого-то Ричард. — Диане было весьма интересно узнать, что ты делала в тот день.

— Ты сказал Диане?!

— Еще бы! — Ричард снова приложился к стакану, который принесла стюардесса. — А почему же она передумала и отправила тебя назад в Англию? Чего Диана терпеть не может, так это конкуренции.

— Ты рассказал Диане, — повторила Оливия. — Боже мой, зачем?

— Потому что понял: у нас с тобой ничего не получится в этой стране, — ответил он. — Да и Кастельяно стоял поперек дороги.

— И все-таки я не могу поверить, что ты это сделал, — ошеломленно произнесла Оливия. — Поставил под угрозу свой брак и мою карьеру только потому, что не мог смириться с очевидным фактом. Ричард, я же сказала, я тебя не люблю. Ты не имел права вмешиваться в мою жизнь! Никакого права!

Ричард надул губы.

— Ты так говоришь, потому что злишься на Диану. Если у тебя будет время над этим подумать, ты поймешь, что я был прав. Мы с тобой предназначены друг для друга, Лив, просто я раньше был слеп и не видел этого. А сделка, которую мне предложила Диана…

— Ричард, читай по губам, — хмуро объявила Оливия, глядя на него в упор. — С того момента, как мы приземлимся в Лондоне, я не желаю больше тебя лицезреть. Очень жаль, что ты несчастлив с Дианой, но я тут ни при чем. А теперь будь добр, вернись на свое место.