Секрет от мужа сестры - Слава Доронина

Ульяна

— И что ты теперь будешь делать? — спросила Дженни.

Мы подъехали к бортику и смотрели на Марка, который катался на коньках. Я из последних сил старалась держать лицо перед сыном, но чувствовала еще чуть-чуть и меня прорвет. Пристально вглядевшись в лицо Дженни, я пожала плечами.

— Я бы давно рассказала маме и папе про какого-нибудь американца, что мы любили друг друга, но потом разошлись, или он, к примеру, погиб или еще что-то… В каждый свой приезд домой я собиралась рассказать родителям о сыне, но меня постоянно что-то останавливало. А сейчас я прилетаю и узнаю, что сестра беременна… И теперь она едва ли не в ультимативной форме просит, чтобы я улетала и не рушила ее счастье. Мне страшно что-то менять, Дженни. Очень страшно. Я опасаюсь, если Алла узнает, что Марк сын Сергея, то может ему как-то навредить. После нашего сегодняшнего с ней разговора я поняла, что сближать ребенка с семьей небезопасно. Понимаю, я столько лет молчала… — в уголках глаз собралась влага, а в груди все сжалось. — Я не знаю, что меня теперь ждет. Сергей наверное обо всем догадался. А я только сейчас понимаю, что мне не следовало так долго скрывать Марка от отца. Вообще не следовало ничего скрывать… — мой голос дрожал.

Я отвернулась в сторону, чтобы Марк не увидел моих слез.

— Ну все, — Дженни похлопала меня по плечу. — Былого не вернуть, а ошибки на то и совершаются, чтобы иметь возможность их исправить. Знай, я всегда буду на твоей стороне и поддержу тебя, какое бы решение ты не приняла. Я считаю, что вам нужно обо всем поговорить с Сергеем. Он, конечно, все сложил один к одному, но… может быть, он лояльно отнесется к твоему решению, если ты расскажешь ему все как есть? Он выглядит представительным мужчиной и он очень красивый… На отморозка совершенно не походит. Теперь я понимаю почему Алла вцепилась в него мертвой хваткой.

— Я не оправдываю себя! Это последнее дело скрывать ребенка от отца, но…

— Прошлого не вернуть, но ты может все исправить, — медленно проговорила Дженни.

— Или сделать только хуже, — я сделала несколько глубоких вздохов и выдохов, чтобы прийти в себя. Нельзя плакать при Марке.

— С таким настроем удивительно, что ты вообще еще жива, — с мягкой иронией проговорила Дженни и улыбнулась. — А вдруг ты завтра выйдешь на улицу, и на тебя на всей скорости врежется грузовик? Я тебя не узнаю, ma chérie! Ты же веселая, жизнерадостная, искренняя. Ты давно уже живешь не в России, между тобой и твоими родственниками целая бездна недопонимания. В конце концов, ты взрослый самодостаточный человек и пора уже разграничивать ваше общение, если тебя все это тяготит. Знаешь, кажется, я знаю, что нам нужно сделать… — заговорщицки проговорила Дженни и широко улыбнулась.

— Что? — я не смогла сдержать ответной улыбки.

У Дженни всегда получалось поднять мне настроение и вселить веру в собственные силы.

— Выпить по коктейлю и сходить в клуб! А?

— С Марком?

— Ну конечно же, нет! Но я придумала идеальный план: мы пригласим к нам Сергея! Пусть он пообщается и познакомится с нашим малышом, а мы пока оторвемся на полную катушку. Как тебе идея? Правда, я гений? Не благодари! — Дженни выжидательно смотрела на меня, и я не понимала, говорит она серьезно или шутит.

— Ты умеешь поднять настроение, но пока не все так радужно, Дженни…

— Ладно, — в ее голосе послышались усталые нотки. — По сути ты никому не изменяла и никого не предавала. Он тоже был на тот момент в свободном плавании. Ты молоденькая, глупенькая, в первый раз провела ночь с мужчиной. Забеременела… А вы с сестрой совсем непохожи, да? — вдруг спросила она.

— Ну какие-то общие черты есть, а вот по характеру мы явно с разных планет и даже вселенных. Думаю, что я пошла все же в папу. Он мягкий и отзывчивый… Дженни, что ты хочешь всем этим до меня донести?

— Его симпатия к сестре вполне могла быть обусловлена тем, что внешне вы имеете какое-то сходство а он, увидев похожую на тебя девушку, увлекся ей? Только если это на самом деле так… вы с ней две противоположности. Сергей сильно ошибся в своем выборе.

— Сергей сам выбрал роль молчаливого наблюдателя, чтобы я захотела поговорить с ним о сыне. Лишь недавно его осенило, что со мной что-то не то…

— Мам, я устал и хочу в номер, — Марк подъехал к нам и обхватил руками мои колени. — Это мои самые классные выходные! Может быть еще останемся? Ну хоть не надолго? — он поднял голову и с надеждой заглянул мне в лицо.

— Хитрец! — я улыбнулась. — Ты не хочешь, чтобы мы возвращались домой, потому что я снова буду целыми днями пропадать на работе, а ты ходить в садик? — Марк смущенно улыбнулся, что я раскусила его планы в два счета и кивнул.

— Я подумаю, — ответила сыну.

— Тогда я на последний круг и едем в гостиницу!

День и в самом деле был насыщенным, а Марк получил уйму впечатлений. И даже сам того не зная, встретил сегодня отца, а я новую порций волнений и душевных переживаний.

— И знаешь, что хочу сказать тебе напоследок, — Дженни схватила меня за руку и поглядела в глаза, когда Марк поехал на последний круг перед тем, как отправляться в хостел. — Ну-ка, подними свой подбородок! Знаю я тебя! Сейчас начнешь выискивать новые причины, как загнать себя в темный угол и выставить во всем виноватой. В конце концов, это твоя жизнь! Я с Марком с пеленок нянчусь и сомневаюсь, что твоя родня любила бы этого мальчишку больше чем я. А Сергей… Никогда не поздно стать отцом своему ребенку.

— Тебе впору идти работать психотерапевтом, — грустно улыбнулась я и вздохнула.

— Ты и Марк мои самые близкие люди. Я всегда буду на вашей стороне.

Слова Дженни немного меня успокоили, но легче все равно не становилось. Впереди предстоял серьезный разговор с Сергеем и я не знала, чем он закончится.

Мы вернулись в хостел, поужинали, и я уложила Марка спать. Сергей мне так и не позвонил, но зато Алла набрала несколько раз. И каждый раз я вздрагивала и сердце в груди екало, когда я слышала вибрацию на телефоне. Я не отвечала на звонки сестры, решив дождаться звонка от мужчины. Возможно, Сергею требовалось время осознать, что я скрывала ото всех ребенка и он мог быть его отцом. А возможно, он был занят работой, а потом и вовсе забыл обо мне, пока я разыгрывала в своей голове шекспировские трагедии и представляла какой меня ждет кошмар. А может быть, он поехал к Алле и спросил у нее про моего ребенка, как недавно спросил у меня про аборт сестры и потому она мне бесконечно названивала?