Дарующий мир - Алиса Евстигнеева

Мне кивнули в сторону кресла, стоящего в отдалении, в зоне “официального приёма”. Ванька, зачарованный таким количеством интересных ему штук (а Елена Николаевна, словно чувствуя, подсунула моему ребёнку целую кучу каких-то головоломок),  тут же освоился в незнакомой ему обстановке.

Через пару минут психолог-руководитель присоединилась ко мне, усаживаясь в кресло напротив меня. Я невольно собралась, держа спину ровно.

- Как я могу к вам обращаться? - обратилась ко мне женщина, улыбаясь одними глазами.

-Катя? - отчего-то спросила я, словно сама не могла решить.

-Замечательно, - вновь заключила она. - Тогда вы можете звать меня Еленой.

Я опять молча кивнула, ощущая себя китайским болванчиком.

-Катя, расслабьтесь. Приход сюда вас ни к чему не обязывает.

Я последовала совету, вот только наоборот, сделав какие-то свои выводы и проведя параллель с Дамиром и его данным ранее обещанием, когда переход на ты вроде как тоже ни к чему нас не обязывал.

-Люди обычно опасаются психологов, - тут же пояснила Елена, уловив всю гамму чувств, проступивших на моём лице. - Поэтому я никогда не принимаю людей, которые записывались ко мне не лично. Но Дамир так просил, - в этот момент её губы опять дрогнули, словно очень хотелось улыбнуться. - Так что, если вы не готовы к беседе, ничего страшного. Это будет косяк Дама.

-Что он вам сказал?

-Что у него есть одна знакомая, которая очень переживает за своего сына и для успокоения которой, ей просто-таки необходима консультация со мной.

-Я не настолько тревожная, - слабо запротестовала, не зная как воспринимать слова Бероева обо мне.

-Верю, - тут же отозвалась Лена. - В данном случае наш мальчик просто перестраховывается.

Я слегка нахмурилась, пытаясь понять, а кто тут “мальчик”. Елена тут же легко рассмеялась.

-Извините, привычка. Дамир безусловно давно на мальчика уже не тянет, но как говориться… дети так быстро вырастают.

-Вы давно его знаете?

-Уже лет десять точно. Боже, - опять засмеялась она. - Кажется, и до меня дошла волна старческих речей на тему “А вот раньше”... - она махнула рукой и повторила ещё раз. - Не обращайте внимания. Давайте возьмём за отправную точку тот факт, что вы сидите у меня в кабинете и у вас есть сын. Больше я о вас ничего не знаю. И если вы захотите, то всё так и останется. Но даже если вас ничего не тревожит, вы можете просто рассказать мне про Ивана, а я могу поделиться с вами своими впечатлениями о мальчике.

Разговор неожиданно завязался сам собой, я толком и не заметила, как выложила Елене Николаевне все свои тревоги и переживания относительно сына, краем сознания отмечая, что Дамир так или иначе оказался прав, и мне просто надо было об этом всём с кем-то поговорить. Елена задавала мне уточняющие вопросы, в такт кивая каким-то своим мыслям. Спустя двадцать минут нашей беседы, она подвела промежуточный итог:

-Катя, я вас услышала. Теперь мне хотелось бы пообщаться с Ваней, но для этого мне необходимо остаться с ним наедине. Если вы не возражаете, то вам нужно будет подождать в коридоре.  

Я посмотрела на Ваньку, опасаясь, что он просто так не захочет меня отпускать, но сын моментально согласился на предложение своей новой знакомой поиграть с ней вдвоём.

В коридор я выходила в странном настроении. Мне было тревожно, и даже не потому, что сын остался вдвоём с малознакомым мне человеком, скорее наоборот. За каких-то полчаса разговора я неожиданно для себя прониклась такой симпатией к рыжеволосой психологине, что мне вдруг стало важно её мнение. И диагноза нашей семейке я боялась.

Но все мои тревоги буквально выбило из головы, стоило мне увидеть Дамира, сидящего в коридоре, прямо напротив кабинета, из которого я только что вышла.