Ребенок не по плану - Елена Белильщикова

За дверью царила тишина. Я надеялась, что Дан внял голосу разума и ушел. Хотя, противореча законам логики, в душе у меня посветлело. Даниил не бросил меня, с ним ничего не случилось, его не прикончил тот самый неизвестный собеседник… он просто опоздал на нашу свадьбу.

Тьфу! Лучше бы я не вспоминала об этом, потому что ставший уже привычным гнев, снова разгорелся внутри. Но страха больше не было. Как не было и боли. Только тянущее ощущение обиды. И ярко горящая жажда мести.

Я посмотрела на свое отражение в зеркале и медленно плеснула в лицо холодную воду, смывая косметику. Потом завела руки за спину, расстегивая ненавистные крючки имитированного корсета. Платье смятой кучкой светлого тюля упало мне под ноги, я перешагнула через него и включила душ.

И тут раздался один гулкий «бум» и дверь открылась. Вернее, слетела с петель. Я вскрикнула от неожиданности и поняла, что стою обнаженная, под струями воды, а рядом даже полотенца нет. Вот засада!

— Что за… — Я осеклась, встретившись с пронзительным взглядом своего благоверного. И онемела от неожиданности. Он тоже молчал, только смотрел, и я не могла поймать, уловить его настроение. Дан то ли злился, то ли… я затаила дыхание, прочитав на его лице неприкрытое желание. Что себе возомнил этот гад? Что я упаду к его ногам и прощу его только за то, что он как Рэмбо выбил дверь? Пусть только попробует сказать хоть слово…

Но Дан молчал. А потом сделал несколько шагов вперед. Наши лица оказались на одном уровне. И я не успела проговорить первое пришедшее на ум ругательство, когда он потянулся ко мне, обнимая, прижимая к себе, не обращая внимания на свою одежду, которая моментально намокла. И требовательно смял мои губы жадным поцелуем.

— Если ты собираешься неделю злиться на меня и наказывать молчанием, забудь об этом. — Я едва смогла отдышаться от его поцелуя, не зная, что и ответить на такое наглое заявление.

— Кажется, мы слишком много разговариваем… — Выдохнул он, не давая мне шанса возразить. Миг, и его одежда, увы, недосчитавшись несколько пуговиц, полетела на пол. Дан встал рядом со мной под упругими струями воды, льющейся на нас сверху, и я, ругая себя за слабоволие, не смогла оттолкнуть его.

Не нашла в себе сил разжать сладкий плен его рук. Он даже не извинился по-человечески! А я… А я все равно в мыслях уже простила его. Чертова любовь, она лишает разума даже таких хладнокровных людей, как я. Но пусть Дан не расслабляется! Я ему еще припомню…

— Как ты додумался выбить дверь? — Спросила я, передыхая после очередного страстного поцелуя и жарких касаний его умелых рук.

— А что мне оставалось делать?

— Подождать, пока я выйду. — Резонно заявила я. Даниил поморщился.

— Это не интересно.

— А что тебе интересно?

— Сейчас узнаешь… — Улыбка Даниила поистине могла соблазнить и святую. Коей я не являлась. Да, потом будет разбор полетов, а пока… только обжигающая страсть, словно лава вулкана, текла сейчас по нашим венам. Его пальцы скользили по моей коже, сводя с ума, и я громко застонала, а он снова накрыл мои губы своими, не давая кричать.

Даже сорванная свадьба не смогла разъединить нас. Чтобы не случилось, мы всегда ощущали с ним себя двумя половинами единого целого. Как сейчас, во время слияния тел, наши души стали чем-то большим — неделимым, чтобы ни случилось.