Люблю... и больше ничего - Сандра Мартон

— Еще чего! Какое мне дело до того, с кем вы встречаетесь — с Бебе, Клаудией, Клодетт или Ноэль? — Сюзанна встряхнула головой. — Живите так, как вам нравится, Романо.

— И все-таки вы решили, что я изменяю вам. — Мэтью отшвырнул мишень. — И попытались отомстить мне с Питером Катцем.

Питер громко мяукнул и потерся о ноги Мэтью.

— Ну и характер у вас, Мэдисон! С Питером я незнаком. Но каким бы ни был этот Питер... да помолчи ты, Пушок! Ты мне нравишься, я уверен, тебе есть что сказать нам, но...

В дверь позвонили. Сюзанна не шелохнулась.

— А вот и он, ваш любовник. Что же вы не бежите открывать дверь? — Глаза Мэтью потемнели. — Или у него есть свой ключ?

Снова раздался звонок. Мэтью поднял бровь, подхватил кота на руки и направился к двери. Сюзанна бросилась за ним.

— Подождите! — воскликнула она, но Мэтью уже открыл. На пороге стоял, улыбаясь, разносчик пиццы.

— А вот и пицца для тебя, Сюзи, — жизнерадостно объявил он. — И конечно, для Питера тоже.

— Чудесно, — протянул Мэтью с улыбкой наемного убийцы. — Стало быть, вы знакомы с обоими.

— Конечно! Сюзи заказывает пиццу раз в неделю, всегда одинаковую — одну с сыром, грибами и луком, а вторую — с анчоусами.

Мэтью поморщился.

— Пицца с анчоусами?

— Их обожает Питер, — пояснил разносчик и потрепал кота по голове. — Правда, Питер, старина?

В прихожей повисло напряженное молчание. Мэтью обернулся и в упор уставился на Сюзанну. Она тряхнула головой, круто развернулась на каблуках и ушла в кухню.

К тому времени, как в прихожей хлопнула дверь, она успела вылить недопитое вино из стакана в раковину, размышляя, как ей сохранить свое достоинство.

— Мэдисон. — Мэтью положил ладонь ей на плечо.

— Вас это не касается, я ничего не намерена объяснять!

Мэтью огляделся по сторонам с непроницаемым лицом.

— А кто такой Сэм? Попугайчик?

Не выдержав, Сюзанна расхохоталась. Улыбнулся и Мэтью. Но тут же вновь посерьезнел.

— Сэм — мой школьный друг, — ровным тоном пояснила она. — Мы встречаемся, когда я приезжаю навестить маму. Сэм умный и веселый, я очень люблю его. — Она облизнула губы. — Он голубой.

Мэтью кивнул.

— Значит, в вашей жизни есть двое мужчин: голубой и... — он перевел взгляд на Питера, уютно устроившегося у него на руках, и посадил его на стол, ― кастрат?

Сюзанна вспыхнула.

— Понимаю, это выглядит очень забавно, но...

Наклонившись, Мэтью поцеловал ее в губы.

— Знаете, Мэдисон, у меня сильное искушение положить вас к себе на колени и как следует отшлепать, — тихо сказал он.

— Только попробуйте! — вспыхнула Сюзанна. — Если вы посмеете... если только посмеете... Зачем вы поцеловали меня, Романо? Если вы думаете, что я соглашусь лечь с вами в постель после того, что случилось за две последние недели, после того, как я узнала, что вы встречаетесь с этой французской шлю...

— Осторожнее со словами, дорогая, — усмехнулся Мэтью. — Не говори того, о чем потом пожалеешь. — Он взял ее лицо в свои ладони и склонился к ней. — И потом, ты ошибаешься. Я хочу не переспать с тобой, а предаться любви.

— Можно подумать, это не одно и то же! — фыркнула Сюзанна.

— Нет, не одно, и ты знаешь это. Мужчина и женщина предаются любви, когда любят друг друга. — Его улыбка вдруг стала такой нежной, что у Сюзанны перехватило дыхание. — Как мы, милая. Я люблю тебя, ты любишь меня, а мы чуть было все не испортили.

— О, Мэтью! — прошептала она. — Мы ведь чуть не поссорились!

Он обнял ее и снова поцеловал. Прошло немало времени, прежде чем он поднял голову и заглянул в глаза Сюзанне.

— Между мной и Бебе ничего не было. Она разыскала меня в Париже, потому что вбила себе в голову, будто с моей помощью она станет звездой американского модельного бизнеса. Но шансов у нее нет. Ту фотографию сделал какой-то пронырливый репортер, сговорившись с Бебе, а она подкараулила меня возле офиса.

Сюзанна протяжно вздохнула.

— А я думала... понимаю, это ужасно, но я на самом деле поверила...

— Во всем виноват я. Еще в Париже я понял, что люблю тебя. Я чувствовал это с первой минуты, как только увидел тебя там. Но холостяцкие привычки живучи, милая. При мысли о том, чтобы опуститься на колено и предложить тебе руку и сердце, меня бросало в дрожь.

У Сюзанны заблестели глаза.

— Ты делаешь мне предложение, Романо?

— Да, если ты готова принять его. Но нам придется обсудить кое-какие детали. Ты ведь так предана своей работе.

Приподнявшись на цыпочки, она поцеловала его в губы.

— А разве журналы читают только в Нью-Йорке? — со смехом спросила Сюзанна. — Уверена, в Лос-Анджелесе найдется немало издательств. Мне давно пора поменять работу.

Мэтью чувствовал себя так, словно прожил две недели, почти не дыша, и только теперь вздохнул полной грудью.

— Значит, ты согласна?

Она улыбнулась.

— Конечно. Я люблю вас всем сердцем, Мэтью Романо. Кстати, когда ты влюблен, секс — это не просто секс.

— Верно, — согласился он, озорно улыбнувшись. — Это чудо.

Сюзанна вздохнула, почувствовав, что он просунул ладони ей под тенниску.

— Подумать только, мне одной достался самый сексуальный мужчина в мире!

Мэтью подхватил ее на руки.

— Никогда не забывай об этом, Сюзи, — шепотом попросил он, поцеловал ее и понес в спальню.

Питер проводил их взглядом, мяукнул, направился в гостиную и обнюхал коробку с пиццей. Он и вправду обожал анчоусы и намеревался устроить себе роскошный ужин, поскольку двое в соседней комнате, судя по всему, забыли о нем надолго.