Траблшутер - Янка Рам

Ну, бл*ть, Волк, ты внезапный!

План-то был – ИЗВИНИТЬСЯ.

Чего уж теперь.

Как работать-то будем?

Нормально будем работать…

Разделю как-нибудь. Придумаю что-нибудь.

А Элла?

А что – Элла? Пусть пока будет.

Сажусь за руль. Телефон. Сообщение. Открываю.

«Что Вы делаете?! Зачем Вы со мной это делаете?! Интересно Вам так играть? Найдите себе достойного противника!! Я ребенок рядом с Вами! Зачем Вы меня ломаете? И жизнь мою ломаете! Я думала про Вас по-другому!»

Истерика…

Закрываю глаза. Открываю, наблюдая, как из ее подъезда вылетает Ванечка.

Оу…

Набираю.

– Да? – плачет.

– Софья, что за истерика? Успокаивайся, или я сейчас поднимусь.

– Просто скажите мне – зачем. Вы для этого меня взяли? Я хочу понимать…

– Для чего «для этого»? Ты чего там придумала? Я взял тебя в команду на таких же правах, как и остальных.

– Зачем тогда?

– Нравишься ты мне…

– У меня есть право сказать «нет»?

– Конечно.

– Тогда – нет! Нет!!

– Всё, успокойся. Я тебя понял.

Какая нервная девочка…

Нет, так нет.

Всё равно отказы не принимаются.

* * *

– Вы верите в Бога, Захар?

Пожилая… Украшений, маникюра, макияжа нет. Одежда однотонная, но достаточно стильно, что-то типа Бохо.

– Верите?

Хм…

– Скорее да, чем нет, Ольга Павловна. Не поклоняюсь. Но в наличие высшего разума, как творца, склонен верить.

– А я вот поклоняюсь. Всю свою жизнь посвятила благотворительности, а вот… Бог ко мне не милостив всё равно. Может быть, через Вас он проявит мне свою милость?

– Может быть. Что Вы хотите?

– Мой сын наркоман.

– Продолжайте.

– Наша семья богата. Мне кажется, это причина. Он праздно жил и живет сейчас. Отец его баловал. А теперь… моего мужа не стало. В деньгах совсем нет ограничения. Контроля тоже никакого. Помогите его спасти.

– К сожалению, это не мой профиль, Ольга Павловна. Я не нарколог, не духовный лидер.

– Это я понимаю. В Бога он не верит. Никакие идеи его не увлекают. Приземлен. Лучшие наркологи нам не помогли. Ему это неинтересно. Его всё устраивает.

– Вы хотите что-то определенное?

– Да. Я хочу… Я хочу… Вы читали у Стивена Кинга «Корпорация „Бросайте курить“»?

– Ааа… Это там, где… если пациент закурит первый раз, ему устраивают электрошок, за второй – избивают маленького сына, за третий – насилуют жену, а за четвертый его убивают, если я не ошибаюсь?

– Именно. Я хочу, чтобы реализовали для него что-то подобное.

– Суровая Вы женщина, Ольга Павловна. Да только я не считаю возможным реализовать последние три пункта. Причем тут жена и ребенок? Им итак не повезло.

– А жена от него ушла. Не надо их трогать. Я готова сыграть все роли вместо них. Мы придумаем адекватные…

– Нет, – перебиваю ее. – За Ваше дело я не возьмусь. Могу объяснить, почему.

– Почему?

– Так уж сложилось в моей жизни, что пришлось очень детально изучить психологию и психофизиологию наркоманов. При длительном употреблении опиатов отделы мозга, отвечающие за мораль и волю, атрофируются. Наркотик стимулирует зону удовольствия, ломка – ту же зону. Боль, физиологически, – это один из спектров удовольствия. Пропускная способность нервных каналов постоянна, и наркотик делает так, чтобы этот сигнал шел только в одну зону, все остальные, от которых не зависит выживаемость, соответственно, отключаются. Поэтому то, что Вы задумали, не имеет смысла. У него даже не встанет выбор во время ломки. Зона морали, воля… считайте, их нет, вырезали их химически. Ему нечем сыграть с нами в эту игру. Во время ломки наркоманы желают смерти, жизнь для них ценности не имеет никакой. Ни своя, ни чужая. Поэтому они легко убивают ради дозы. Да если с Вами случится что-то тотальное, он даже испытает облегчение. Никто больше не будет мешать ему посвятить себя героину. Понимаете меня?

– То есть, духовно он больше не человек? Демон?

– Да. Можно сказать и так.

– Вы считаете, что я как мать ничего не смогу с этим сделать?

– Молитесь.

– Поможет?

– Ему – нет. Вам – да. Ваша задача про смирение, а не про бессмысленное самопожертвование.

– Я подумаю об этом… Спасибо, Захар.

– Хотя есть один вариант.

– Какой? – оживает она.

– В Швеции есть клиника.

Я долго думал об этом сам.

– У них есть экспериментальная программа. В подробности не буду вдаваться. Кратко – наркоману выжигают зону мозга, ответственную за зависимость, удовольствие, воспринимающую допаминовую петлю (ощущение награды удовольствием). И отказаться от наркотика в итоге достаточно легко. Он не приносит больше никаких положительных переживаний. Остается только вопрос снятия ломки. А тут наркологи помогут.

– Но?..

– Но есть побочный эффект: человек становится эмоциональным инвалидом. Больше никакого ощущения счастья, и вечная депрессия. Львиная доля пациентов выбирает суицид.

– Нет… Я не готова.

И я тоже отказался от этой идеи.

– Тогда всего хорошего, Ольга Павловна. Был рад знакомству.

– Всего хорошего, Захар.

Пожилая пара. Не богаты. И это сразу видно. Связь между ними тесная. Садятся рядом. Он берет ее руку.

– В чем суть проблемы?

– Нашу дочь увезли куда-то на восток. В гарем. Помогите вернуть. Мы продадим квартиру и оплатим Ваши услуги.

Я бы и хотел помочь, но, во-первых, я берусь только за «блицкриг», а во-вторых…

– Извините. Моя деятельность не выходит за рамки страны. У меня нет ресурсов и связей для работы за границей. Тем более, на Востоке. Боюсь, я там так же беспомощен, как и вы.

Женщина начинает тихо плакать.

– Может, что-то посоветуете?

– Место нахождения известно? Личность мужа?

– Приблизительно. Фамилию, имя знаем. Фото есть. Она ведь тут за него замуж вышла. Не знала, что у него гарем там. А он увез ее потом… Несколько раз на связь выходила. Плакала… Просила помочь!

– Я бы на вашем месте пошел следующим путем. Сначала даете денег психиатру и оформляете задним числом ее лечение в психиатрической клинике, справку, что у нее шизофрения, и она недееспособна. Автоматически ее брак на территории России можно признать недействительным. Тут вам уже нужен адвокат. А потом – запрос через консульство в местные органы власти, обратитесь в местные фонды поддержки женщин, попавших в похожую ситуацию и вывезенных силой. Это долгая война… И шансов на победу там не так уж много. Но они есть, если соответствующие организации поддержат вас. Если муж не слишком богат и не человек местной власти, шанс у вас будет.