Тысячу раз «да» - Рони Лорен

Холлин нахмурилась.

– Пожалуй, об этом я не подумала.

– Истории, с которыми я сталкиваюсь… – Энди печально покачала головой. – Ну, было бы глупо не бояться, особенно учитывая, что я – женщина. – Она полезла в лежащую у ног сумочку и вытащила пачку жевательной резинки. – Но насчет «общительной» ты права. Хочешь жвачку?

Холлин взяла предложенную пластинку, испытывая к Энди прилив дружеской симпатии. Возможно, ее новая подруга была не такой уж бесстрашной, как казалась. Может быть, у каждого в рюкзаке личной жизни лежит свой груз.

– Давай договоримся, – сказала она Энди. – Я буду присматривать за убийцами для тебя. А ты следи за незнакомцами, желающими поболтать со мной о пустяках.

Энди улыбнулась и сунула в рот пластинку «Биг Реда»^[40].

– Договорились.

Внимание Холлин привлекло движение возле двери, и она повернулась в ту сторону, заметив Джаспера как раз в тот момент, когда он вошел вместе с симпатичной афро-американкой с короткими вьющимися волосами и самой яркой красной помадой, которую Холлин когда-либо видела. Они тихо переговаривались с серьезными лицами. Джаспер сменил фартук и рубашку на пуговицах на футболку с надписью «Может быть, завтра, сатана». Его волосы были немного в беспорядке, как будто он провел по ним пальцами, или он просто выглядел слегка растрепанным. Эдакая «художественная небрежность». Что-то глубоко внутри Холлин отозвалось волной симпатии.

В руке у него была стопка бумаг, через плечо перекинут рюкзак, и он без умолку болтал. Повернув голову и увидев Холлин и Энди, он слегка помахал рукой с бумагами и довольно улыбнулся. Спутница Джаспера проследила за его взглядом и быстро оглядела их обеих.

Холлин помахала в ответ, пытаясь подавить нервный тик.

– Пришел твой парень, – шепнула Энди, подняв руку в знак приветствия и лучезарно улыбнувшись в их сторону.

Холлин почувствовала, как начинают прорываться нервные тики. Она повернулась к Энди и игриво ткнула в нее пальцем.

– Успокойся. Мы просто друзья. Даже нет. Знакомые.

Энди жевала жвачку, продолжала улыбаться и ни на йоту не выглядела раскаявшейся.

– Угу. Когда он вошел, ты оживилась, как щенок при виде лакомства.

Холлин застонала и сунула в рот свою жвачку. Горячий аромат корицы соответствовал жару, захлестнувшему лицо.

– Мы не в восьмом классе. Никаких перешептываний о влюбленностях на задней парте!

Не то чтобы у Холлин когда-либо была возможность так перешептываться, но она видела это в фильмах.

– А можно вместо этого передавать записки? – спросила Энди, легонько пихнув Холлин локтем в бок, а затем выхватила у нее ручку и большими буквами с завитушками написала Джаспер + Холлин = ¤ на странице блокнота Холлин.

Холлин рассмеялась, чуть не подавившись жвачкой, и отобрала ручку.

– Из-за тебя у меня будут неприятности с учителем.

Лицо приятельницы просияло.

– О, это может быть весело.

– Даже не думай, – предупредила Холлин, царапая каракули, хотя и не могла сдержать улыбку. – У тебя будут неприятности с учителем импровизации, он заставит тебя выступать.

Энди снова выглядела слегка обеспокоенной.

– Уела. Постараюсь вести себя примерно.

Джаспер оставил свои вещи в передней части комнаты, что-то сказал спутнице, а затем направился по центральному проходу между стульями туда, где сидели Холлин и Энди.

– О-о, пожалуй, мы уже в беде, – прошептала Энди. – Веди себя невинно.

Холлин вцепилась в подлокотник стула, пытаясь заставить пальцы не отсчитывать ритм.

– Привет, – сказал Джаспер, останавливаясь рядом и приветствуя обеих.

– Привет, учи… – сказала Энди.

– Тьфу. Это звучит странно. – Он наклонился немного ближе, до Холлин донесся запах стирального порошка и аромат темного жареного кофе. – Никому не говорите, но я никогда раньше не преподавал. Сегодня все здесь – подопытные кролики.

– Кроме меня, – твердо сказал Холлин.

Его губы изогнулись.

– Конечно. Я не нарушу обещания. Вокруг тебя – невидимое силовое поле, – сказал он, рисуя квадрат в воздухе перед Холлин. Он посмотрел на Энди. – А как насчет тебя? Ты в игре, подкастер?

Энди выдула пузырь жвачки и склонила голову набок.

– А будет больно? Насколько по шкале от полного наркоза до удаления зуба без анестезии?

– Надеюсь, нет, – сказал он со смехом. – Это должно быть весело.

– Угу, – сказала Энди, явно не убежденная. – Я подыграю. Только не выбирай меня первой.

– Понял, – сказал он, а затем протянул руку и положил ее на плечо Холлин, поймав ее взгляд. – Мы продолжим после окончания урока?

Острое осознание пронзило Холлин – не только при мысли о том, что должно было произойти, но и от его близости, от его теплой руки на ее плече. Ее тело почти не знало, как реагировать на дружескую близость. Боль пронзила грудь, но она справилась с эмоциями и заставила себя улыбнуться. – Как договаривались.

– Отлично. – Он сжал ее плечо. – Тогда увидимся после занятий. Пожелай мне удачи.

– Ни пуха ни пера, – сказала она, ее горло пересохло, а голос немного дрогнул.

Джаспер бросил взгляд на часы на стене и направился в переднюю часть комнаты. Холлин откинулась на спинку стула, ее кости, казалось, превратились в желе.

Энди наклонилась к подруге.

– Ты не говорила, что вы, ребята, собираетесь встречаться после. Молодец, детка.

– Я не собираюсь ни с кем встречаться, – сказала Холлин, пытаясь унять сердцебиение и нервные тики. – Он даст мне несколько частных уроков, чтобы помочь с новым видеопроектом, который мне нужно сделать для работы. Он знает, что я слишком волнуюсь, чтобы участвовать в групповом занятии.

– Частные уроки, да? Это круто с его стороны, – сказала Энди, хмурясь. – Может, стоит проверить его биографию. Если ты собираешься остаться с ним наедине, лучше знать, что у него есть четкое досье.

Этот комментарий вырвал Холлин из ее собственных мыслей, и она рассмеялась.

– Ты только что сказала, что это круто с его стороны. Зачем тебе проверять его биографию?

Энди посмотрела на нее с видом «слушай внимательно, детка».

– Лучшие серийные убийцы умеют быть очаровательными. А этот парень полон очарования. Он им так и сочится.

Холлин с удивлением посмотрела на подругу и покачала головой.

– Ну и каша у тебя в голове.

Энди похлопала Холлин по колену.