Я вернулся за сыном - Лана Пиратова

Яна

– Слушай, а что у вас с Олегом-то произошло? – спрашивает меня Роман, пока мы едем к дому Олега. – Почему он так ведет себя?

Я отвечаю не сразу. Мне тяжело об этом говорить, но сейчас я понимаю, что Роман – единственный, кто может и, главное, хочет помочь мне.

– Понимаешь, – отворачиваюсь к окну, – все так запутанно… Сложно объяснить…

– Попытайся, Яна, – говорит Роман. – Я очень хочу помочь тебе, но мне надо знать. Он ведь отец Никиты?

Я поворачиваюсь к нему. Мы как раз встаем на светофоре и Роман пристально смотрит мне в глаза.

– Да, – отвечаю я. – Олег – отец Никиты.

Мы трогаемся.

– Почему ты скрывала это от него? Ты ведь скрывала? Ты знала, но не говорила ему. Почему, Яна? На это была причина?

– Да, – опять киваю я. – Я не могла рассказать ему. Никому не могла. Влад запретил мне. И Дмитрий. Помнишь, я говорила про справку, что я опасна для ребенка? Если бы я рассказала все Олегу, то они дали бы ход делу. Но это и не все.

Я замолкаю. Опять смотрю в окно. Роман не торопит. Ждет.

– У Влада и Дмитрия есть документы, подтверждающие совершение Олегом тяжкого преступления, – произношу, наконец. – И, вот, если бы я была честна с Олегом, то ему грозил бы реальный срок.

– А что за преступление? – спрашивает Роман.

– Мне показали видео, на котором он кого-то жестоко избивает. Я не разглядела деталей. Но это точно был Олег. Точно. Понимаешь? – мой голос начинает дрожать.

– Успокойся, Яна, – Роман берет меня за руку. – Успокойся. Я все понимаю.

– То есть, если бы я рассказала все Олегу, то и Никиту бы отобрали, и Олега посадили бы. Я не могла… Не могла поступить иначе.

Закрываю лицо руками и чувствую, как глаза становятся влажными.

– А Олег, конечно, не в курсе всех этих деталей? Так?

– Нет, – всхлипываю. – Но теперь он знает, что Никита – его сын. И я не знаю, что рассказал ему Дмитрий. Виделись ли они?

– Ну, судя по тому, как ведет себя Олег, он знает только то, что выгодно твоим родственникам. Пора, Яна. Пора рассказать ему. Поговорить с ним.

– Нет, – мотаю головой. – Вдруг Дмитрий только пугал? Вдруг он ничего не сделает, пока я не расскажу Олегу сама? Моя правда может дорого стоить нам обоим…

Мы как раз подъезжаем к дому, где живет Олег. Нас впускают не сразу. Долгие минуты ожидания. И кажется, что лифт едет слишком медленно. И на наш звонок слишком долго идут, чтобы открыть.

Дверь открывает сам Олег. Сразу же бросает взгляд сначала на меня, потом на Романа. Хмурится.

Не впускает нас, а выходит на площадку, прикрывая дверь.

– Олег, – кидаюсь к нему, – Никита… Он у тебя?

– Что случилось, Яна? – спрашивает он ледяным голосом.

– Никита пропал, – чуть не реву я.

Надежда, что он здесь, тает на глазах. Хотя то равнодушие, с которым Олег выслушивает мои всхлипы, заставляет задуматься об обратном.

– Как мог пропасть ребенок у хорошей матери? – я слышу в его голосе издевку. Это он. Никита здесь.

Вытираю слезы и стараюсь звучать уверенно:

– Зачем ты сделал это, Олег? Ты же украл его. Ты украл ребенка.

Олег усмехается.

– Я не буду говорить с тобой о сыне в присутствии посторонних, – косится на Романа. – Хочешь поговорить, заходи. Одна.

И он приоткрывает дверь.

Перевожу взгляд на Романа. Он долго смотрит на меня, потом на Олега. Потом снова на меня. И кивает.

– Я подожду здесь, – говорит мне.

– Нет, – вдруг возражает Олег. – На улице. Не здесь. Мне не нужны сторожевые псы у двери.