Желание - Аманда Квик

— Ах, вот оно что! — Несколько секунд Гарет молчал. — Когда вы в последний раз виделись с Раймондом де Колевиллем?

— Минул уже целый год со дня его последнего визита на остров. — Клара устремила взор на скрытый дымкой берег Англии. — Тогда он приехал, чтобы проститься со мной и сообщить, что отец велит ему взять в жены богатую наследницу.

— Ясно.

— Он сказал, что жена принесет ему в приданое много денег и земли в Нормандии. Я же не могла предложить ничего, кроме маленького острова цветов.

— А Раймонду де Колевиллю этого показалось мало?

Клара бросила на него недоуменный взгляд:

— Разве мой остров сравнится с тем, что может принести богатая наследница? Да вы и сами никогда бы не приехали сюда, если бы имели шанс заключить более выгодный брак.

— А вы и вовсе не вышли бы замуж, если бы у вас имелся выбор. Верно?

— Да.

— Если уж судьба лишила вас счастья выйти за Раймонда де Колевилля….

Кларе не понравились резкие нотки, прозвучавшие в голосе сэра Гарета, и она решила сменить тему беседы.

— Скоро состоится ежегодная весенняя ярмарка в Сиаберне. Именно там мы продаем львиную долю духов. Богатые купцы специально приезжают туда из Лондона и Йорка, чтобы приобрести наши товары. Думаю, вам будет интересно узнать и об этой стороне нашего ремесла?

— Не сейчас. Сначала расскажите, где вы познакомились со своим идеалом.

Клара вздохнула:

— Он был другом моего отца. Они познакомились десять лет назад, когда отец путешествовал во Францию, чтобы послушать в Париже лекции об арабских трактатах.

— Раймонд де Колевилль тоже обучался в Париже?

— Да. Сэр Раймонд был исключительно образован и начитан для рыцаря.

— Поразительно.

— Он гораздо больше интересовался книгами, чем рыцарскими турнирами и военными забавами.

— Неужели?

— К тому же он был очень любезен, проявляя интерес к моим скромным занятиям. Мы часто целыми часами беседовали об этом.

— Да что вы говорите? — вкрадчиво понизил голос Гарет.

— Конечно, его интерес к моему делу был чисто интеллектуальным, тогда как ваш носит более практичный характер.

— Вы считаете мою заинтересованность корыстной?

Клара слегка покраснела:

— Я не хотела обидеть вас, милорд. Нет ничего удивительного в том, что ваше любопытство вызвано соображениями чистой выгоды. Вы же знаете, что мои рецепты станут основой вашего будущего богатства и процветания.

— Я пришел к вам не с пустыми руками, леди Клара. Да, у меня нет своей земли, но я далеко не нищий. Охота за разбойниками достойно оплачивается, миледи.

Ситуация ухудшалась с каждой минутой… Клара лихорадочно искала выход из этой опасной трясины.

— Прошу прощения, если невольно обидела вас, сэр Гарет.

Его лицо стало задумчивым.

— Странствующий призрак, назойливый сосед, несносный мальчишка-менестрель, а теперь еще человек из вашего прошлого, коего вы избрали мерилом добродетели и образцом для всех остальных мужчин… Будет ли конец списку соперников, с которыми я вынужден сражаться за вас, госпожа моя?

И вновь Клара с тревогой почувствовала, что Гарет почему-то находит ситуацию забавной.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, милорд. Надеюсь, вы не станете оспаривать тот факт, что вам не придется ни с кем сражаться за мою руку? Вопрос о нашем браке уже решен, не так ли?

— Нет, не вполне. Нам необходимо обсудить еще кое-что.

— Что именно, милорд?

— Нашу брачную ночь.

— Ах, это! — Клара выпрямилась в седле. — Раз уж вы сами завели об этом речь, милорд, наверное, нам следует прямо сейчас обсудить все детали.

— Наверное.

Она глубоко вздохнула:

— Я раскаиваюсь в том, что устроила неловкую утреннюю сцену.

— Неловкую? По-моему, это слишком мягкое определение.

— Согласна. Это было неприлично, — нахмурилась Клара. — Я должна была обсудить этот вопрос наедине с вами.

— Сегодня утром вы бросили мне вызов, миледи. И сделали это на глазах у всех своих домочадцев и в присутствии лорда соседнего манора. Теперь весь остров сплетничает о том, что вы отказали мне в супружеских правах.

Клара откашлялась и приготовилась до конца стоять на своем.

— Я не хотела устраивать сцену, милорд. Это произошло по вашей вине.

— По моей вине?

— Да, по вашей, а чьей же еще? Ваши угрозы сэру Николасу были оскорбительны для моей чести.

— И поэтому вы потеряли контроль над собой и при всех собравшихся выложили мне то, что намеревались сообщить наедине?

Клара набрала в легкие побольше воздуха:

— К сожалению, далеко не у всех такое самообладание, как у вас, сэр Гарет.

— Вероятно, вам просто следует поупражняться.

— Как вам удается так владеть своими чувствами, милорд? — пытливо взглянула ему в глаза Клара.

— Я незаконнорожденный, не забывайте об этом.

— Я не понимаю… Какое это имеет отношение к вашей выдержке?

— Незаконнорожденные дети слишком рано приходят к пониманию, что в этой жизни им придется довольствоваться лишь чужими объедками. А значит, им придется в бою брать все то, чего они лишены по праву рождения. Сильные чувства опасны для безродных.

— Но почему? Мне кажется, они должны переживать гораздо сильнее и глубже, поскольку вынуждены бороться за все в этой жизни. И чем сильнее желание, тем труднее борьба.

Гарет снова как-то странно посмотрел на нее:

— С вами не поспоришь. Однако так уж получилось, что я поставил себе на службу логику, ум и волю, а вовсе не дикие, необузданные страсти.

Заглянув ему в лицо, Клара поняла, что Гарет отвечает за каждое свое слово.

— Я поняла. Впрочем, ваш характер — ваше личное дело Я просто хочу, чтобы вы поняли — мы с вами очень разные люди.

— Да. — Редкая улыбка тронула уголки губ Гарета. — И ваш характер, несомненно, приносит вам гораздо больше неприятностей, чем мне моя выдержка.

Клара не стала оспаривать последнее утверждение. Ей необходимо было доказать Гарету куда более важные вещи.

— Сэр, я буду с вами предельно откровенна. Я хочу обсудить не только то оскорбление, которое вы утром нанесли моей чести.

— Сегодня утром я готов был защищать вашу честь, а не оскорблять ее.

— А я оскорбилась! — отрезала Клара. — Но оставим это. Я только хочу сказать, что, прежде чем стать настоящими супругами, мы с вами должны получше узнать друг друга.