Дикая связь - Джей Бри

Когда мы приходим в столовую, то прибываем последними. Норт сидит со своей ассистенткой рядом, подписывая бумаги. Нокс расположился на своем обычном месте, перед ним уже стоит стакан виски, а на его лице ухмылка, от которой мне хочется умереть чуть больше, чем обычно.

Грифон гримасничает, когда мы входим, и моя грудь сжимается, пока он не говорит: — Пен, ты закончила. Все остальное может подождать до утра.

Ах.

Он боится, что я потеряю рассудок при одном только виде этой женщины, работающей в тесном контакте с Нортом, потому что я теперь маленькая чувствительная сучка, благодаря моим возбужденным, кошмарным узам. Я даже не могу винить его, правда.

Ассистентка смотрит на меня и удивляется, как будто не заметила, что мы вошли. Я не улыбаюсь и не признаю ее, а просто занимаю свое место и избегаю взгляда каждого, изучая выбор блюд на вечер.

Здесь есть лосось и омар. Кто-то действительно следит за мной в данный момент, потому что на этой земле нет ничего вкуснее лосося и омара. Я смогу, возможно, потенциально смогу справиться с этим ужином, если это та еда, которую я буду поглощать во время всего происходящего.

Норт собирает бумаги и отдает их ассистентке, кивая ей, пока она в последний раз проверяет, чтобы убедиться, что он рад ее уходу. Грифон уставился на нее смертельным взглядом через стол, словно оскорбленный тем, что она не выбежала отсюда с криком по его приказу.

Это немного забавно.

Совсем чуть-чуть.

Норт берет тарелку со стопки рядом с собой, и я даже не пытаюсь задать ему вопрос, когда он начинает ее заполнять. Я и так знаю, что это для меня. Мы все знаем. Никто больше не двигается, чтобы взять еду, все ждут, пока он решит, что я буду есть и сколько именно.

Ему повезло, что он все равно наполняет ее так, как наполнила бы я.

Челюсть Атласа крепко сжимается, но он пока не спорит с ним. Я говорю «пока», потому что знаю, что сейчас у него внутри все бурлит. Я знаю, что в какой-то момент сегодня Норт скажет что-то, и это приведет в действие какую-то невидимую линию внутри Атласа, и он прорычит что-то злобное и ненавистное Дрейвенам в целом.

Единственный, кто сейчас в безопасности от его острого языка – это я.

Норт ждет, пока я поужинаю, а все остальные наложат себе еды, прежде чем начать, но, как всегда, он подбирается к моему горлу. — Мы не можем просто ждать, пока ты повзрослеешь и преодолеешь эту свою маленькую бунтарскую фазу. С сегодняшнего вечера будут внесены изменения, чтобы твои узы не разбушевались снова, Олеандр.

Бунтарская фаза.

Атлас очень медленно и аккуратно кладет свои столовые приборы обратно на стол, но я вкладываю свою руку в его, чтобы остановить от того, что он собирается здесь сделать.

Я проглатываю полный рот декадентских морепродуктов. — Не думаю, что я так много прошу, требуя немного уважения, прежде чем просто… раздвинуть ноги для вас всех. Это ведь твой план, верно? Я просто лежу и позволяю вам всем использовать меня ради власти? Почему это не кажется тебе чем-то, против чего я могу возразить?

Гейб напрягся на сиденье рядом со мной, но он пытается скрыть это, схватив свой стакан и глотнув воды. Я уверена, что мне придется еще раз обсудить с ним это, но в том, что я говорю, нет ничего плохого.

Это то, чего они хотят.

Норту приходится заметно разжать челюсть, чтобы ответить мне. — Я хочу прожить эту неделю без страха, что ты вот-вот лишишь всех в нашем сообществе рассудка, потому что закатила истерику. Я хочу знать, что ты будешь достаточно ответственным и взрослым человеком, чтобы сказать своим Связным, когда тебе трудно и что-то нужно, даже если это что-то, в чем ты сама виновата, как сейчас.

Ах, вот оно что. Стыд за то, что осмелилась быть биологически обязанной завершить связь с ними.

Я оглядываю всех, хотя лучше бы мне умереть, а Нокс, черт возьми, ухмыляется над нашим спором. Ухмыляется, потому что это так смешно для него.

Я хочу убить…

Нет.

Не думай так, Оли. Мы все еще в опасной зоне.

Я смотрю вниз на свою едва тронутую тарелку. — Что ты предлагаешь, потому что я больше не хочу есть. Я собираюсь лечь спать пораньше, чтобы завтра идти на занятия.

Глаза Норта тоже опускаются на тарелку. — Тебе нужно быть ближе ко всем своим Связным. Ты не отреагировала на Гейба или Бэссинджера прошлой ночью, потому что уже получаешь от них то, что тебе нужно. Мы составим график, и каждую ночь ты будешь спать с одним из нас. Если это не сработает, тебе придется начать обдумывать возможность Связи с нами, иначе ты будешь представлять опасность для всех нас.

Абсолютное блядь, нет.

Ни за что.

Он не может быть серьезным?!

Но когда я оглядываю стол, я обнаруживаю, что он не только серьезен, но уже и убедил всех за этим столом, что это хорошая идея… если не единственное доступное нам решение.

Черт.

Глава 11

— Почему я не могу спать в своей кровати, а вы все по очереди приходить ко мне? Почему я должна ходить к вам?

Это не самая большая моя проблема, но это единственная, которую я могу озвучить прямо сейчас, когда все они смотрят на меня с разной степенью презрения и пренебрежения.

Ладно, в основном это Нокс, но все равно, из-за этого трудно даже говорить.

Норт возвращается к поеданию своего ужина, как будто он не разрушает всю мою жизнь, и говорит своим обычным отрывистым тоном: — Гейб сказал, что тебе нужно много запахов, предпочтительнее сильно поношенная одежда, так что спать в наших кроватях имеет больше смысла. Может быть, когда твои узы успокоятся, мы сможем вернуться к этой идее, но пока мы будем делать вот что.

Верно.

Норт Дрейвен, член совета, высказался, так что, конечно, все так и будет. Весь день я так крепко держалась за свои узы, а теперь чувствую, как они напрягаются из-за наглости этого человека. Но я не могу выпустить на него свой гнев, как бы он этого ни заслуживал.

Я также не могу доверять своим узам,