Ты мой трофей, девочка - Амира Ангелос

Удар гонга. Бой начинается.

— Бешеный после травмы. Думаю, ему наваляют сегодня, — насмешливо произносит один из парней, сидящих чуть выше. — Питон в отличной форме. О, браво, отличный удар!

Бешеный, видимо, это Арслан. Потому что на плече второго бойца, более коренастого и чуть ниже ростом, цветная татуировка питона, чешуя которого зловеще переливается в свете софитов.

Бешеный уклоняется и со всей силы ударяет Питона в лицо. Еще один удар. Тот отклоняется и бьет Арсу в корпус. Тот отлетает к стене клетки. Трясет головой, стона встает в стойку. Вздрагиваю, все тело сковывает от жестокого зрелища. Арслан очень подвижен, несмотря на высокий рост, завороженно наблюдаю, как его мышцы напрягаются и сокращаются с каждым наносящим ударом.

Толпа орет, скандирует, все эти звуки, вперемешку с треском суровых ударов вызывает у меня ощущение падения в бездну. Хочется зажмуриться, не смотреть.

— Я хочу уйти, — наклонившись к Лике, шепчу ей на ухо.

Но она словно окаменела, не слышит.

— Держись, мой зверь, — шепчет спустя паузу, и я понимаю, что не достучусь сейчас до нее.

Арсу приходится нелегко, сейчас явно в наступающем положении Питон, он молотит противника не жалея ударов. Вижу слезы на глазах Лики. Искренне сочувствую ей. И Арслану… Поворачиваю голову и как в замедленной съемке вижу, как он падает после мощного удара в голову. Гонг.

Питон победил.

Лика срывается с места так быстро, что я не успеваю отреагировать.

Она смешивается с толпой. Я тоже поднимаюсь, совершенно растерянная.

— Оставайся здесь, я найду ее, — кричит Глеб.

— Твоя подруга очень чувствительная, — говорит Матвей.

— Да, она…

Матвей протягивает мне бутылку воды. Жадно начинаю пить, вспоминая, что жажда мучает уже давно, в горле пересохло. Он объясняет мне про бой, удары, профессиональные термины. Я киваю, но не вникаю в суть его слов. Мне очень хочется уйти, жалею, что приехала сюда. Вся эта жестокость, кровь, точно не мое.

Но теперь не уйти пока не вернется Лика.

В этот момент вижу Беса.

Понимаю, что это было неизбежно. Он стоит на возвышении возле клетки. Черный шелковый халат безошибочно говорит о том, что Бес готовится к бою.

Рядом с ним девушка. Ну конечно, куда же без этого!

Мурашки сменяются острой болью под ребрами. Словно меня ударили.

Та же красотка, что была с Берсланом на дне рождения его отца.

Снова удар гонга и я прилипаю глазами к клетке.

Хотела бы убежать куда глаза глядят, не смотреть, но это сильнее меня.

Меня буквально приклеивает к мощной фигуре без грамма лишнего жира. Подтянутый, очень подвижный. Его противник наоборот, похож на огромную скалу.

Толпа взрывается восторженным ревом.

Мне кажется, что схожу с ума. Нет больше ни страха, ни сочувствия. Я сама в клетке, рядом с этим совершенным, сногсшибательным мужчиной. Разбираю на молекулы каждое его движение и плавлюсь от странного кайфа. Его влажные растрепанные волосы. Блестящая смуглая кожа. Мощные ноги, постоянно в движении, ловко балансирует. Это похоже на некий танец.

Меня бросает в жар. На лбу выступают капли пота.

Боже. Это просто ужасно, я чувствую, как твердеют соски, груди болезненно наливаются.

Бес четкими ударами выбивает из противника волю к победе. Кажется, даже особенно не напрягаясь.

Толпа скандирует его имя.

Я же… Не узнаю себя абсолютно. Насилие всегда вызывало во мне лишь отвращение. Сейчас — это не я. Мне хочется самой себе надавать пощечин за ощущения, которые переживаю.

Почему мое белье влажное, а пульс зашкаливает?

Это неправильно. Пошло.

Каждое движение Беса на ринге будто проходит сквозь мои нервные окончания.

Я плыву в тумане абсолютной похоти.

Теряю связь с реальностью. Зажмуриваюсь, чтобы хоть немного отрезветь и когда открываю глаза, потому что вопли зрителей становятся нестерпимыми, рефери уже держит руку Беса, поднимает ее вверх в знак победы.

Потная грудь Берслана поднимается и опускается с каждым глубоким вздохом. Он просто невероятно хорош сейчас, и я понимаю, что каждая девушка в этой толпе мечтает о нем.

В этот момент, не могу поверить, но наши взгляды встречаются! Бес смотрит прямо на меня, в его глазах вспыхивает опасный огонь.

Мне становится до чертиков страшно. Не соображая что делаю, вскакиваю с места.

— Женя? Ты куда, что случилось? — Матвей хватает меня за руку.

— Я сейчас вернусь! — говорю первое что приходит в голову. На самом деле оставаться тут не собираюсь. Бегу вниз, сталкиваюсь с Эльмирой. Пытаюсь обойти ее, пробормотав извинение, что едва не врезалась в нее, но девушка не отходит. Наоборот. Делает шаг вперед. На ее лице презрение.

— Твой парень, да? Ловко вы меня развели, ты и твоя подружка выскочка.

— Что, прости?

— Не строй из себя идиотку! Как я вообще могла в такое поверить? Тьфу, противно! Еще и заехала за вами, личным шофером поработала.

— Извини…

— Ты это серьезно, дорогуша? В институте лучше не появляйся, я тебе такое устрою. Ненавижу таких как ты! Трепло вонючее! А эта, вторая, вообще отожгла. Ты, значит, невеста, а она — сеструха. Ага. Еще только мамочки и личного садовника до кучи не хватает. Чего с собой не позвали? Я поняла. Вы понятия не имели где будет туса. И развели меня как лошару.

— Лика действительно…

— Я только что разговаривала с девушкой Беса. С настоящей. С той, которая возле клетки с ним была. С которой он приехал сюда. Так вот, она тебя знает. Ты — прислуга в его доме. Боже! Ну и позорище! Он сам-то в курсе, что ты про него треплешь?

Отталкиваю Эльмиру, убегаю, смешиваюсь с толпой, сгорая от стыда. Сейчас мне хочется задушить Лику собственными руками, за то что так подставила меня.

— Женя! Стой! Ты куртку забыла…

Матвей догоняет меня.

Забираю из его рук куртку, я даже не заметила, как сняла ее.

— Спасибо.

— Почему ты плачешь? Что тебе наговорила Эльмира? Слушай, ты не обращай на нее внимание… Я немного знаю ее, не особо приятная девица. Слишком много думает о себе. Серьезно. Плюнь на нее.

— Извини, я сейчас хочу побыть одна. Ты можешь вызвать мне такси?

Сейчас я точно не готова открывать душу малознакомому парню, даже такому доброму как Матвей. Я благодарна ему за поддержку, но все равно хочу как можно скорее покинуть это место.

— Жень, я не отпущу тебя в