Простите, декан! Я не хотела… - Алиса Квин

— А четвертый был у меня, — разбил мои надежды о том, что все это неправда, Проша.

Не успела я принять и переварить эту информацию, как песец добавил:

— Пока не умер…

Ну вот. Теперь мне придется как-то жить с этим и разбираться с последствиями. Везет, как утопленнику! Где я так согрешила?

— Детка, — проявила заботу Клаудифь, — ты побледнела! Все в порядке?

— Лучше не придумаешь, — рассеянно ответила ей.

— Я говорил тебе, что не подхожу на роль фамильяра! Ты ведь меня не слушала! — будто оправдываясь, сказал песец.

— А я что, тебе не верила? — отмахнулась я, — Можно подумать, я всегда мечтала получить такого, как ты в помощники.

Проша показал мне зубы.

— Я тебя не боюсь! Ты в курсе?

— Бестолковая девчонка! — ругнулся фамильяр.

Нимфа снова засмеялась.

— Да перестань, Оннур, — проговорила она, — как тебя можно бояться в этой белой шкурке? Да как тебя угораздило попасть в это тело вообще?

— Я могу выйти в мир живых только в момент призыва фамильяра следующего привратника, — нехотя признался он, — кто ж знал, что для нового стража в фамильяры выберут именно писца? Хотя, учитывая, что у Леськи снежная магия, ничего удивительного, не саламандру же ей призывать.

— Ты прав, — покивала нимфа.

— Стоп! — боги, у меня уже голова разболелась от этого разговора, — Ты хочешь сказать, что если бы моя куратор магистр Карн назвала тебя в момент призыва тигром, то ты был бы тигром?

— Да.

— А если бы виверной?

— Был бы летающей змеюкой.

— Или мышью…

— Хватит! Сказал же, что кем назвали, тем и стал! — в голосе фамильяра сквозило раздражение.

А потом до меня дошло.

— В момент призыва фамильяра для следующего привратника? Это… то есть…

Алиамилайни ободряюще сжала мою ладонь, понимая, что я сейчас просто на пределе. По кончикам моих волос побежали искорки инея. В помещении ощутимо похолодало. В глазах, сидящей напротив нимфы промелькнуло сочувствие. Именно сочувствие — не сожаление. Клаудифь знала, что уже ничего не изменить. Она сама несла этот груз многие годы, сотни лет. А теперь я должна принять эстафету? Спасибо, не надо!

— Почему я? — хрипло спросила я, борясь с целым ураганом эмоций, закипавших внутри.

Источник охотно откликнулся на мои волнения. Он вскипел, взметнулся вверх, набирая обороты. Мне стало жарко. Я делала глубокие вдохи и поспешно выдыхала через рот, пытаясь унять приступ подступающей паники.

— Твоя магия близка к той, которая была у меня, уровень силы соответствует, — посмотрел на меня Проша, чуть наклонив голову набок, — знак Акашаеми признал тебя, подчинился, я лишь немного направил силу в нужном направлении.

Обалдеть!

— Но ты так злился, когда тебя призвали ко мне, — вспомнила я, — устроил погром в лаборатории академии. И, между прочим, это из-за тебя у меня теперь неприятности!

— Узнаю Оннура! — весело сказала Клаудифь.

Песец встопорщил шерсть, что-то фыркнул нечленораздельное и демонстративно отвернулся от нее.

— Да, — в конце концов, признался он, — если бы я не стал фамильяром для ведьмы-недоучки, я мог бы стать на время привратником. Вернуть в мир живых артефакт и найти себе достойного приемника. Но я оказался привязан к девчонке!

И вид такой недовольный, будто я виновата в его бедах.

— Но у тебя было бы не больше года для этого, — сказала наставница принцессы, — зачем так рисковать? Если бы у тебя не получилось, ты бы растворился в хаосе, унеся с собой Акашаеми!

Нимфа рассердилась не на шутку. Ее кожа внезапно потемнела, приобретя коричневый оттенок, покрылась бороздами, как кора деревьев. Глаза полыхнули зеленью, руки стали крючковатыми с черными, загнутыми когтями. Стройный, девичий стан Клаудифь сгорбился, делая весь облик нимфы старческим, а голос зазвучал низко и раскатисто. Вот теперь сразу видно, что она совсем не девочка.

— Я готовлю себе преемницу! — звенящим голосом проговорила старая карга, то есть нимфа, — А почему ты был столь самонадеян, что не оставил артефакт своему наследнику?

Скрюченный, дрожащий перст уткнулся в песца. Проша опустил уши и как будто стал меньше в размерах. Ведь понимает, стервец, что Клаудифь права. Из-за него Акашаеми Воздуха чуть было не пропал навсегда.

— Его убили, — тихо произнес мой фамильяр таким тоном, что у меня сжалось сердце от жалости, — я не успел его спасти. В той схватке и я потерпел поражение. Смог лишь спрятать артефакт и перейти в мир духов.

Глава 19

Мы еще долго разговаривали в кабинете нимфы. Оннурприей рассказал о той схватке, в которой потерял своего преемника и погиб сам. Это случилось пятнадцать лет назад во время попытки свергнуть демонов с трона империи. В историю эта война вошла как Мертвая война. Тогда коалиция некромантов и группа человеческих магов восстали против демонического всевластия. Ради спасения нашего мира от пришельцев из Хаоса, маги — настоящие герои подняли мертвое войско. Они не посылали на смерть живых людей, призывали умертвия и зомби на борьбу со злом.

Война пронеслась по империи стремительным смерчем, унося с собой тысячи жизней людей, магов, эльфов, орков… но некроманты проиграли. Демоны взяли под контроль всех магически одаренных, создав Конклавы в каждом городе. В той войне погибла моя семья, а я осталась сиротой, чудом выбравшись из горящего дома. Меня нашли без сознания на пороге приюта.

Я всей душой ненавижу демонов! Мне безмерно жаль, что в Мертвой войне победа осталась за ними. Я верю, что когда-нибудь мы станем сильнее и сумеем дать достойный отпор, сможем освободить наш мир от гнета этих страшных, беспощадных, кровавых убийц.

— Элис! Ты меня слышишь? — позвала меня Лиа.

Я хлопнула глазами и удивленно посмотрела на принцессу.

— Что?

На красивом личике эльфийки промелькнуло изумление.

— Ты где витаешь? — возмутилась она. — Я тебя зову-зову, а ты молчишь!

— Прости, — тряхнула я головой, — задумалась просто. Так вспомнила кое-что…

Нимфа протянула руку и коснулась моего плеча. От ее прикосновения по телу побежали теплые лучики света. Мой источник всколыхнулся, завибрировал, наполнился чистой энергией.

— Как интересно! — прошептала Клаудифь, закрыв глаза.

Я напряженно наблюдала за нимфой. Что она задумала? Чего хочет от меня? Проша тоже не сводил глаз-бусинок со своей давней знакомой — склонил голову набок и слегка подергивал кончиком пушистого хвоста от нетерпения.

— Что там? — не выдержал мой фамильяр.

Клаудифь не спешила ему отвечать. Она распахнула свои огромные глазищи. На этот раз в них клубилась тьма. Будто сама бездна взглянула на меня из них.

— Тебе предначертано проделать великий Путь! — заговорила нимфа, но от ее голоса я вздрогнула и дернулась.

Ее пальцы вновь превратились в лапищи