Сумасшедшая одержимость - Даниэль Лори

Произошедшее быстро испортило всем настроение, и вечеринка вскоре закончилась.

– Спасибо, что пришли. И просим прощения за… – Моя улыбка дрогнула. – Эм, за доставленные неудобства.

Сальватор Абелли одарил меня неодобрительным взглядом, прежде чем он и его семья удалились. Что ж, по крайней мере, обошлось без кровопролития, а то это уже почти стало обязательным моментом во время встреч с Абелли.

Нико направился к двери.

– Пока, Туз! – окликнула его я. – Как хорошо, что мы наконец-то посидели с Абелли безо всяких происшествий, не правда ли?

Судя по его лицу, он не оценил шутку.

Попрощавшись с остальными гостями, я закрыла дверь, прислонилась к ней и оценивающе окинула взглядом бардак из тарелок и стаканов.

– Dios mio, – пробормотала я и тут же прокляла себя. Это будет стоить мне десяти покаяний на следующей исповеди.

Я вздохнула, но не успела выдохнуть, как мое тело напряглось. Я думала, что Кристиан ушел раньше всех, ускользнул с вечеринки, как только свершилась спланированная им драма. Но теперь, идя на его низкий голос, я знала, что ошиблась. Мое сердце замерло и упало вниз, словно я выпила слишком много «Санрайзов».

Он разговаривал по телефону, облокотившись о стеклянные перила террасы. Каждое слово было грубым, тихим и непонятным, словно он говорил на иностранном языке.

Когда Кристиан поднял взгляд и заметил меня, в его глазах промелькнул огонек и он переключился на чистый и связный английский.

«Сколько же у него секретов».

Он завершил звонок, и мы уставились друг на друга в полнейшей тишине. Наши лица выражали безразличие, но в воздухе искрило электричество, от которого спирало дыхание.

– Наверное, мне полагается сказать, что вечеринка была отличной, – протянул он.

– Наверное. Хотя звучит фальшиво, учитывая, что ты ее испортил.

– А, крыша едет у Туза, но виноват я?

Я покачала головой.

– Ты прекрасно знал, что делал.

– Может быть.

– Я просто хочу знать почему. Я думала, вы с Тузом пьете кофе, делитесь секретами и ходите вместе по магазинам.

Он пожал плечами.

– Око за око.

Так дело было в мести?

– За что… Хотя погоди, не говори. Он увел у тебя девушку.

На лице Кристиана едва заметно дернулся мускул, и я осеклась.

– О боже мой, и правда увел.

Он оттолкнулся от перил и размял плечи.

Кто была та женщина, которую он так сильно хотел? Елена Абелли?

Во рту стало гадко. Наверное, из-за «Брауни», который я запила алкоголем.

– Ну, если интересно, я бы поставила деньги на тебя, – сказала я.

– Почему? – он пригвоздил меня взглядом к месту.

Я облизнула губы.

– Ну, во-первых, быть таким красивым незаконно. А во-вторых, ты хорошо скрываешь свою темную сторону, в то время как Туз даже не пытается.

Кристиан медленно кивнул, словно я сказала что-то умное.

Я дернула плечом.

– Но если тебе нужна пара подсказок, то стоит поработать над собой, чтобы хоть иногда не вести себя как мудак. Хотя порой думаю, что это только я удостаиваюсь такого отношения.

Моя беспорядочная жизнь, должно быть, его неимоверно раздражала.

– Я запомню. – Он убрал руки в карманы и шагнул ко мне. Его глаза сузились, голос стал грубым и требовательным. – Почему ты сегодня закрыла передо мной дверь?

Мой пульс сбился, и я сделала шаг назад.

– Ты меня триггеришь.

Еще шаг.

– Почему наркотики?

Еще шаг назад.

– Мы что, играем в «пятьдесят вопросов»?

– Отвечай.

Я стиснула зубы.

– А ты заставь.

По лицу Кристиана скользнула тень. Он медленно шел ко мне, но я видела в его глазах искру злости.

– Знаешь, чему я научился за эти годы?

Я покачала головой.

– Допросам. Мне понадобится всего двадцать минут, чтобы сломать человека, чтобы заставить взрослого мужчину звать мамочку. Тебя я могу заставить кричать за две минуты.

Моя кровь вскипела и заледенела одновременно.

– И где же такому учат?

– В аду. – Он ответил без паузы, так буднично, что у меня по спине пробежал холодок. – Ты ответишь, почему баловалась с порошком сегодня. Сейчас же.

Кристиан был последним человеком, с которым я бы поделилась своим прошлым. Он и так считал меня катастрофой, я и думать не хотела, как он станет ко мне относиться, узнав все мои грязные секреты.

– Ты исчезаешь на три года, а потом возвращаешься, и у тебя хватает наглости что-то требовать от меня? Ты ясно выразил интерес ко мне еще тогда, Аллистер. Я ничего тебе не скажу, смирись.

Холодные глаза пронзили меня, как стрела в грудь.

– Какую часть в «позвони, если что-то понадобится» было так сложно понять?

Сердце билось неровно. Часть меня не могла поверить, что мы действительно обсуждали сейчас ту ночь.

– Я тебя умоляю. Когда женщина две недели не слышит от мужчины ни слова, ей все становится кристально ясно. – Совсем другой ответ отскакивал рикошетом от стен моей черепной коробки, словно мячик: «Тебя здесь не было. Тебя не было со мной, ты меня оставил, как и все остальные».

Отвращение сдавило мне горло.

– А может быть, так тебе было проще смириться с новым мужем, чьих денег хватит, чтобы поддерживать твои прихоти до конца твоей жизни.

Я было засмеялась, но от злости смех застрял у меня в горле.

– Я тебя ненавижу.

– Взаимно.

Кристиан направился к двери, и я повернулась, чтобы проводить его глазами.

– Скажите, офицер, вы были так же холодны со своей матерью?

Он замер.

Температура в комнате упала на несколько градусов, и на моей коже выступили мурашки. Но я не могла остановить себя. Мне хотелось сделать ему больно, заставить почувствовать хоть что-то.

– Мне даже жаль эту женщину, ей пришлось родить такого бессердечного сына.

Кристиан развернулся. Если бы взглядом можно было убить, то я бы уже была мертва.

– Заткни свой поганый рот.

Я холодно рассмеялась.

– А что ты мне сделаешь? Заставишь кричать? А маму свою ты тоже…

Из моих легких вышибло воздух, когда Аллистер схватил меня за горло и припечатал к стене.

– Ты ничего не знаешь о моем прошлом, – прорычал он.

Его слова звучали иначе, грубее, чем должны были. Ловя ртом воздух, я не сразу смогла осознать, что это значило. А когда смогла, то уставилась на него, тяжело дыша.

Этот мудак был русским.

Глава одиннадцатая

Кристиан

Не то чтобы я этого не предвидел. Господи, да именно поэтому старался держаться от нее подальше. Я знал, что она вынудит меня сорваться. Хотя, как бы мне ни