Шоу Подбор - Софья Лямина

Подумав, достала телефон и сделала интоснимок рисунков. Может, я подло выковыриваю ценное для археологов и историков ископаемое? Невесело будет, если меня обвинят в вандализме. Франческо тогда закопает меня под этим же камнем, если я таким образом испорчу репутацию его компании.

Кинув последний взгляд на рисунки, я уперлась руками в поверхность камня, надавливая изо всех сил. Булыжник даже не шелохнулся! Я повторяла это снова и снова в течение часа, но он все также стоял на месте. И в какой-то момент мне показалось, что камень издевается. С подозрением взглянув на него, отошла на край опушки и, разбежавшись, толкнула камень изо всех сил.

И он накренился в бок. Моей радости не было предела! Теперь дело оставалось за малым — уронить камень и откатить его в сторону леса. Для этого мне потребовалось еще несколько раз продемонстрировать забег на короткую дистанцию с препятствием на финише в виде камня.

Когда он, наконец-то, оказался на земле, ладони были содраны до крови, но с задачей я справилась. И, подпинывая ненавистный минерал ногами, я бодро покатила его к ближайшей елке.

Когда булыжник оказался в лесу, я устало осела на землю, обняв тонкий ствол соседнего дерева. В лесу было спокойно. Пахло хвоей и землей. Над головой раскинулось бесконечное черное небо, усыпанное мириадами серебряных звезд. Тихо шуршали деревья и трава, и раздавалось мое тяжелое дыхание.

В этот момент я была просто счастлива, что нахожусь здесь, вдалеке от людей и вечного шума столицы. Даже мелькнула мысль, что Калеб не такой уж и гад, просто у него жизнь тяжелая. Все же он продюсер безумно популярного шоу о родах, облеченных властью. За его действиями следят все и комментирует каждый. Очень трудно оставаться хорошим человеком, когда каждому твоему шагу дают оценку, с затаенным злорадством ожидая промахов.

До того, как Калеб занял эту должность, он был самым обычным человеком. Я читала его биографию перед тем, как отправилась на шоу. Мистер Хоткинс вырос в консервативной семье, где основной ценностью была воля главы семьи. Шоу-бизнес там вызывал злобные насмешки и ненависть к «тунеядцам, живущим за счет народа».

Когда Калеб понял, что хочет развиваться в этом направлении, стать своим в верхних кругах элиты, то семья отреклась от него. Он приехал в столицу с маленьким чемоданом, куда влезал лишь костюм для собеседования, документы, билет на поезд и одноразовый телефон. Не представляю, как он смог получить должность, пробиться вверх по карьерной лестнице, открыть свое шоу и доказать миру, что может человек с маленьким кошельком и большими амбициями.

Да, мистер Хоткинс не самый приятный человек, но он построил свое шоу с нуля, и это многое говорит о его характере. Неудивительно, что Калеб так цепляется за свое детище.

Под небольшой кучкой пожухлой травы и пожелтевших иголок хвои что-то зашуршало. Направив луч фонаря в ту сторону, я притихла. Змея? Только ее не хватало. Я же совершенно не разбираюсь в видах змей, поэтому представления не имею, какие из них ядовитые, а какие так, плюются забавы ради.

Но, к моему облегчению, из-под травы вылез игольчатый комок. Ежик, фыркая, обнюхивал землю.

Какая прелесть!

— У-тю-тю, какой хорошенький, — просюсюкала я, направляясь в его сторону.

Как же давно я не видела животных в их естественной среде! В столице звери и насекомые водятся только за стеклянными стенами зоонанопарков. Потрогать их можно в специальных контактных учреждениях, но те животные очень сильно отличаются от диких. Спокойные, меланхоличные, смирившиеся с вечным сюсюканьем и обожанием окружающих, а этот ежик был другим. Настоящим, а не модифицированным.

Еж снова фыркнул и поднял мордочку в мою сторону, сверкнув желтыми глазами с вертикальными глазами.

— Это что такое? — удивилась я, наклонившись к нему поближе.

Вот как ведут себя нормальные лесные ежи? Понятно, конечно, что их поведение отличается от того, к чему я привыкла в зоонанопарках. Но должны ли они шипеть, брызгать пеной и запускать в меня выпавшими иголками?

Я тоже подумала, что это как-то странновато, поэтому и рванула от ежа с такой прытью, какой от себя никогда в жизни не стала бы ожидать!

Зачем тренировать спортсменов перед соревнованиями? Просто подсуньте им мутировавшего ежа!

***

Тем временем в резиденции рода Арчибальд…

Перед сотнями мониторов сидело двадцать человек, неотрывно наблюдающих за происходящим на камерах. А там, среди деревьев и кустарников, разворачивалось непривычное для суровых военных действие.

Хрупкая девушка в профессиональной экипировке исследовательской экспедиции яростно пинала большой камень, хватаясь по очереди то за одну, то за другую ногу. Даже сквозь помехи и не лучшее качество изображения было видно, как яростно сверкали глаза конкурсантки шоу «Подбор».

— Морец, а она вообще как, нормальная? — задумчиво вопросил один из мужчин, потирая щетинистый подбородок.

— Да нормальная, — как-то неуверенно отозвался Изольд, заложив руки за голову и удобнее устраиваясь в кожаном кресле с высокой спинкой. — деловая. Говорит: «Обратитесь, мистер Морец, к президенту, он вам поможет». И главное, ни грамма сомнения.

— Слышь, парни, а нафиг она камень пинает? — вопросил другой мужчина, наливая в фарфоровую белоснежную кружку, выданную ему дворецким лично, крепкий кофе.

— Сдвинуть пытается. — пожал плечами Изольд, закинув ноги в тяжелых армейских ботинках на дубовый стол. — Я ей сказал найти полянку и не высовываться до рассвета. Не стал пугать девку сказками о чудовищах, но она смекалистая, глядишь и допрет.

— Упорная какая, — хохотнул военный, сомневающийся в психическом здоровье мисс Оплфорд, наблюдая за тщетными попытками хрупкой девушки избавиться от стоящего на пути камня. — она так убьется же.

— Сплюнь, — отмахнулся мужчина, вернувшись на свое место. Отодвинув кружку подальше от края дубовой мебели он, подумав, подложил под нее пластиковую панель. Портить раритетную мебель желания не возникало. — нам же за нее голову оторвут. Наследник Арчибальдов лично попросил быть предельно внимательным. Баба-то, похоже, боевая. Ишь как быстро охмурила.

— Ее сюда против воли распределили. — отмахнулся мистер Морец от слова коллеги. — Родители контракт подписали, а на мнение дочери наплевали. Мне показалось, что она блондинчика боится.

— Он псих, но шоу своему вредить не станет, — отмахнулся военный, отпивая кофе.

— Как знать, — пожал плечами Изольд. — Арчибальды отряд организовали явно не без причины. Дерганные ходят, особенно младший.

— И дворецкий странный, — кивнул задумчиво мужчина, взъерошив волосы на голове. — каждые пятнадцать минут приходит. Сколько в резиденции живем, а никогда такого внимания не было.

— Да ясно дело, — хмыкнул темноволосый военный, молчавший прежде. — нужно им что-то от девочки. А она молодая, несмышлёная, явно в