Дочь моей любовницы - Ирина Васильевна Давыдова

Мне становилось плохо. Я не могла больше это слушать. Но от стены оторваться и прогнать Линку не имела сил. Ее слова все больше и больше ранили мою душу.

— Не ври! Отец никогда тебе не изменял. Он даже сейчас один! Никогда за ним подобного не замечала в отличие от тебя!

— Ну да, а ты уточни у него, он тебе все расскажет.

— Я уверена, ты просто хочешь очернить отца в моих глазах. Хочешь, чтобы я совсем одна осталась! Чтобы и папа от меня отвернулся. А знаешь, если бы тогда тот ублюдок не сбежал из страны, я уверена, ты бы даже после того, что он натворил, приняла бы его в свою постельку.

Тяжелая ладонь с громким ударом опустилась на мою щеку. Из глаз еще больше полились слезы. Но не от физической боли — от душевной. Она куда больнее. И излечить ее куда сложнее. В моем варианте, кажется, уже никогда.

— А что здесь происходит? Лина, вы вообще, что ли, охренели руки распускать? — услышала возмущенный голос подруги.

— Не тебе меня судить, малолетняя шлюха. Егор все равно с тобой не останется, наиграется и бросит.

— Уходите! — крикнула Леська, а я прикрыла глаза.

— Ему не нужна женщина, которая утратила свою основную функцию.

Эти слова стали последней каплей. Точный удар в крышку моего гроба.

Мое тело обмякло, и я по стене съехала на пол.

В душе пустота, а перед глазами черная пелена.

И после этого она просит называть ее матерью.

Дверь захлопнулась, и я слышала, как ко мне подлетела Леська.

— Карин, Карин, не обращай на нее внимания. Она чокнутая, ты же знаешь. Блондиночка моя, ну… я тебя такой не хочу видеть. Кариша!

Она пыталась меня поднять, а мне шевелиться не хотелось. Да что там, я даже дышать во всю грудь не могла. Не хотелось. Я просто задыхалась, ощущая себя пустой.

Следующее, что я помню, — запах парфюма Егора и его крепкие руки, поднявшие меня с пола.

Я медленно открыла глаза и взглядом уткнулась в его небритую щеку.

— Мой дед пришел, — произнесла безжизненным голосом и положила голову ему на плечо.

Отчего-то стало тепло и спокойно. Его присутствие и запах умиротворяли, и мне больше не хотелось умереть. Мне хотелось, чтобы он был рядом.

— Малышка, давай немного поспишь, придешь в себя, успокоишься, а потом…

Я перехватила его за руку, когда Егор положил меня на кровать и собирался отстраниться.

— Не уходи, пожалуйста. Я не хочу оставаться одна.

— Я не уйду. Я буду здесь. К тому же… — он задумался, прежде чем сказать, как есть, — ты забыла, что моя квартира на ремонте.

— Пожалуйста, побудь рядом, — попросила умоляющим голосом, посмотрев в его глаза.

Егор кивнули присел около меня. Накрыл пледом и поглаживал по голове как маленького ребенка. Мне была приятна его забота настолько, что я не заметила, как уснула.

А проснулась я, когда за окном было уже темно, а рядом никого не оказалось.

Может, мне все это приснилось?

Закутавшись в плед, я пошла на кухню в надежде, что хотя бы Егор мне не приснился. Почему-то хотелось, чтобы сейчас он оказался в квартире. Наверное, мне просто не хотелось быть одной.

В коридоре я замерла, увидев на кухне свет и почувствовав тонкий запах еды.

Леська или все же Егор?

Укуталась плотнее и пошла проверять.

Егор.

На душе вдруг стало так радостно, что я даже нос спрятала в уголок пледа. Он не ушел, не оставил меня одну. И он не приснился мне.

Лучше бы мамаша приснилась, я бы сейчас выдохнула.

— Проснулась, соня? — улыбнулся дед, а я порадовалась, что он включил свет на кухонной гарнитуре, и оттого было не слишком ярко.

— Спасибо, что остался, — произнесла негромко и прошла на кухню.

— А куда мне деваться? — хмыкнул Егор, открывая бутылку вина. — Ремонт еще не закончен.

Я подошла к нему и положила руку на его руку, как раз на горлышке бутылки. Егор замер на мне взглядом, а я приподнялась на носочки и коснулась его губ в нежном поцелуе.

Он не ответил. Я принялась медленно отстраняться и наткнулась на его заинтересованный взгляд. Он не отпускал, но немного пугал.

— Прости, тебе не понравилось, да?

— Почему такой вывод? — уточнил он хриплым голосом, а я сглотнула и быстро облизнула губы.

Пожала плечами и опустилась на пятки, когда он резко подхватил меня под попу и усадил на стол. Сам разместился между моих ног и посмотрел так, что у меня воздух выбило из легких от этого взгляда.

— Ты думаешь, что это какой-то невинный поцелуй, да? — короткий взгляд на мои губы. — Ты, малышка, даже не представляешь, какое влияние на меня имеешь. Я держусь из последних сил.

— Поцелуй меня, — попросила я, дрожа всем телом.

Не понимала, что со мной происходит. Тряслась как кролик, но очень хотела, чтобы Егор меня поцеловал.

— Ты хочешь, чтобы я совсем двинулся? Блонди, ты, когда бунтарку выключаешь, такая очаровательная становишься. Я дурею от тебя.

— Я больше просить не стану, — только и успела сказать, как Егор резко прижался к моим губам.

Я выдохнула ему в рот и почувствовала, как по телу побежали мурашки. Крепкие руки прошлись по спине, и я инстинктивно грудью прижалась к его груди. Егор языком раздвинул мои губы и увлек мой язык в поцелуй.

Не очень умело целовалась, но старалась отвечать так, чтобы Егору понравилось. И, судя по его стонам, ему нравилось. Он целовал жадно и страстно, играл с моим языком, оттягивал нижнюю губу и слегка прикусывал. Я чувствовала, как начала возбуждаться и плавиться от его ласк.

Соски затвердели и требовали прикосновений, и от этого мне становилось страшно. Я впервые была так возбуждена, что готова сдаться в руки победителю. Но боялась делать первый шаг. Боялась снова вернуться в прошлое.

Но Егор словно понимал мои мысли. Отстранился и заглянул в глаза. Я облизнула губы, за что получила еще один жаркий поцелуй.

— Доверься мне. Я просто хочу подарить тебе удовольствие. Скажешь остановиться — я остановлюсь. Ладно? — он заглянул в глаза, а я едва заметно кивнула.

Мне было страшно. Но скорее из-за того, что я не знала, что он будет делать.

Егор принялся целовать мои скулы, шею, уделил вниманию едва ли не каждой клеточке кожи. Целовал и ласкал языком, вызывая по моему телу мурашки. Я прогнулась в спине, желая получить нечто большее, чем