Лизетта ищет мужа - Надежда Игоревна Соколова

– Я недавно общался с императором демонов. Ты еще помнишь, кто это? – с порога издевательски поинтересовался отец.

– Естественно, – раздражено буркнул я из своего кресла возле камина. – И что ему нужно?

– Дочь ему нужна, – все тем же издевательским тоном продолжил отец. – Счастливая. По странному стечению обстоятельств она почему-то является твоей невестой. Это ли не чудо? – продолжал язвить родитель.

Я только тяжело вздохнул.

– Пап, а можно попроще? У меня сейчас не то состояние, чтобы разгадывать твои ребусы.

– Пить надо меньше, – отрезал отец. – Приходи в себя и начинай завоевывать невесту. Цветы, свидания, прочая чушь, которую так любят женщины. Ну, или же нас вторично отлучат от дворца императора. И тогда спасибо тебе не скажут ни мать, ни сестры.

Дверь закрылась.

– Жарранаш ронташ Шарт! – с бессильной злобой выругался я по-тролльи. – Ашшаранхаш шортан ортанаш!

Ну вот почему с этими женщинами всегда столько проблем?! Я оказываю ей честь уже просто потому, что беру ее в жены! Какие ухаживания, какие цветы?! Зачем все это?! Бездна! Мне нужны мои постельные игры, а не ухаживания! Эта девчонка доставляет столько хлопот! Вместо того чтобы развлекаться с ней в кровати уже сейчас, я вынужден ее завоевывать! Тоже мне новая страна нашлась!

Но пожаловаться было некому. И я, в очередной раз выругавшись, поднялся из кресла и отправился в мыльню – приводить себя в порядок, как и велел отец.

Глава 38

Эх, заставила, Варвара

К себе в гости ходить.

Заставила, Варвара

К себе в гости ходить.

К себе в гости ходить,

Да всё подарки носить.

Подарю я Вареньке

Черевички аленьки.

Эх, мы пойдём с тобой, отрада,

Во зелёный сад гулять.

«Варенька»

В скором времени появился официант, с заказанными блюдами на серебряном подносе. Быстро расставил все на столе, аккуратно разложил столовые приборы, в очередной раз низко поклонился и скрылся с глаз долой.

Можно было приступать к трапезе. Блюда выглядели просто превосходно. Пахли так же. А потому я решила оставить все разговоры на потом. Сначала еда. Потом узнаю, что еще интересного мне поведает мой будущий муж.

Мясная запеканка, жульен с грибами, салат из свежих овощей – я вкидывала в свою ненасытную утробу все, желая поскорей насытиться.

Очень скоро еда закончилась. Я, сытая, откинулась на спинку стула и блаженно вздохнула. Хорошо. Мне реально сейчас было хорошо.

– Есть что-то, что я должна знать о свадьбе? – спросила я. – Какие-нибудь традиции?

Дариус тоже успел разделаться со своей порцией – мясным рагу и куском дичи, запеченным с овощами на углях. Услышав мой вопрос, он покачал головой.

– Просто положишь руку на алтарный камень. И когда я закончу читать клятву, произнесешь: «Согласна».

Отлично. То есть от меня требуется только согласие. Ни в чем клясться не нужно. Ну прекрасно же. Хорошо хоть как молчаливую скотину не продали. Сексисты, чтоб их.

– Что опять не так? Ты когда-нибудь бываешь довольна? – проворчал Дариус.

Он явно заметил изменения в моем настроении. Да я и не пыталась ничего скрывать.

– Бываю, – фыркнула я. – Когда со мной обращаются как с равной. А не как с живой игрушкой.

– Все претензии выскажешь своей бабушке, – отрезал раздраженно Дариус. – Это не я нас связал.

– Зато ты меня украл. Не спросил даже, оно мне нужно? Вытащил сюда, закрыл в своем доме и держал, как живую игрушку! Как будто я мечтала о такой жизни! И если бы не слова бабушки, еще и гулял бы постоянно!

– Женщины! – выдал Дариус. – Ну почему вы вечно претензии высказываете?! Почему нельзя просто жить?!

– Веришь, нет, но я и хотела просто жить! Сама! Без указаний со стороны! Без вечного надзора! И чтобы рядом не было наглого самовлюбленного мужика, который мне постоянно что-то приказывал бы! – парировала я.

Алый огонь, разгоравшийся в зрачках Дариуса, как и его тихий предупреждающий рык, меня ни капли не впечатлили. Нашелся иллюзионист фигов. Только и может, что запугивать тех, кто слабее.

– Женщина должна быть тихой, скромной, молчаливой, – ядовитым тоном просветил он меня.

– Кому должна, я все прощаю, – отрезала я. – И можешь не пытаться произвести на меня впечатление своим рычанием. Не получится.

«Стерва!» – прочитала я в глазах Дариуса.

Угу. А кому сейчас легко?

В общем, поругались, да. Причем не стесняясь, на виду у всего ресторана выяснили отношения. И конечно, я припомнила этому наглому бабнику все его косяки, высказала все, что наболело.

Сразу же после неудавшегося свидания Дариус перенес меня порталом к императорскому дворцу, прямо к охране перед дверями. Высокие мощные демоны-охранники каким-то чудом, видимо, с помощью магии, опознали во мне дочь императора и с почтением впустили в холл. Там уже я дошла сама, ножками. Закрылась в своей спальне, упала на постель и мрачно выругалась. Не так, ой не так я представляла свое будущее, ни на Земле, ни в теле Лизетты. Мне хотелось нормального, заботливого, адекватного мужа. А не озабоченного инкуба, который, к тому же, по воле богов, теперь вроде истинного для меня. То есть развод невозможен. Совсем. Полностью.

Насквозь патриархальный мир раздражал меня все сильнее. Никто здесь не видел проблемы в приниженном положении женщины, не собирался бороться за ее права, не думал о будущем детей, которые вырастут в такой гнетущей атмосфере. Даже мама, часть жизни проведшая на Земле, в свободной стране, казалось, была всем довольна и не собиралась ничего менять ни в своей жизни, ни в жизнях других женщин.

И только я упорно бунтовала.

Со стороны, конечно, это выглядело глупо и даже нелепо. Дочь богатых и именитых родителей не желала подчиняться их воле и менять одну золотую клетку на другую. Но там, на Земле, я имела полную свободу выбора, по крайней мере, внешне. Здесь же была лишено и этого. Выбрали родные тебе жениха? Скажи спасибо и покорно иди под венец.

В общем, настроение у меня было, можно сказать, просто отвратное.

С ним я и прожила до показа мод.

Мама, посвященная в мои намерения, сразу категорично заявила:

– Я пойду с тобой. Иначе вы с Дариусом снова поругаетесь, ты психанешь, магия выйдет из-под контроля, и не будет у него больше дома. Да и у тебя после вашей свадьбы – тоже.

– Добрая ты, мам, – только и вздохнула я. – Если он не будет орать или как-то задевать меня, то и не поругаемся.

– Милая, он – инкуб, – сообщила мне мама прописную истину. – Ему для хорошего настроения