Неро - С. Дж. Тилли

Не в моем вкусе.

Я здесь только ради еды.

Я быстро моргаю, поднимая взгляд к потолку.

Не смей плакать из-за него.

Чтобы отвлечься, я обхожу стол, чтобы убрать посуду, которую оставили двое мужчин.

Жан подходит с тряпкой, когда я забираю последний мусор, и я отодвигаюсь с ее пути, чтобы она могла побрызгать на стол, когда слышу ее ворчание.

— Чертов мафиози.

На моих губах начинает появляться улыбка, ее обычное циничное отношение к политикам забавляет меня.

Улыбка исчезает, когда я останавливаюсь и думаю…

Что, если она говорила о Неро?

ГЛАВА 36

Неро

— Последние два, — огрызаюсь я на Абдула, открывая дверь своей машины.

Его брови взлетают вверх.

— Оба?

— Я так и сказал.

Прежде чем он успевает задать еще вопросы, я забираюсь на водительское сиденье и захлопываю дверь.

Я не сержусь на него, как такового, я просто злюсь, что эти посещения сайта заняли так много времени.

Взглянув на часы, я понимаю, что уже больше шести вечера.

— Черт! — Я нажимаю на газ, выезжая с парковки.

Мои пальцы дергаются, чтобы позвонить на телефон Пейтон и убедиться, что она останется сегодня дома. Но я этого не делаю.

В основном потому, что я уверен, что она не ответит. И какая-то часть меня надеется на ее непослушание. Или, скорее, на последствия этих действий.

Проезжая через пробки, я наконец-то ощущаю сладкий фруктовый аромат. Терпкий.

Опираясь на колено, чтобы удержать руль, я беру маленький белый пакет и осторожно выкладываю пирожное на ладонь.

Мои ноздри расширяются, когда я подношу пирожное к носу и вдыхаю.

Если очень сильно задуматься, я представляю, что чувствую тепло розы Пейтон, которое исходит от ее руки, обернутой в бумагу.

Широко открыв рот, я запихиваю половину пирожного в рот и откусываю.

Вкус проносится по моему языку. Сладость, смешанная с привкусом вишни.

Мои веки опускаются, и мне приходится напомнить себе, что я за рулем, чтобы не закрыть глаза до конца.

Это так хорошо.

Вкус как у нее.

Я облизываю поверхность вишни на недоеденной половинке, замечая, что мой член теперь полностью твердый.

— Господи.

Все еще управляя своим коленом, я надавливаю другой рукой на свой член.

Мой взгляд метался туда-сюда между печеным лакомством в руке и дорогой, и более чем на мгновение я задумался о целесообразности дрочки, пока я набиваю рот оставшимися вишнями Пейтон.

Я сильнее сжимаю свой член, когда он начинает пульсировать. И прежде чем я успеваю сделать что-то действительно нелепое, я запихиваю остаток пирожного в рот, стону, жуя.

Когда я наконец добираюсь до района Пейтон, я замедляю шаг и останавливаюсь у бордюра в самом конце ее квартала.

Я ненавижу это дерьмо. Я хочу подъехать прямо к ее парадной двери.

На самом деле я хочу вытащить ее за волосы из этого здания и перевезти к себе. Мой большой пустой дом стал еще более пустым, чем когда-либо, с той ночи, когда я впервые увидел ее. А причины держаться от нее подальше становится все труднее и труднее пережить.

Я — Неро.

Меня боится весь преступный мир.

И все же я здесь, крадусь возле дома своей девушки, как подросток, нарушающий комендантский час.

Девушки?

Господи Иисусе. Я совсем спятил.

У меня не было девушки с тех пор, как… Откинув голову назад на подголовник, я задумался. А у меня была? Может, одна девушка в старших классах? А потом была та цыпочка, с которой я трахался большую часть года в свои двадцать…

Неважно. Не имеет значения. Потому что Пейтон не моя гребаная девушка.

Мои пальцы тянутся и выключают зажигание

Трудно сказать под таким углом и на таком расстоянии, но дверь во внутренний дворик Пейтон выглядит закрытой. Неудивительно, учитывая смертельный взгляд, которым она пыталась окинуть меня ранее в кафе. Свет, льющийся из ее окон, привлекает мое внимание. Должно быть, она дома.

У меня возникает искушение вернуться в пустую квартиру через дорогу от ее, чтобы посмотреть и понять, как она себя ведет. Но есть шанс, что она попытается пойти на этот гребаный концерт сегодня вечером.

Взявшись за ручку двери крепче, чем нужно, я открываю ее ключом.

Наглость этого гребаного парня. Просит ее номер прямо у меня на глазах. И она дала ему его.

Плохая Пейтон.

Как раз когда я выхожу на улицу, мимо моей открытой двери пролетает машина, с сантиметрами в запасе, и во второй раз за сегодня у меня возникает искушение вытащить пистолет.

Когда тормозные огни машины освещают улицу, я замечаю на приборной панели одну из тех светящихся неоновых лампочек, которые означают, что это машина для поездок. И что-то внутри меня останавливается.

Пока я стою там, наполовину войдя и наполовину выйдя из машины, дверь дома Пейтон распахивается, и сама женщина спускается по бетонным ступенькам и пересекает тротуар, прежде чем практически нырнуть на заднее сиденье машины.

На заднее сиденье автомобиля, которым управляет незнакомец.

Чертовым незнакомцем.

Я возвращаюсь в свою собственную машину, включаю ее и переключаю рычаг на передачу еще до того, как машина Пейтон начинает двигаться.

Моя нога дергается в сторону газа, но прежде чем я успеваю проехать вперед больше фута, я нажимаю на тормоз.

Я не могу просто сбить машину с дороги и похитить Пейтон.

То есть, я бы хотел.

Я хочу.

Но я не смогу.

Выезжая на улицу, я оставляю между нами несколько машин.

Поскольку это будний день, в центре города достаточно транспорта, чтобы спрятаться. Темнота делает меня одним из многих фар в их зеркале заднего вида.