Заблуждение сердца - Natallisha

Рябинин послушно разомкнул иссушенные губы и с трудом сделал пару небольших глотков. Горло обожгла горячая чуть тепловатая влага, но дышать и, правда, сделалось значительно легче.

- Спасибо, - невнятно выговорил Консул, пытаясь справиться с начинающей отступать огненной ломотой, - но лучше домой.

- Разумеется, как только тебе помогут, поедем домой, однако без Егора нам не обойтись. Ты слишком много времени провел здесь, без возможности пошевелиться. Прости, что я так задержался.

Рябинин едва уловимо вздрогнул, нетвердо сжав ладонь Паладина.

- Думаю, ты вовремя, раз я снова чувствую пальцы.

- Нам нужно уходить отсюда, эти подонки вполне могут возвратиться, чтобы удостовериться в твоей гибели. А это сейчас не входит в наши планы, но обещаю, я найду того, кто за всем этим стоит, - мрачно закончил Серж.

- Почему же так долго? Они давно должны были быть здесь! – Полина в отчаянии резко поднялась с шезлонга, на котором сидела в саду, рядом с Машей.

За последние полчаса она проделала это уже несколько раз. Весь дом давно спал, погруженный в блаженное неведение. Дима уехал в офис и звонил каждые двадцать минут, ожидая хороших новостей.

- Что-то не так, я чувствую!

- Полина, прекрати, пожалуйста, – Маша тоже покинула свое место, – ты изводишь себя впустую. Поверь мне, я очень хорошо знаю Сержа, если он что обещает, то держит слово и не в его правилах давать ложных надежд.

- Откуда ты знаешь Паладина? – с внезапным интересом вопросила Полина.

- А я уж думала: ты никогда не проявишь любопытство, – слегка улыбнулась Маша.

Как раз в эту минуту мелодичная трель телефона ворвалась в разговор. И Поля от неожиданности едва не выронила из рук прохладную трубку.

- Это Серж, - шепнула девушка Маше, нажимая кнопку вызова, - алло?

- С тобой тут очень хотят поговорить, - участливо возвестили странно мягкие интонации Паладина.

-Как ты, родная? – издалека долетел до боли знакомый любимый голос, голос который Полина так боялась больше никогда не услышать.

Чувство, которое она испытала в эту минуту, девушка не могла бы объяснить даже себе самой, свой то ли вздох, то ли всхлип она слышала словно со стороны.

– Пожалуйста, не плачь, прошу тебя, - хрипло попросил муж.

- Я не плачу, любимый, – почти прошептала Полина, безуспешно пытаясь справиться с комком в горле.

- Через пару часов мы будем рядом, милая, я не могу сейчас говорить, отключаюсь, все тебе объясню, когда приеду, - связь прерывалась и прыгала, что наталкивало на мысль о дороге или помещении с крайне слабым сигналом.

Опустив руку с телефоном, в котором пошли короткие гудки, Полина ощутила себя будто утопающий, сумевший выбраться на свободу из недр черной бездны и наконец глотнувший свежего воздуха. Медленно опускаясь прямо на газон, девушка уже не сдерживала рвущиеся к горлу рыдания.

Маша не мешала ей, присев рядом, лишь осторожно поглаживала подругу по спине.

Томас Беррингтон только что отослал в Россию факс с подтверждением своего приезда. Сейчас он задумчиво смотрел на струи дождя за окном, одиноко тающие на лондонской мостовой.

Быть может его тоска найдет выход в этом решении. «Дар солнца», – произнес Том, будто пробуя на вкус новое имя в своем бизнесе. Увы, это было гораздо большим, чем обычное деловое соглашение, это было надеждой. Его тайным и самым мучительным желанием. Там, в далекой непознанной стране, в городе на Неве, этой северной жемчужине, он исполнит данное Лаурите слово. И наверно тогда  поутихнет эта вечная ноющая боль в сердце. 

Егор Владимирович посмотрел на своего нерадивого пациента с отчетливо явственным упреком:

- Роман, вы ведете себя, как ребенок, ей Богу, даже не знаю: что еще сказать!

- Простите, доктор, – покаянно отозвался Рябинин, чуть морщась от давления чутких пальцев, массировавших его плечи и спину, – так получилось, но это всего лишь досадная случайность.

- Нет, это не случайность, вы можете сколько угодно убеждать меня, что потеряли сознание в результате головокружения, и это будет безрезультатно. Давайте поступим по иному, - Егор на мгновение оторвался от своих манипуляций, - вы расскажите мне правду и она останется между нами, я так понимаю, что проблема заключается как раз в этом?

Роман напряженно кивнул, с радостью ощутив, что спазмы, терзавшие его тело столько долгих часов, прекратились. Больше всего он боялся повторить опыт со своим пробуждением после комы. Когда только присутствие Полины спасало его от отчаянья и заставляло бороться с судорогами.

- Отлично, тогда расслабьтесь и расскажите мне обо всем. Не переживайте, сейчас ваши сосуды в норме и болей быть не должно, - спокойно сообщил доктор.

- Я не знаю, что в точности произошло, - неуверенно начал молодой человек, - помню набережную, помню, что стоял возле машины и смотрел на залив. Уже почти стемнело, и людей вокруг не было. А потом.... 

- А потом кто-то подошел сзади и нанес удар, - закончил за него Егор, так и не дождавшись продолжения откровений, - ваше счастье, Рябинин, что он пришелся не по голове. А для страховки использовалось весьма сильное снотворное средство, я сужу по вашему состоянию и все еще расширенным зрачкам. Вам придется сдать кровь для анализа. Необходимо определить природу этой гадости, чтобы нейтролизовать ее последствия.

- Егор Владимирович, только моя жена не должна знать никаких подробностей. Довольно того, что ей пришлось сегодня пережить и снова по моей вине, - почти умоляюще попросил Роман.

- Я не собираюсь ничего обсуждать с Полиной Андреевной, - твердо объявил доктор, - а вам хочу сказать одну вещь: вы можете наплевать на себя и собственное здоровье, я говорю, разумеется, не о нападении, а о том, что вы в течении двух дней не принимали препараты. Но, черт возьми, вы не имеете права так поступать с семьей. Конечно, это не мое дело и я придерживаюсь принципов невмешательства