Бывшая принцесса - Мария Степановна Киселёва

— На неопределенное время все сервера сосредоточены на территории Острова. Ты можешь связываться только с теми, кто подключен к системе, так что я, Сергей и Павел не теряем связи с вами и патрульными даже из Атлантик-Сити.

— То есть это конец. — искажается лицо Квин — Информационный плен.

— Ненадолго. — предполагает Анна.

— На неопределенное время. — дословно копирует меня Квин — Шикарно, что для вас ничего не изменится, кроме безопасности данных Братвы. Это отличный способ заставить меня привыкнуть к этому? Ты знаешь, что я восприняла бы новость спокойнее, отправь меня на пару дней в Европу!

— А я должен, нахрен, стараться, чтобы ты отреагировала менее раздражительно? У тебя достаточно капризов.

Мы стоим грудь на грудь.

— Придурок.

— Стерва.

— Псих!

— Истеричка!

— Грабанный похититель!

— Капризная женщина, которая заставляет потакать каждого!

— Я прошу у тебя одного!

— Идиоты!

Мы с Квин поворачиваемся к Анне, пытаясь не выдать шока от вскрика сестры.

— Если вам так сложно друг с другом, то почему не разойдетесь? Поделили бы справедливо банк, а это все, что нужно Квин, по ее словам, и расплывайтесь на катерах в разные стороны.

Жена открывает рот.

— И не заводи шарманку про похищение и жертву.

Смотрю на замершую Квин. Она складывает руки под грудью, но скорее обхватывает себя, словно замерзла.

— Вот именно. Ты не уйдешь, а ты не отпустишь. Идеальная пара. Если вам хочется кричать друг на друга — найдите менее раздражающие меня, Сергея и Павла причины.

— Для тебя и Сергея… — меняет тему Квин.

— Тайные от Главы собрания, Анна? Еще задумай переворот. — поддерживаю.

— Мне так и не говорят, что вчера за шум был в третьей галерее.

Анна поднимает глаза к мрачному небу.

— Я запаяю твои окна. — строго сестре.

Она долго боролась за них и балкон.

— Я пыталась.

На руке Анны тонкий браслет без драгоценных камней — последнее, что бы надела сестра. Это не драгоценный металл и тяжелее, что заметил бы любой, знакомый с военным делом.

— У нее на руке правда отлитые пули или барабан револьвера? — говорю Квин, когда сестра уходит.

— У них свое понимание романтики. — по-прежнему обхватывает себя руками, не смотрит мне в глаза — Очевидно, допрос прошел неплодотворно, если ты решил оградить нас от остального мира.

Она идет в сторону дома, встряхивая длинные волосы, начинается дождь.

— Ты не покинешь не только Остров.

— Говори чаще, и я сделаю это из вредности.

Усмехаюсь, но все равно отмечаю горечь в ее голосе. Если сестра права, то действительно нет смысла не спускать с Квин глаз. Нет смысла, как и желания.

Следующие сутки выходят сложнее, чем предполагалось. Рейды на доки, проверка функционирования клубов и очередные переговоры с алжирцами. Оружие на двух складах в Вашингтоне, остальная часть на руках у солдат и незначительные запасы на Острове. Остается распределить товар, лично проверить качество камней, пришедших из России и провести время с Квин.

* * *

КВИН

Я просыпаюсь, когда Николай в очередной раз встает через час после рассвета. Он осторожно перекладывает меня со своей груди, сонно моргаю.

— Ты в город?

— Нет. На тренировку, к восьми приедут управляющие. Сегодня все сосредоточены на перевозках Вашингтона, проверю все завтра.

В последнее время у Николая все больше встреч, больших совещаний как на Острове, так и в Атлантик-Сити.

Хочется спросить зачем настолько рано, но лучше так, чем возвращаться под утро. Я не могу засыпать без Николая. А если меня недостаточно вымотают работа и общение, нужно, чтобы это сделал муж.

Не контролирую улыбку, когда мужчина целует меня. Все равно на несвежее дыхание или двухнедельное пребывание без вылазок. Я старательно не думаю о том, что есть люди, которые собираются меня отсюда вытащить. За полтора месяца я поняла, что мне требуется свобода, но точно не отсутствие Братвы в моей жизни. Я привыкла, стала частью чего-то пусть и жестокого, но нетоксичного. Это не здоровые отношения с Ричардом, но мощь и собственничество Николая, отношение русских ко мне как к королеве и подруге одновременно. Заслуживаю ли я это? Меня ждала и продолжает ждать совсем другая жизнь.

Мне нужно забыть фамилию Громов, чтобы не загубить свое будущее окончательно.

Я целую Николая в ответ, довольная, что не придется за него волноваться, если он не выезжает в город или его пределы.

Сердце непонятно от чего разрывается, когда я готовлюсь к очередному дню. В планах ознакомление с функционирующими филиалами МакГрат на территории Америки, видео звонок с губернатором Киберона — французского порта. Я буду говорить не от имени Громовых, а за компанию и согласование готовых условий перевозок, но фамилия явно повлияет на решение чиновника.

Пью кофе, жду, когда зарядится iPad, наблюдая за вышедшим из зала мужем. Он по-дружески толкает в плечо Сергея. В нем больше мускулов, чем в Николае, думаю, мужчина на стероидах. Но это не отнимает признания Николая в том, что Сергей лучший из его бойцов.

Смотрю, как они выходят на площадку, начинают кружить вокруг друг друга. С этого же ракурса я видела первый бой мужа. Когда Сергей два раза попадает по корпусу соперника, я прижимаю ладонь к груди, но выдыхаю, заметив усмешку на губах мужа. Не хочу продолжать наблюдать за этим.

Когда чуть перегибаюсь через перилла, на уровень ниже стоит Анна. Улыбаюсь, обратив внимание на браслет. Я не сказала Николаю, что знаю о нем. Сергей сделал его собственноручно из пуль, которые в него попадали. Когда он рассказал Анне, что хранит их, та умоляла выбросить напоминание о боли. И вот на ее руке запаянный тонкий металлический браслет, выполненный огромными руками холодного Сергея. Я улыбаюсь, думая об этом. Вчера Анна сказала, что даже при жизни родителей думала о том, что брат поведет ее к алтарю, и теперь, когда она так счастлива, может представить это. Но попросит ли Сергей руку у ее брата? Парочка даже не показывается вместе. Это неважно. Все становится неважным и пустым после захода солнца.

Свет погас.

ГЛАВА 11

ГЛАВА 11

КВИН

Я замираю посреди гостиной. Перегорели предохранители?

Включаю фонарик телефона и с трудом выхожу в галерею на втором этаже. Кожу зудит. Никогда не видела, чтобы на Остров опустилась настолько кромешная тьма. Луна освещает только макушку крон деревьев.

— Отойдите от окна! — кричит внизу Борис — Запритесь в ванной!

Я мгновенно захожу за колонну галереи. Слышу солдат, сосредотачивающихся в стороне причала. Людей, не