Светлячок и Соловей - Полевка

Ты, милая, ступила на порог —

Редеет мрак, порозовел восток.

Заговорила ты — я молодею.

Твои уста — бессмертия исток.

Ты — пламя. Ты — свеча. Тебе навстречу

Торопится безумный мотылек.

Твои слова заманчивы и сладки,

И разлученья час еще далек.

Ты — божество. Из чудотворной чаши

Мне удели забвения глоток!

Ты — красота, не знающая равных,

Разящий меч, раскрывшийся цветок.

Ты улыбаешься — земля и небо

Восхищены, и радуется бог.

Ты — вдохновенье, ты — душа поэта,

Ты — музыка его речей и строк! **

Серенти даже засомневался. А вдруг Соловей, и в самом деле, бета? Уж очень похоже, что это стихотворение написано человеком немолодым, который уже задумывается о смерти и разлуке… Соловей - бета? Какой кошмар! Нет! Судьба не может быть так несправедлива! Беты живут так мало! Серенити бегал по комнате, напряженно размышляя и заламывая руки от переживания. Ну, как может бета написать такие страстные стихи? Нет! Соловей должен быть альфой! А если все же Соловей бета, то он сейчас должно быть ветхий старец! Что же делать? Найти его, чтобы успеть заглянуть в выцветшие от старости глаза? А как же любовь?

Пока омежка метался по комнате, Айдан следил за ним, как кот за мышонком. Зерна сомнения посеяны, надо немного выждать, чтобы эта мысль укоренилась, а потом сорвать молодую поросль. И когда в голове и сердце Серенити появится свободное место, можно будет обратить его внимание на тот факт, какой замечательный альфа его муж. И в то же время подсказать Джабалю правильное поведение по отношению к супругу и, наконец, наблюдать, как пара объединится на радость всем. А пока остается только смотреть, как правнук мечется по гостиной, бросая жалостливые взгляды на пожелтевшую тетрадь.

- Что случилось, хабиби? - в дверях появился взволнованный Джабаль. - Кто тебя так расстроил?

- Твой супруг переживает, что от его оми нет известий, - ответил за правнука селафь. - Я тоже обеспокоен. Ясмин уже должен был родить, но мы так и не услышали радостной новости. Вот твой супруг и переживает за своего оми.

- Не волнуйся, сердце мое! - Джабаль успокоился и нежно улыбнулся. - Только что прибыл шаттл с известием, что твой оми благополучно родил альфу. Ребенка назвали Медвежонком. Оми и малыш чувствуют себя прекрасно.

Джабаль достал из кармана халата письмо и протянул супругу. Серенити схватил письмо и стал жадно его читать, позабыв обо всем.

- Селафь! Это отец написал! Его рука! Он пишет, что оми родил настоящего богатыря! Четыре восемьсот, такой большой! Это нормально?

- Нормально, - Айдан встал и читал письмо, заглядывая из-за плеча, - твой оми рожает не первый раз, и в этот раз он раскормил ребенка, совсем как ты птенца! Он с самого начала беременности ел много сладкого, я его предупреждал, чтобы он ограничивал себя. Но слава Аллаху, закончилось все хорошо! Все же в ад Мине самые лучшие больницы и врачи на всем Сабахе!

- Да, - Джабаль кивнул головой. - В тот раз я приехал к твоим родителям в ад Мин, чтобы узнать, как можно заполучить врачей к себе в эмират. Если надо построить новые здания или купить оборудование, то я готов, лишь бы получить врачей. А то у нас даже лекарей и фельдшеров не хватает.

- Я напишу отцу и расспрошу обо всем. Он обязательно поможет! - довольный Серенити улыбался, хоть какая-то приятная новость за все время. - А мы поедем в гости к родителям, чтобы поздравить их?

- Нет, не сейчас, - Джабаль отвел взгляд. - Я сейчас готовлюсь к войне.

Айдан понял сомнения эмира. Ведь Серенити до сих пор невинен, как дитя. Да, на нем есть метка и от тела немного пахнет мужем, но слишком слабо для настоящего супруга. И потом, приехав к родителям, им придется спать в одной кровати, и неизвестно, как на это отреагирует Серенити. Если он вдруг заартачится, то вполне может выплыть, что никах*** не проведен, а значит, брак не действителен. И тогда родители вполне смогут оставить своего ребенка дома, наплевав на все последствия.

- Хочешь отправить подарок оми и братику? - Джабаль смотрел, как сразу радость сменилась печалью и привычным раздражением. - Можешь выбрать в сокровищнице все, что душа пожелает!

- Оми не любит украшения, - Серенити задумался. - Я лучше перепишу для него стихи, которые нашел здесь. Он им обрадуется больше, чем блестяшкам. Я успею написать письмо оми и отцу?

- Конечно, - Джабаль улыбнулся. - Можешь не торопиться, я задержу шаттл до завтра. Так что ты успеешь письмо написать и переписать, что хотел. А чтобы порадовало тебя, хабиби?

- Меня бы порадовал Соловей, - в сердцах сознался юный супруг и сам испугался сказанного.

- Не волнуйся, - Джабаль загадочно ухмыльнулся. - Ты получишь желаемое.

Альфа сразу вышел из гостиной, а Серенити бросился к перепуганному селафь.

- Он приведет мне Соловья? Он знает, кто этот человек? - омежка с такой надеждой заглядывал в глаза старшему омеге, что тот поджал губы.

- Теперь молись, чтобы Соловей все же оказался бетой, а иначе ты получишь голову поэта на подносе в качестве подарка. Твой муж не потерпит соперника! Что ты смотришь на меня с таким испугом? Или ты считаешь, что муж должен радоваться тому, что другой альфа милее его супругу, чем он сам?

- О, селафь! Что я наделал? - Серенити упал на ковер и разрыдался. - А может сказать мужу, что мне не нужен чужой альфа? Может, тогда он его пощадит? Давай я догоню Джабаля и скажу, что мне никто не нужен! Пусть он не гневается.

- И все же, если Соловей бета, то ему ничего не грозит, а если альфа, то его все равно убьют. И чем сильнее ты будешь за него заступаться, тем тяжелее будет его смерть. Поверь, его могут пытать перед смертью, выясняя, сколько времени вы тайно общались, и тогда ты будешь молить о легкой смерти для поэта, - Айдан подошел и погладил Серенити по волосам. - Ты должен привыкнуть следить за своими словами и поступками. Вот если сейчас зайдет