Три мгновения грешного лета - Алиса Берг

Больше не колеблясь, Светлана набрала номер телефона вчерашнего знакомого. Артем немного подождет, хотя бы до завтра. А сегодня ей надо попытаться что-то выяснить и про себя и про этот непонятный мир, в котором она живет.

Как она и предполагала, Потебня очень обрадовался ее звонку. Он стал долго и нудно изъясняться о том, какое неизгладимое впечатление она на него произвела, и как он счастлив, что после их первой встречи, она позвонила ему уже на следующий день.

Светлана быстро потеряла терпение.

– Юрий Антонович, вы не хотели бы приехать ко мне? – прервала она его. Светлана решила, что будет лучше провести эту встречу у нее дома. В своих стенах ей будет удобнее с ним общаться, да и снова мчаться через весь город совсем не хотелось. Он – мужчина, вот пусть и нанесет ответный визит.

Ожидая его, Светлана даже не стала наносить на лицо свежий макияж, так как понимала, что в этом случае это совсем не то оружие, какое следует использовать при общении с таким необычным человеком. Вместо этого попыталась дать себе отчет, зачем он ей нужен и нужен ли вообще? Если она ищет мужа, то трудно представить с ним супружескую жизнь. Для этого надо измениться до неузнаваемости. Как любовник он подходит не больше, да у нее уже есть один. И ей вполне достаточно. Как друг? Но согласится ли он на такую скромную роль?

К Светлане пришла несколько удивившая ее мысль: есть люди, предназначение которых совершенно не понятно, но без них совершенно невозможно представить мир. Они служат для каких-то неясных целей, которые словно маячат в густом тумане, а потому разглядеть их крайне трудно. Многим эти цели кажутся слишком абстрактными и ненужными, но на самом деле они и являются самыми важными.

От этих мыслей у нее даже немного заболела голова. Это был верный симптом того, что ничего решить она сейчас не сумеет. Как женщина она любит ясность и определенность и всякий раз, когда то и другое оказываются недостижимыми, у нее, словно сигнал, и возникает головная боль.

Потебня вошел в квартиру как-то робко, словно ожидая подвоха. Несколько минут он уделил тому, что внимательно осматривался вокруг.

– Вы здесь живете? – вдруг задал он странный вопрос.

– Вы думаете, что я вас пригласила в чужую квартиру. А почему вы спросили?

– Просто я думал, что у вас другая квартира, – пробормотал он.

И этот о том же. Да что они все пристали к моей квартире. Бывают и гораздо хуже.

– Садитесь, Юрий Антонович. Я предлагаю поужинать.

Он посмотрел на нее.

– Не откажусь, – застенчиво улыбнулся он.

Светлана предвидела такой поворот событий. Вряд ли он хорошо питается. Достаточно посмотреть на его рахитичный торс, чтобы пропали бы все сомнения в том, что эта худоба явно имеет искусственное происхождение. Поэтому она заранее все приготовила, и теперь оставалось только разогреть еду.

Они сидели за столом и ели. Перед тем, как накрыть ужин, Светлана несколько мгновений пребывала в сомнениях: надо ли ставить вино? Но затем решила, что на всякий случай поставит бутылку. А там посмотрим, будет ли пить ее гость или нет.

Некоторое время трапеза проходила в молчании.

– Вы хорошо готовите, – вдруг сказал Потебня. – Я давно так вкусно не ел. Мне обычно приходится разогревать концентраты.

– Тогда, может быть, выпьем вина? – предложила Светлана. – Это совсем слабое вино, – уточнила она.

– С вами не откажусь. Хотя вообще я не пью.

– Никогда?

– Почти никогда. Разве вот в такие приятные минуты, как сейчас.

– И часто они у вас случаются?

– Очень редко. Даже не помню, когда это было в последний раз. Наверное, когда ухаживал за своей женой. А с тех пор прошло почти двадцать лет.

– Что же помешало вашему с ней счастью?

– Она не приняла моих убеждений, которые у меня возникли со временем. У нее были представления о семейной жизни и о любви самой обычной женщины. И она перестала меня понимать.

– А вы уверены, что мне это удастся?

Он посмотрел на Светлану.

– То, что я у вас в гостях, разве не свидетельствует о том, что вы меня понимаете? Или, по крайней мере, хотите понять. Иначе, зачем вы меня пригласили?

– По-видимому, это так, – признала его правоту Светлана. – Но если говорить честно, я с вами теряюсь, не знаю, как вести себя в вашем обществе. Вы не вписываетесь ни в одну известную мне жизненную схему. Даже самую необычную.

– Я понимаю, – очень серьезно произнес Потебня. Он даже отложил вилку. – Но ведь это только начало. Пройдет немного времени – и вы привыкните. У вас появится, как вы только что сказали, новая жизненная схема.

– Привыкну к чему? К вам?

– Не только ко мне. К новой жизни, к новым представлениям о ней. Я – лишь способ понять и принять их. Не более. Так вы и должны смотреть на меня.

– А если мне захочется родить ребенка? Я ведь не такая старая. Моя подруга в прошлом году родила, а она почти на полтора года старше.

– Я сохраняю все способности к деторождению, – серьезно ответил Потебня. – Если вы захотите, то я готов и к этому.

Может быть, и в правду ей родить ребенка, вот только надо тщательно взвесить, от кого. Пожалуй, лучшей кандидатуры, чем Артем, найти трудно.

– Но я против секса, – вдруг заявил Потебня. – Секс и подлинная любовь несовместимы. Секс забирает у нее энергию, опустошает человека. После него ничего созидательного быть не может.

– По этой причине от вас ушла жена? – спросила Светлана.

– В том числе. Но не только. Это была лишь последняя капля.

– Но что же мне в таком случае делать? Я не готова отказаться от секса. Наоборот, только совсем недавно я по-настоящему его открыла. Вот в чем загвоздка, дорогой Юрий Антонович.

– Я боялся сего-то подобного. Вы слишком привлекательны и чувственны. Эта ваша аура ощущается очень сильно. Но это не ваш путь, это то, что я называю путь соблазна. Он вас ведет прямой дорогой к разочарованию. Вы будете страдать от неудовлетворенности. Но не от сексуальной, а совсем от другой. Загляните в себя, и вы увидите, что ваша природа гораздо выше и глубже, чем только сексуальная. Сейчас вы живете своими самыми поверхностными слоями. Но однажды они истощатся и что будет потом? Вы думаете об этом?

– Думаю, потому и решила с вами познакомиться. Иногда я очень ясно ощущаю, что живу как-то не так, что душа просит чего-то иного. Но чего именно, я не знаю. Все чересчур смутно. Как будто смотришь на мир через мутное стекло.

– Вот-вот! – вскричал Потебня. – Именно так все и происходит.

– Что происходит? – немного недовольно спросила Светлана.

– Так в дверь к человеку начинает стучаться истина. А истина – это и есть любовь.