Миражи мегаполиса - Диана Рейдо

– А хочешь поехать со мной? – неожиданно предложил Роланд. – Будешь рядом, мне не придется дергаться, что ты здесь одна осталась.

– Скажешь тоже, дергаться, – засмеялась Эми. – Ладно, согласна. Правда, непонятно, чем мне там заниматься…

– Увидишь, – туманно пообещал Роланд. – Тебе наверняка понравится.

Квартира оказалась впечатляющей: два этажа, и если первый был более-менее приспособлен для жизни с комфортом, то второй… Второй этаж сильно смахивал на выставочный зал.

Приятель Роланда оказался фотографом, причем великолепным. Пока Роланд валялся на диване с ноутбуком на животе, Эми как завороженная бродила по залу и рассматривала нескончаемые фотографии, в рамках и без, развешанные по стенам и лежавшие стопками на подоконниках, разложенные по альбомам и даже шуршавшие под ногами. Рассматривала и думала: а ведь это то, чем когда-то хотела заниматься и я, но забыла, слишком увлекшись чужими играми.

Многие, рассматривая ее любительские фотоальбомы, отмечали чувство композиции, вкус, умение видеть необычное и способность делать оригинальные снимки.

Эми продолжала изучать фотографии. Лица, тела, фантастически красивые пейзажи, животные, радуги, мотоциклы, фьорды, камни, водоросли, пустыни… Роланд давно закончил работать, а она все никак не могла справиться с обрушившейся на нее лавиной снимков удивительной красоты и цельности.

Наконец Эми захлопнула последний альбом.

– Ну? – спросил Роланд, сидя на полу и обхватив колени руками.

– Что? – спросила Эми.

– Тебе понравилось?

– Очень понравилось. Не то слово. Кстати, ведь у нас с тобой ни одной фотографии нет… Даже из Лита! – обиженно воскликнула она.

– В этот раз я не брал с собой фотоаппарат, – согласился Роланд. – Но это же не главное… Впрочем, действительно жалко, согласен. Ну что, едем?

– Куда? – не поняла Эми.

Роланд неожиданно засмеялся:

– Да сам не знаю толком, если честно… Просто я привык к тому, что в последнее время мы с тобой постоянно в движении, все время куда-то собираемся или едем, торопимся, опаздываем. А ведь так приятно просто побыть где-то, никуда не спеша.

– Не могу с тобой не согласиться, – улыбнулась Эми.

Я совсем не прочь еще раз, без спешки, пересмотреть все эти потрясающие фотографии.

– А может, ты хочешь принять ванну? – неожиданно предложил он. – Тут совершенно потрясающая ванная. Огромная и отделана, между прочим, бирюзовой плиткой.

– Бирюзовой плиткой? Да хоть кирпичом – главное, чтобы была большая! – решительно заявила Эми.

– Большая, большая, – успокоил ее Роланд. – Ну и предпочтения у тебя… Не знаю, с кирпичом там плоховато. А вот плитку гарантирую. Так хочешь?

– Знаешь, как-то неудобно в чужом доме… А впрочем, давай! – неожиданно загорелась Эми.

Как-то так получилось, что Роланд резко выпрямился, поднимаясь, а Эми как раз в это время шагнула вперед.

Он оказался совсем вплотную к ней. Эми увидела его глаза и не поверила, что этот самый мужчина несколько ночей подряд делил с ней кровать, отгороженный от нее лишь тонким одеялом, и при этом держал себя в руках…

Он смотрел на нее так, как никогда не смотрел на нее Стэнли.

Потом он вздохнул и, кажется, собирался отвернуться.

Он не заслуживает того, чтобы мучиться, пронеслось в голове у Эми. Она остановила его, положив руку ему на плечо.

– Роланд, – прошептала она.

– Что? – Его темные глаза, казалось, еще больше потемнели от желания.

Эми ничего не ответила – она просто положила вторую руку на его грудь и прижалась к нему, уткнувшись лбом в его плечо. Роланд чуть помедлил и обнял ее, его сильные руки скользнули по ее талии, а потом крепко сомкнулись у нее на спине.

Эми порывисто подняла голову и встретилась губами с губами Роланда. Сперва касания их губ были трепетными и нежными, потом его напор усилился. Он легко подхватил ее на руки и отнес на руках на диван.

Ей показалось или он собирался спросить ее о чем-то вроде: «Ты уверена?».

Или он предпочел ни о чем ее не спрашивать?

Или ей решительно все показалось?

– Посмотри на меня, – проговорил он, и Эми открыла глаза.

Несколько секунд он силился насладиться очертаниями ее нежного лица, потом снова стал целовать, и Эми отвечала ему безудержно и страстно.

Она запустила пальцы в его волосы, сомкнула руки на затылке, потом провела по шее и вернулась к груди, где пальцы стали ловко перебирать пуговицы на его рубашке. Вместе они окончательно освободили его от рубашки, потом Эми запрокинула руки и он стащил с нее водолазку и маечку.

Когда Роланд прижался губами к ее груди, Эми окончательно потеряла контроль над собой.

– Не смей останавливаться, – прошептала она, не помня себя.

– Ни в коем случае, – прошептал он в ответ.

Ей показалось или он при этом улыбнулся?

Когда он вошел в нее бережным и одновременно стремительным движением, Эми застонала. У нее было ощущение, что круг замкнулся, что две половинки чего-то целого встретились, что в его руках она наконец там, где ей и надлежит быть.

И она подалась ему навстречу, раскрываясь и прижимаясь к нему как можно сильнее. Движение продолжалось до тех пор, пока Эми не застонала и не выгнулась, как цветок какого-то диковинного растения, а Роланд не прошептал бессознательно ее имя и не затих, уткнувшись ей в плечо…

Когда прошло немного времени и он заботливо укрыл ее одеялом, а она прижалась к нему, не желая терять ни секунды из времени, что осталось им на двоих, он прошептал:

– Интересно, понимаешь ли ты, насколько я сейчас счастлив?

Нет, подумала Эми, это ты не понимаешь, насколько ты сделал меня счастливой. Но вслух она ничего не сказала – наверное, побоялась что-то разрушить.

…В квартире фотографа они провели все оставшееся до отлета Роланда время.

Странно, но неожиданно Эми почувствовала себя там очень комфортно. Хотя ей всегда было немного не по себе, когда приходилось жить в чужом доме. Тем более при наличии собственной квартиры. Со своей ванной, со своим компьютером и ноутбуком, со своим гардеробом, полным любимой одежды, со своими книгами и со своей музыкой… И со своими друзьями, которые наверняка оборвали ей городской телефон, потеряв ее и пребывая в недоумении, куда же пропала Эми Белнил.

По мобильному же ей никто не мог дозвониться, поскольку телефон разрядился, а зарядное устройство Эми и не подумала взять с собой.

Одним словом, для мира они на какое-то время пропали, исчезли, выпали из его безумного круговорота и бесконечного, иногда бессмысленного, иногда утомительного движения.