Лучшее лекарство от любви - Трейси Броган

Тайлер ничего не ответил. Просто стоял, сунув руки в карманы, и хмурился. Я обидела его своим прозаическим объяснением. Видит бог, это не входило в мои намерения, но, может, оно и к лучшему. Я и вправду искала чего-то большего, а он — менее серьезных отношений. И каждый был по-своему прав, просто мы находились в разном положении и двигались в противоположных направлениях. Он должен это понять.

Он переминался с ноги на ногу.

— Вам не кажется, что это чересчур самонадеянно? Полагать, будто вам известно, чего я ищу? — его голос утратил всю теплоту, а мыльный пузырь взаимной приязни, в котором мы парили весь вечер, с треском лопнул.

— Наверное. Я не хотела, чтобы вы это так восприняли. Я…

Я не стала договаривать. Если попытаюсь объяснить свою точку зрения, сделаю только хуже. Что бы я сейчас ни сказала, все сведется к тому, что он для меня недостаточно хорош. А я говорила не об этом. А о возрасте, подходящем моменте и разных периодах в жизни.

— В любом случае спасибо, что проводили меня. — Я показала на дом на следующем углу — двухэтажный, в викторианском стиле: — Здесь я и живу. Теперь дойду сама.

Он закатил глаза и снова пошел вперед — видимо, решил довести меня до самой двери, несмотря на все мои обидные высказывания и предположения. Я достала из сумки ключи, когда мы сошли с тротуара и поднялись на небольшое крыльцо. Вокруг светильников по обе стороны входной двери гудели ночные мотыльки и прочая летучая мелочь. Не самое романтичное место, но, опять же, это и к лучшему.

Я вставила ключ в замочную скважину, повернула его, распахнула дверь и оглянулась. Тайлер стоял на верхней ступеньке, в нескольких футах от меня. Руки по-прежнему в карманах, на лице никакого выражения.

— Все тихо, — махнула я рукой в глубину темной квартиры.

— Да. Похоже на то. Тогда, видимо, спокойной ночи.

Он замешкался у перил, и я знала, что все еще могу его поцеловать. Я могла бы протянуть руки, ухватить его за нарядную белую рубашку и втащить в квартиру. И он позабыл бы все обиды, стоило бы мне обнажить перед ним грудь. Все-таки я достаточно знала мужчин и уж в этом была уверена.

Но я не стала. Я просто сказала:

— Еще раз спасибо. Спокойной ночи.

И вошла внутрь одна.

И тут же пожалела об этом. Что я за идиотка!

Нужно было его поцеловать.

Глава 12

Первой в мой кабинет заявилась Хилари. Младшая сестра наступала ей на пятки. Они закрыли дверь и заперли ее на ключ. Габи подозрительно широко улыбалась, пока усаживалась на стул напротив меня и ставила передо мной гигантский стакан латте. Будто аромат моккачино с лесным орехом мог стереть из моей памяти факт, что именно она отправила меня на свидание с болтливым производителем унитазных сидений.

— Ну, рассказывай, — сказала Габи, драматично скрещивая руки на груди. — Как ты объяснишь, что я отправила тебя на свидание с Филом Картером, а дело кончилось облизыванием тарелки из-под десерта в ресторане у Джаспера с парнем, с которым я училась в старших классах?

Да провались она к черту вместе со всеми своими знакомыми! Я должна была догадаться, что не смогу проболтать с Тайлером два часа в общественном месте без того, чтобы городские сплетники об этом не пронюхали. Я посмотрела на Хилари, которая прислонилась к шкафчику для документов и с загадочным выражением на лице рассматривала меня поверх стакана с кофе.

— Никто ничего не облизывал, ни тарелку, ни что-либо другое. Все было вполне невинно.

— Жаль, напрасно перевели на вас сироп, но откуда ты, черт возьми, знаешь Тайлера Конелли?

Габи отодвинула стопку медицинских карт на столе, чтобы расчистить себе поле зрения.

Я упрямо передвинула их обратно:

— У меня своя система работы с документами. Не надо мне здесь ничего путать.

— Складывать все в одну стопку — это не система. И хватит менять тему. Расскажи, что у тебя с Тайлером.

— Да, — сказала Хилари, — расскажи, что у тебя с Тайлером. — Голос у нее не дрогнул, но на лице было написано: какого черта ты творишь?

— У меня с Тайлером ничего. Я наложила ему швы в отделении скорой помощи в свой день рождения, и он подумал, что стоит пригласить меня на ужин. Вчера вечером я пыталась убедить его, что не стоит.

— А для большей убедительности выпила с ним мартини и съела мусс? Отличный план, — проворчала Хилари.

Сарказм ей не шел, хотя она часто к нему прибегала.

Я решительно покачала головой:

— Все было не так. Тайлер случайно стал свидетелем катастрофического свидания, на которое меня отправила Габи, — я ткнула в нее указательным пальцем. — Этот Фил Картер, между прочим, оказался редкостным говнюком, и Тайлер решил меня от него спасти.

На слове «спасти» я изобразила пальцами кавычки, чтобы обе поняли, что ни в чьей помощи я не нуждалась.

— В качестве благодарности я заплатила за его пиво. А вы насколько хорошо с ним знакомы, кстати?

Хилари на мой вопрос только фыркнула, но Габи склонилась ко мне:

— Ну, я с ним никогда не встречалась, а вот моя подруга Пэтти ходила с ним на выпускной, и он разбил ей сердце.

— Выпускной? — Хилари не скрывала раздражения. — А как насчет более актуальных событий? Весь город знает — недавно его арестовали за угон водного мотоцикла.

— Он не… — я оборвала себя на полуслове. Я обещала ему не проговориться. — На самом деле все не так, как кажется.

— И что это, черт побери, значит? — спросила Хилари, сдвинув к переносице безупречные брови.

— Да, что это значит? — спросила Габи как бы между делом, и я поняла, что если поделюсь с ними подробностями, то не успею еще договорить, а она уже опубликует все в «Твиттере». А это не моя тайна.

— Ничего. Все это неважно. Мы выпили вместе, и все. Давайте лучше поговорим об «Одиночках Белл-Харбора». У меня шестнадцать новых писем. Кто хочет на них взглянуть?

Если честно, у меня не было настроения говорить о Тайлере. Да и о других мужчинах, если на то пошло. Но о Тайлере — особенно.

— Нет, не все, — сказала Габи. — Еще он проводил тебя домой. А что было после этого?

Черт! Да у нее целая сеть информаторов. И зачем я уехала из Чикаго? Там, по крайней мере, никому не было дела до моей личной жизни.

— Ты что, шпионишь