Булочка и две крошки для миллионера - Анфиса Рэйса

— Неа, — покачала головой она. — Это ты его совершенно не знаешь. Он ни за что на это не пойдёт.

— Но когда я предложил ему деньги за то, что он перестанет донимать тебя и станет образцовым отцом, он легко согласился играть эту роль.

Я тотчас пожалел о своих словах. Не стоило говорить это сейчас!

Маша изменилась в лице.

— Вот, значит, как ты решаешь все дела. Ложь и деньги, два твоих аргумента. Но я больше не стану участвовать во всех этих играх, — она поднялась с места. — Сына я тебе не отдам, Гравицкий. Я его мама, я! Их зовут Мирослава и Матвей. А меня Мария. Три “м”, понимаешь? Они мои и больше ничьи. А сейчас мне пора…

— Маша, стой.

Я поднялся вслед за ней, шагнул к ней, но она отшатнулась.

— Я никогда не заберу у тебя сына, Маша. Я обещаю. Но у меня тоже есть право быть его отцом!

— Ну хорошо! — всплеснула руками она. — Я поговорю с ним, ясно? Я скажу ему, но когда решу и как решу. Он узнает правду. Доволен теперь?

— Я признаю его официально.

— Да как угодно. Будешь видеться с ним по выходным. Это тебя устроит?

— Да, — осторожно ответил я. — А Мира? А ты?

— А о нас с дочкой можешь забыть!

Глава 34

Пока шла от кафе к остановке, ругала себя последними словами. Я поссорилась с Виктором. Ну зачем же я была так резка?

Он сделал для нас с детьми столько хорошего. Он был готов стать отцом для Миры, девочки, с которой его вообще ничего не связывало. Я должна была оценить его предложение… А вместо этого сорвалась.

Очередная ложь встала поперёк горла. Не хочу больше врать своим детям. У Миры есть отец: тот же ещё придурок, который дочку задвигал на второй план до тех пор, пока не узнал, что Матвей не его сын.

Ох, да Виктор был бы в тысячу раз лучшим папой для неё!

Но моё согласие потребовало бы доверия. Разделить с ним секрет, доверить детей… И я не смогла.

Моё сердце бьётся, как сумасшедшее, когда я вижу его. Мне хочется прижаться к нему, позволить решить все проблемы. И когда я почти решаюсь на это… то не могу довериться в самый последний момент.

И теперь мне предстоит самый тяжёлый разговор с детьми в моей жизни. Я всем рассказала правду. Должна рассказать и им.

Как они отнесутся к тому, что не брат и сестра? Поймут ли? Повлияет ли это на их отношения? Как же много вопросов!

Но Виктор прав: он отец и имеет право быть в жизни сына. Я это понимаю. Но всё бы отдала за то, чтобы Матвей не был на него похож. Тогда бы эту тайну никто не узнал бы.

Наверное, мы бы с Виктором поженились. И были бы счастливы. А теперь всё так запуталось, что и не распутать этот клубок.

Когда я вернулась домой, дети мгновенно обступили меня.

— Мама, как дядя Витя? — спрашивал Матвейка.

— Как Чижик-Пыжик, как?! — трясла меня за руку Мира.

— Ма-ам, а когда мы туда велнёмся?

— Да, мама, мы хотим в бассейн! И к дяде Вите.

— Так, дети, мороженое тает, — появилась в коридоре Алиса, держа две вазочки. — Берите скорее.

Те похватали порции мороженого, мгновенно забыв обо мне, и поскакали в комнату.

Алиса, которая сегодня была в роли няньки, внимательно на меня посмотрела.

— Ну-у? — потянула она, подвигав бровями. — Как ваше с Виктором свидание? Что-то ты рано, подруга.

— Катастрофа, — сказала я ей и добавила, понизив голос, — Виктор предложил признать Матвея официально и удочерить Миру.

— А ты что?

— А я ему нагрубила.

— Ой, дура, Машка! Да твои дети бы нужды не знали! Тебе напомнить о его состоянии? В смысле денежном!

— Я поняла. Я… ну ладно, не стоило так себя вести. Но он ещё сказал, что заплатил Антону, так что… я просто вышла из себя.

— Тебе надо извиниться. Нужны хорошие отношения с отцом твоего ребёнка. Так, предлагаю сделать чизкейк. Ты говорила, он у тебя любитель?

— Да Виктор всю мою выпечку обожает, — невольно улыбнулась я.

— Отлично. Делаем клубничный чизкейк, ни один мужчина не устоит. Кстати, Антон заходил. Просил тебе что-то передать.

Она взяла с тумбочки белый конверт и протянула мне.

— Что это?

— Я не смотрела, хотя мне и было ужасно любопытно. Ну, открывай!

Внутри белого конверта был ещё один. Уже по одному-только отправителю я поняла, что в конверте. Но всё равно вскрыла его.

Нет. Он же это не всерьёз!

— Алиса… присмотри ещё за детьми, — севшим голосом попросила я.

— Что слу…

— Потом!

Повезло, что я не успела разуться. Пулей вылетела из квартиры, сразу начиная вызывать такси.

Уже через полчаса я была перед офисом Антона. А неплохо он устроился. Вроде был весь в долгах, а теперь вот расширил свою фирму. Теперь ясно, как — на деньги Виктора.

Охранник попытался меня задержать, но сработал эффект неожиданности: пока он откладывал кроссворд, я уже прошла через турникет вместе с зазевавшимся сотрудником.

— Я к Антону Сергеевичу! — бросила я ему.

— Пятый этаж… — от растерянного отозвался охранник.

На пятом этаже я в с таким же успехом удивила его секретаршу. Пролетела мимо неё, распахнула дверь и влетела в кабинет Антона, готовая рвать и метать.

— Маша? — эта сволочь даже удивленным не выглядела. — А, получила, значит?

— Ты… ты… Козлина! Забери заявление!

— И не подумаю. Я считаю, что моей доченьке Мире лучше будет со мной. У тебя ни работы, ни своего жилья, ни мужа. А я вот при деньгах теперь, мы с Танюшей распишемся на днях. И квартира у меня своя. Мне кажется, суд будет на моей стороне, как думаешь?

— Размечтался! Я ненавижу тебя, придурка! Сейчас придушу собственными руками!

С ухмылкой он кивнул на вебкамеру своего ноутбука.

— Маша-Маша… Ты такая предсказуемая. Опеке очень интересно будет увидеть, какая ты невменяемая.

— Вот так, значит, да? — покивала я. — Ты что думаешь, я позволю этому случиться? Да ни за что на свете!

Да уж, повестку в суд я ожидала получить от совсем другого мужчины. Вот так бывает в жизни.

Зато у меня мозги на место встали. Теперь я вижу, кто настоящий мужчина, которому можно верить, а кто просто грязь под ногами.

— И не надейся