Граф салюки - Лариса Васильева

Семен Семенович тщательно искал подругу для Графа, а она сама нашлась — заехал к нему один знакомый и был сильно обрадован, увидев Графа — салюки. Хорош был Граф, ох, хорош! Он сразу покорил гостя. А у того имелась сучка, тоже салюки. Он уж давно выискивал такого же чистокровного представителя породы, и вот так неожиданно нашел его.

Воронцов давно решил, что поиски бесполезны, скорее всего, Варя в другом городе. Делать какие-то официальные запросы, привлекать полицию он не хотел, но сам, приезжая в город, все равно непроизвольно искал девушку. Это уже вошло у него в привычку. Просто шел по улице, заглядывал под шляпки встречных женщин и заходил уже во все заведения: магазины, булочные, парикмахерские, пекарни — всюду, где работали женщины. Может быть, она где-то моет пол или шьет в какой-нибудь мастерской, может, он встретит ее? Это уже стало ритуалом, — приезжая в город пройтись по магазинам, понаблюдать за няньками, выгуливающими детей в парке.

Однажды он снова попал на ту же улицу, где бывал и раньше, толкнул дверь салона "Элен". Звякнул колокольчик, Сергей Иванович вошел и напротив, на приставной лесенке — тумбе, увидел Варю. Она развешивала шляпки на специальные крючки под потолком магазина. Ей подавала шляпы и руководила всем элегантная дама, рядом присел на прилавок плечистый молодой господин. Он выговаривал Варе:

— Ну вот зачем ты опять дала деньги Андрюхе? Знаешь ведь, что не отдаст.

— Жаль мне его, просит ведь. Нельзя отказывать человеку в просьбе.

— Так ты все можешь отдать. Кто-нибудь еще что-то попросит, так и будешь все отдавать?

— Да нет, люди редко просят.

Она дотянулась до крючка, повесила шляпку и только потом повернулась на звон колокольчика. Увидев графа, взмахнула рукой, сбив только что повешенную шляпу, и сама чуть не упала с лестницы. Все смотрели на графа. Элен двинулась было ему навстречу:

— Чем могу помочь?

Он поздоровался не глядя на нее и прошел через магазин к Варе.

— Варенька… — только и смог сказать.

Все время, пока искал ее, он мысленно готовил такие убедительные речи, так складно выходило, а сейчас горло его пересохло и он вообще ничего больше не мог произнести. Варя всхлипнула, почти скатилась с лесенки и молча кинулась мимо Воронцова к заднему ходу.

Граф вознамерился было бежать за ней, но Алексей быстро преградил ему путь.

— Сударь, куда вы? С вами, кажется, не хотят говорить. Извольте объясниться.

Они стояли друг против друга, оба плечистые, высокие, одного роста, но граф казался меньше, так как был более худощав. Совершенно разные, но оба привлекательные: у Алексея лицо широкое, скуластое, нос крупный, широкий, вроде как чуть вздернутый, глаза небольшие, губы тонкие, волосы, брови и ресницы того русого тона, который и не замечается вовсе. Отвернешься от такого человека и не скажешь, какая у него прическа. По всему — вроде не красавиц, но смотреть приятно, доброжелательный и сильный. Граф же — изящный аристократ с головы до ног, вроде и плечист, но талия тонкая, нос с горбинкой, брови — ровные, темные, губы хорошего рисунка, волосы будто только что уложены. Алексей весь как добродушный крупный породистый щенок, а Воронцов — как натянутая струна.

Граф надменно взглянул на Астахова:

— Все объяснения я дам Варе, а вы кто таков, какое право имеете решать за нее?

Элен также опомнилась. Встала рядом с Алексеем.

— Я хозяйка салона и отвечаю за моих продавщиц. Если Варя отказалась с вами говорить, то здесь, в моем салоне, вам никто не позволит настаивать на этом.

Граф не отвечал. Устраивать сцену, спорить не хотелось, это было унизительно, и лишний раз настроило бы Варю против него. Потому он молча поклонился и вышел.

Варя же, выбежав из магазина, опомнилась и присела на середине лестницы. Она сама не знала, чего хочет: поговорить ли с Сергеем Ивановичем или лучше тут же сбежать из магазина и из этого города? С чем он приехал? Что ее ждет? Может быть, высечет ее прямо здесь? Забьет кнутом? С него станется. Но что же, ей бегать теперь всю жизнь? Все равно без него лучше не жить. Да и кинулся он к ней с радостью, неужели уж она не может отличить любовь от злобы? Хотя, если вспомнить прошлое… Она встала и пошла назад, в салон. Графа не было. Елена Павловна и Алексей смотрели в окно, а Оля с Катей молча переглядывались, и лишь Маринка громко спрашивала, не обращаясь ни к кому конкретно: