Не просто скромница - Кэрол Мортимер

— Потому что я не позволил вам себя скомпрометировать?

Элли аж задохнулась.

— Я никого не компрометировала!

— Не согласен.

— Я… Вы… Ну, и каким же образом, по-вашему, я это делала?

— Флиртуя с Эндикоттом.

— Что?

— Разумеется. — Джастин смахнул с манжета воображаемую пылинку. — И поскольку я никогда не дам согласия на ваш брак с этим раскрашенным выскочкой, забудьте и перестаньте его поощрять.

— Я и не поощряла.

— Не могу согласиться, — резко оборвал он. — И так думаю не только я. В обществе ходят слухи, что еще до окончания сезона прозвучит объявление о помолвке!

Ее глаза расширились.

— Прошу прощения?

Джастин пожал плечами.

— Именно вы двое сейчас в центре всех светских сплетен.

Она ахнула.

— Но я всего трижды говорила с лордом Эндикоттом, первый раз на балу у Ройстонов, потом там же, на званом ужине, третий раз вчера в парке, когда мы были там с мисс Мэттьюз.

— И сегодня, — напомнил он. — Итого четыре раза за четыре дня.

— Ну да. Но… мне и в голову не приходило, что мы можем с ним сегодня столкнуться!

Хоть что-то. До сего момента Джастин пребывал в уверенности, что эти двое условились обо всем заранее.

— Сомневаюсь, что появление Эндикотта у «Гантера» было столь же невинным.

Ее щеки окрасил румянец.

— Он действительно упоминал, что вчера подслушал, как мы с Магдаленой обсуждали планы туда сходить. Вы думаете, у лорда Эндикотта серьезные намерения? — спросила она.

— Да.

Категоричность ответа привела ее в полную растерянность.

— О!

Джастин нахмурился.

— Вот именно.

Элли сглотнула.

— Но даже если так, неужели общество могло всерьез сделать такой вывод после каких-то нескольких дней знакомства?

Джастин испытал прилив раскаяния при виде ее ошарашенного лица, расширившиеся глаза напоминали зеленые озера, в которых плескалось недоверчивое выражение, щеки побледнели, губы растерянно приоткрылись, улыбка исчезла. «А еще отвергал эпитет тирана, хотя сам ведет себя как настоящий деспот!» — ужаснулся Джастин, но тут же решительно успокоил себя, что это ради ее же блага. Если уж Готорн, который абсолютно не интересуется светским обществом и его сплетнями, пришел к выводу, что Элеонора всерьез заинтересовалась Эндикоттом, остальные и подавно так думают. Элеонора сидела стиснув руки перед собой. Джастин подался вперед и взял ее руку в свои.

— Уверяю вас, дорогая, общество и по меньшим поводам делает подобные предположения, — проговорил он успокаивающе.

Она с любопытством подняла на него глаза.

— Вы говорите так, будто знаете это по личному опыту.

Джастин сжал губы.

— Сейчас под угрозой ваша репутация, не моя. Насчет своей я давно знаю, вы сами подтвердили это три дня назад: ее уже ничто не исправит!

Лицо Элли приняло задумчивое выражение. Основная масса джентльменов светского общества делились на тех, кто относился к герцогу Ройстону с восхищением, и тех, кто его боялся. Все дамы поголовно, замужние и незамужние, жаждали его заполучить. Для девушек-дебютанток он был главной добычей сезона вот уже десять лет! Матери вышеупомянутых особ либо за ним гонялись, либо избегали, зная, что он вовсе не стремится угодить в расставленные сети, называемые узами брака. Для любой из них было бы предметом гордости заполучить его в зятья, но существовала ничуть не меньшая вероятность таким маневром полностью разрушить репутацию дочери: герцог мог предложить девушке стать его любовницей, а отнюдь не женой.

При таком раскладе Элли не представляла, кто посмел бы отпустить подобное замечание о ней в его присутствии, более того, о них с лордом Эндикоттом. Господи, да она же относилась к нему как к забавному и жизнерадостному юноше, и только! Да, он обладал мальчишеским шармом и был довольно приятен в общении, если не обращать внимания на его манеру ужасно одеваться, но ее чувства к Ройстону означали, что он никогда не стал бы ей больше чем другом. И никогда не станет. Да кому вообще могло прийти в голову, что она всерьез хочет замуж за этого юного пижона! Полный абсурд!

Больнее всего, этой ерунде поверил и Джастин. Как он мог подумать, что она заинтересовалась другим мужчиной, если сам разрушил такую возможность? И дело совсем не в репутации. Нет, сие разрушение было куда более основательным. Теперь она не могла и подумать, чтобы разделить близость ни с одним мужчиной, кроме того, которого, и Элли наконец смогла себе признаться, она полюбила.

После «того» вечера она постоянно стремилась чем-нибудь заниматься, не оставляя себе времени на переживания. Она старалась реже, насколько эго было возможно, притом что они теперь жили в одном доме, встречаться с герцогом. Но ночью, лежа в одиночестве в постели, она уже не могла сдерживать мучительный поток воспоминаний. И не могла не обращать внимания, как твердеют от возбуждения груди, набухает и влажнеет внизу живота при одном воспоминании о поцелуях и прикосновениях Джастина. Воспоминания ее буквально преследовали. И как при этом кто-то, уж тем более Джастин, может считать, что она всерьез рассматривает в качестве мужа щеголя Чарльза Эндикотта?

Элли опустила ресницы и посмотрела на свою руку в ладонях Джастина. Эти самые руки совсем недавно так интимно к ней прикасались, ласкали и доводили до невероятного пика, даже сейчас при одной мысли об этом у нее сами собой поджимались пальчики на ногах. Только этого она ни за что ему не откроет, не говоря уже о своих чувствах к нему. Такого унижения она бы не перенесла.

Элли глубоко вдохнула, подняла голову, слегка улыбнулась и проворно забрала у него руку.

— Разумеется, это все ерунда, но как приятно думать, что скоро я смогу получить первое брачное предложение!

Герцог поднял брови.

— Ваше первое предложение?

— Конечно. — При виде его изумленного лица она широко улыбнулась. — Вдовствующая герцогиня говорит, что юная леди может считать свой успех в обществе окончательным только после того, как разобьет не меньше дюжины мужских сердец и откажется от трех предложений брака!

Герцог внезапно выпрямился и помрачнел.

— Искренне надеюсь, что вы не сочтете нашу недавнюю интермедию поводом присовокупить мое сердце на свой счет.

Он так небрежно отозвался о том, что между ними произошло! Желая скрыть нанесенный удар, Элли выдавила скептический смешок.

— Полагаю, единственные вещи, что были тогда разбиты, — это чашка и блюдце. Кроме того, чтобы оказаться с разбитым сердцем, им нужно как минимум обладать, разве не так?

— Считаете, у меня нет сердца?