Телохранитель - Эмма Радфорд

— Что не имеет значения? — приглушенным голосом спросила она, убирая с его груди руку.

Они продолжали соприкасаться телом, но он почувствовал, что расстояние между ними увеличилось. Природное чутье подсказывало Стивену, что он должен замолчать, прижать ее к себе и лаской постараться разрядить напряженность момента, но не мог этого сделать. Следует разобраться. Либо она первый абсолютно честный человек, которого он когда-либо встречал, либо… либо что?

— Ты знакома с Ником Гаррисоном! А у него нет друзей среди женщин, только любовницы.

— Я никогда не спала с Ником Гаррисоном, — категорично ответила Сильвия. — Он никогда не притрагивался ко мне. Я же говорила об этом!

— Никогда?

— Никогда! — эхом отозвалась она не глядя на Стивена. — Этот тип даже не поцеловал меня.

Она могла и не спать с Гаррисоном. Но одно Стивен знал наверняка: в своей сексуальной ориентации Гаррисон был абсолютно нормальным, то есть любил только женщин, но ведь он был знаком с этой девушкой, а значит, не мог не хотеть ее. Ни одному мужчине это не под силу!

— Я не хочу больше лжи! Особенно теперь! — взмолился Стивен, сознавая раздирающую душу правду этих слов. После того что между ними было, мысль о лжи разрывала сердце.

— Я тоже этого не хочу! — Сильвия отвернулась, села на кровати и прикрылась простыней, оставив открытой спину. — Я больше не хочу говорить неправду, но…

— Тогда и не говори! — воскликнул он.

— Но ты должен обещать, что не будешь предпринимать никаких необдуманных действий, если я скажу правду.

— Каких действий? — Он с трудом удерживал себя от того, чтобы не провести ладонью по ее спине.

— Никаких, пока я не объясню все подробно! — Она посмотрела ему прямо в глаза. Взгляд ее стал томным, волосы рассыпались по плечам. — Обещай выслушать меня и ничего не предпринимать, пока я не объясню все до конца.

— Я не даю никаких обещаний вслепую! Я…

— Тогда забудь об этом! Я ничего не должна была говорить! — прошептала она и встала с кровати. Стивен подошел к ней, взял за плечо и резко повернул к себе лицом. Его благодушно-мягкое настроение улетучилось, нервы напряглись.

— Послушай, что происходит?

Сильвия не шевелилась, только грудь ее резко поднималась и опускалась. Его поразила гримаса боли, которая застыла у нее на лице, переполнило желание успокоить ее, вновь вызвать на этом прекрасном лице выражение страсти. Но он чувствовал: если бы сейчас попытался притянуть девушку к себе, она бы воспротивилась.

Кинг отпустил ее, сел на кровать и посмотрел любимой в глаза. Боль? Да! Но и что-то еще! Он почувствовал, как в нем зарождается беспокойство. Что-то здесь не так! Появилось нечто такое, чего не было несколько мгновений назад. А он, черт возьми, никак не мог догадаться, в чем тут дело!

Стивен встал с кровати и, не глядя на Сильвию, направился в ванную, бросив на ходу:

— Я сейчас вернусь.

Он решил сначала найти одежду, а потом заняться поисками правды.

Сильвию снова обуревали эмоции, которые владели ею, когда они на мгновение слились в одно целое. Тогда казалось, что душа ее растворилась в нем полностью и что она отныне и навсегда стала завершенным человеком. И что завершенность эта порождена любовью к Стивену. Той любовью, которая требовала рассказать ему всю правду.

Она не хотела ломать комедию перед Стивеном, не хотела, чтобы он считал, что она Дженни. Ей иногда приходилось вести разговоры о «занятиях любовью и сексом». Но никто никогда не говорил ей, что в минуты настоящей любви весь обман, все притворство, вся ложь отлетают в сторону, и человек понимает правду, пугающую и захватывающую одновременно. Такую, какую поняла она сама несколько минут назад.

Щелкнула дверь ванной комнаты. Сильвия быстро натянула на себя кофточку и джинсы. Вскоре Стивен вновь появился в освещенном дверном проеме, и у нее от нежности перехватило дыхание. Никто не сказал ей, что любить — это так мучительно!

Она стояла у кровати. Стивен включил ночник и подошел к Сильвии. В слабом свете выражения его глаз не было видно.

— Хорошо, — сказал он. — Я не буду ничего предпринимать, пока ты не объяснишь мне все, что должна объяснить.

Наступила ее очередь. Но она не могла рассортировать мысли и найти фразу, подходящую для начала объяснения. Она присела на край кровати и уставилась на свои руки, стиснутые на коленях.

— Я не Дженни Рэдфорд! — выпалила она наконец без лишних слов и вся напряглась в ожидании эмоциональной вспышки с его стороны. Но ее не последовало. Стивен лишь переспросил недоуменно:

— Что?

— Я не Дженни! — повторила она, вздохнула и через силу продолжала: — Я ее сестра Сильвия, мы близнецы.

— Что ты такое говоришь, черт возьми! — Он решительно взял ее за плечи и поставил на ноги, словно она была пушинкой. Однако Сильвия уклонилась от его взгляда.

— Я Сильвия Рэдфорд.

В комнате повисла гнетущая тишина, пока Стивен переваривал услышанное. Постепенно все в его голове встало на свои места: ее симпатии и антипатии, недостаточное знание семьи Гаррисонов. И… ее девственность! Во рту у него появилась горечь. Все было ложью! А он все принял за чистую монету и попался на удочку!

— Это что, игра? Что все это значит? — спросил он сурово. В то же время в душе его нарастала радость оттого, что мысли начали проясняться и приходило понимание истинной подоплеки событий.

— Это… это… — слова застревали у Сильвии в горле, она закусила в волнении нижнюю губу. Потом начала бессвязно рассказывать. Он услышал о ее приемной матери, о том, как позвонила сестра, об их решении поменяться местами, о том, как они это осуществили в туалетной комнате здания суда.

— Дженни говорила, что я просто должна буду провести субботу и воскресенье в шикарном номере отеля, а она тем временем навестит Марию. — Сильвия нервно засмеялась, но смех перешел во всхлипывания. — Получился восхитительный, безопасный уикэнд! Нечего сказать!

Ее слова вызвали у Стивена гнев, от которого он, будущий адвокат, едва не задохнулся: какая-то шарада, детская проделка! Попался на это как юнец! Он проклинал себя. Отвернувшись от Сильвии, Стивен подошел к балконной двери и не раздумывая раздвинул шторы. Но никакой пейзаж не мог изменить жизнь к лучшему! Дженни Рэдфорд гуляла на свободе, и суд над Гаррисоном был под угрозой срыва!

Кинг резко обернулся к Сильвии, которая все еще сидела на кровати.

— Где, черт возьми, находится ваша сестра в данный момент?

— Я же сказала — она навещает Марию перед операцией.

— Где? — рявкнул он.

Сильвия вздрогнула от его тона, но все же встала и смело посмотрела ему в глаза:

— В больнице. Марии предстоит в скором времени операция, и она…