Невеста на одну ночь - Розмари Роджерс

– Как скажете, – прошептала София.

Жак резко отодвинул от стола кресло.

– А теперь позвольте вернуться к работе.

– Разумеется. – Заставив себя дойти до двери, София обернулась. – Только не перетрудитесь, cherie[9]. Вы нужны нам всем здоровым и сильным.

Жак даже не посмотрел в её сторону.

– Bonsoir, та belle.

– Bonsoir.

София пересекла огромный холл. Ночную тишину нарушал только шорох шёлкового платья. Не замечая ничего вокруг, удручённая София пустилась в обратный путь.

Неприятный разговор с Жаком доказал, что выход из ситуации только один. Графиня Эшкомбская должна покинуть Францию.

Чем скорее, тем лучше.

И добиться этого можно только одним способом.

Составив план действий, София вернулась в свои покои, чтобы взять одеяло. Затем, усилием воли заглушив голос разума, твердивший, что она слишком рискует, София прокралась к личным покоям Жака. С бешено колотящимся сердцем она проскользнула в тёмную комнату. Однако, поборов страх, София начала поиски и наконец обнаружила то, что ей было нужно, в запертом ящике письменного стола.

Спрятав маленькое украшение в один карман, а запечатанное письмо – в другой, София вышла в коридор и решительным шагом направилась к ближайшей лестнице.

С уверенным видом спустилась в подвал и, пройдя мимо скучающих стражников, остановилась около двери, возле которой стоял часовой.

Изобразив самую очаровательную улыбку, София указала на одеяло и объяснила насторожившемуся стражнику, что Жак поручил ей обеспечить пленнику хотя бы минимальные удобства. Часовой засомневался было, но потом пожал плечами и, повернув ключ в замке, открыл тяжёлую дубовую дверь.

София шагнула внутрь и дождалась, пока дверь за ней не захлопнется. Сделала несколько шагов по сумрачному подвалу и замерла. При виде высокого джентльмена, грациозно поднявшегося с узкой койки и походкой хищного кота направившегося к ней, у Софии невольно перехватило дыхание.

Да, мужчин она на своём веку повидала немало, однако этот был просто удивительно хорош.

В свете факела волосы искрились золотом, а идеальные черты лица заставляли вспомнить прекрасные изображения ангелов. Но одновременно с восхищением Софию охватило дурное предчувствие.

Большинство её знакомых аристократов можно было отнести к двум типам – томные денди или распутные шалопаи. Но граф Эшкомбский не имел отношения ни к тем ни к другим. Прекрасный и опасный, он устремил на Софию холодный взгляд серебристых глаз, словно видел её насквозь.

– Что ж, – протяжно произнёс граф. – Конечно, Жака гостеприимным хозяином не назовёшь, зато какие у него стражи! – Он беззастенчиво оглядел Софию с головы до ног. – Хотя вы, кажется, притворяетесь горничной?

София отбросила в сторону одеяло и удостоила графа своей знаменитой улыбкой – той самой, от которой сходили с ума все: от трубочистов до членов королевской семьи.

– А может, я и есть горничная? – с лёгкой хрипотцой произнесла София.

Граф чуть прищурился, однако, несмотря на недюжинную проницательность, он всё же оставался обычным мужчиной. Чары Софии, как всегда, действовали безотказно. Граф подошёл и взял её за руки.

– Горничные не могут себе позволить наряды из чистого шёлка. А эти ручки… – Большой палец скользнул по внутренней стороне запястья. Уже одно это движение говорило о том, что граф обладает богатым опытом в общении с женщинами. – Мягкие, гладкие… не знающие, что такое тяжёлый труд…

– А у вас очень интересные руки – изящные, как у художника, и при этом сильные, как у воина. Восхитительное сочетание… – промурлыкала София.

Не успела она договорить, как вдруг оказалась грубо прижатой к кирпичной стене подвала. Граф навалился на неё всем телом, не давая ускользнуть. София состроила лёгкую гримасу – на этот раз её заманили в ловушку, а не наоборот. Даже не знала, расстраиваться или восхищаться.

– Какой вы быстрый, милорд! Может, сначала хотя бы познакомимся? – весело прочирикала София.

Суровое лицо графа выражало непреклонную решимость.

– Жак меня совсем дураком считает?

– Вообще-то он говорит, что вы чума, а не человек.

– Признавайтесь, зачем он вас прислал.

Под холодным взглядом серебристых глаз у Софии по коже побежали мурашки. Вблизи граф Эшкомбский выглядел ещё более угрожающе.

Кажется, она разбудила спящего льва и теперь вот-вот станет его добычей.

– Жак не знает, что я здесь, – ответила София.

Лицо графа напряглось.

– Не имею ни малейшего желания выслушивать ваши банальные выдумки.

София заставила себя податься вперёд и завлекательно улыбнуться. Сейчас главное – не показать, что струсила.

– Уверяю, милорд, мои выдумки никогда не бывают банальными.

Граф смотрел на неё с абсолютным равнодушием во взгляде. Кажется, совершенства Софии нисколько его не волновали.

– Есть два варианта: либо вы намерены выведать какую-то информацию, либо пытаетесь отвратить меня от жены. – Граф пристально посмотрел ей в лицо. – И в том и в другом случае – даже не надейтесь.

София не смогла подавить горечь:

– Куда уж мне соперничать с неотразимой графиней Эшкомбской.

– Что вам известно о моей жене?! – прорычал граф.

– Только то, что она должна убраться отсюда, и поскорее.

Граф нахмурился: искренний ответ Софии привёл его в замешательство.

– Кто вы, чёрт возьми, такая?

– София Ренар.

– София Ренар?.. – Граф медленно повторил её имя, будто пробуя его на вкус. – Что-то знакомое…

София горделиво вскинула голову:

– До ухода со сцены я считалась одной из лучших актрис Парижа.

– Ах да, – безо всякого восторга проговорил граф. – Вы одно время были любовницей Наполеона.

Раздосадованная, София закатила глаза. Ну конечно, всем сразу вспоминаются не блестящие актёрские работы мадемуазель Ренар, а её влиятельные покровители.

Ну почему женщины не имеют доступа к власти?..

– Это всё в прошлом, – холодно сообщила София.

– Тогда что вы здесь делаете?

– Неужели сами не понимаете? С вашей-то догадливостью! – язвительно произнесла София.

– Боже правый. – Граф скорчил гримасу. – Вы влюблены в Жака Жерара?

– Почему бы и нет? Жак хорош собой, обаятелен, он чудесный любовник… А главное – такого талантливого человека наверняка ждёт величие.

Граф Эшкомбский пожал плечами: