Близки, как никогда... - Элла Уорнер

Джой медленно просыпалась. Ей не хотелось открывать глаза, но какое-то шестое чувство заставляло проснуться, хотя она до сих пор чувствовала себя безмерно усталой.

Рука машинально легла на живот — мягкий, словно сдувшийся шарик, — и она вспомнила: ребенок! Нет, двое. У нее родились близнецы! Девочки!

Глаза Джой широко распахнулись. Она находилась в отдельной палате, которую заказал для нее Брайан, и в высокие окна лился свет дня. У окна стояли корзины и вазы с розовыми розами и гвоздиками. Кто же успел их прислать? И так быстро!

Она окинула взглядом комнату, но кроваток нигде не было видно. Ах да, медсестра укатила их, объяснив, что молодой маме надо как следует выспаться. А Брайан сказал…

Тут Джой повернула голову. С другой стороны кровати в кресле спал Брайан, уронив голову на грудь. Он не уехал, остался рядом, чтобы никто не разбудил ее, случайно или нарочно. Какой заботливый! — улыбнулась Джой.

Она легла так, чтобы видеть Брайана. Какой же он все-таки красавец! А когда зачесывает волнистые каштановые волосы назад — так, как сейчас, — то почему-то похож на маленького мальчика. А тело! Самое сексуальное и восхитительное тело, которым когда-либо наслаждалась женщина.

Джой была счастлива, что встретила его, и еще более счастлива, что он полюбил ее. И дело не только в роскошной внешности. Самое лучшее в нем — это заботливое любящее сердце, несгибаемый характер, ответственность.

В дверь негромко постучали. Брайан сразу открыл глаза, поднял голову. Он посмотрел на кровать, поймал взгляд Джой, и тотчас же его лицо озарилось искрящейся улыбкой.

— Привет, мамочка!

Джой улыбнулась в ответ.

— Привет, папочка!

— Входите! — окликнул Брайан стучавшего.

Вошла медсестра. Она тоже улыбалась.

— Вы хорошо поспали, почти восемь часов.

— Восемь? Значит, сейчас…

— Три часа дня. Пора кормить ваших малышек, — сказала медсестра. — Но раз вы пропустили ланч, давайте, я сначала вам чего-нибудь принесу.

— Чаю с тостами? — вопросительно произнесла Джой, которая не чувствовала голода.

— Отлично. Я быстро.

— Ой, а можно сначала привезти сюда деток? — попросила Джой. — Я хочу посмотреть на них.

— Сейчас, сейчас, — пообещала медсестра и удалилась.

Брайан поднял с пола пластиковую сумку и подал Джой. В его глазах плясали искорки радости.

— Купил тебе носить в больнице.

— Мне…

Джой достала из сумки халат — лавандово-синий, мягкий и нежный на ощупь, очень красивый.

— Сердечки на кармашках я попросил вышить мать Дэвида, — сказал Брайан. — Она принесла мне сумку в больницу сегодня утром, взглянула на малышку и сказала, что позднее придет тебя поздравить лично.

Да, на карманах краснели два сердечка — символ ресторана и его хозяйки. Джой ощутила комок в горле, и ее глаза наполнились слезами. Какая она была дурочка, думала, что Брайан не думает о ней, ничего ей не покупает, не любит ее. А он специально позаботился, чтобы подарить ей не просто халат, а нечто особенное.

Джой смахнула слезы и с благодарностью посмотрела на Брайана.

— Мне очень нравится. Спасибо тебе огромное. И не только за халат, а еще за все, что ты делал и делаешь для меня.

Джой очень захотелось подарить что-нибудь Брайану, но у нее ничего не было, поэтому она просто обняла его и поцеловала.

— А вот и мы!

Девочки! Их дочки!

Брайан вскочил и, отобрав у медсестры кроватки на колесиках, сам подкатил их к постели Джой. Потом вытащил оттуда сначала один белый сверток, потом другой и очень осторожно вручил их молодой матери.

— Еще спят, — прошептал он.

Джой смотрела на маленькие симпатичные личики в обрамлении трогательных черных кудряшек, и ее сердце трепетало.

— Какие красавицы!

— Точно, — согласился Брайан, наклоняясь и целуя в лоб сначала Джой, а потом своих дочерей. — Просто то, что надо.

Джой покосилась на Брайана: он так и сияет от счастья.

— Как мы назовем их? — спросила она.

— Выбирай, ведь это ты мучилась и рожала.

Странно, Брайан помнит о ее мучениях, а сама она… Не то чтобы забыла, просто все это как-то отдалилось, померкло. Было и прошло. Остались только чудесные малышки, дочери Брайана.

— Я хочу, чтобы ты придумал им имя.

Да, вот он, ее дар Брайану.

— Ну, я бы назвал их… Лесли и Элизабет, — медленно произнес Брайан и смущенно улыбнулся. — Я смотрю на них и именно так называю про себя.

— Тогда пусть будет Лесли и Элизабет Эпплйард… А что, звучит отлично. Значит, так, Брайан: девочек надо зарегистрировать в течение шести недель. А если мы поженимся раньше, то они не будут считаться незаконнорожденными, — сказала Джой, вспомнив, как задевал Брайана вопрос о социальном положении будущего ребенка. — Так что начни все оформлять уже в понедельник.

Он просиял.

— Правда?

— Ну да. Узаконим наши отношения, а потом устроим свадьбу где-нибудь на побережье, прямо на пляже. Что скажешь?

Господи, благослови Пенни, подумал Брайан. Надо не забыть сводить ее в больницу к Джой, пусть посмотрит на малышек. Но не раньше понедельника, после того как он разберется с бумагами.

— Свадьба на пляже? — Да уж, это не скучный поход за бумажками. — Гениально! — воскликнул Брайан с таким энтузиазмом, что одна из малышек открыла глаза и удивленно воззрилась на папу. Кажется, это была Лесли.

Брайан рассмеялся.

— Смотри, как она оценивающе на меня смотрит.

Джой была абсолютно уверена, что их дочери всегда будут высоко ценить своего отца. «Нашей дорогой доченьке» — вспомнилась ей вдруг надпись на открытке, присланной на день рождения родителями.

— Мои родители не звонили? Когда они собираются навестить меня? — спросила она.

— Звонили, будут вечером. Отец с Эдной тоже. — Брайан усмехнулся. — Ждут не дождутся познакомиться с новыми членами семьи. Твои братья тоже хотели приехать вместе со своими женами, но я сказал им, что лучше подождать до завтра. Я подумал, что тебе пока тяжело будет общаться с таким количеством посетителей за раз. Я был прав?

— Да, прав. Но очень мило с их стороны.

— Еще я велел Дэвиду и Эмили навесить на окно «Радости сердца» объявление, что у нас родились дочери. Они хотят зайти сегодня вечером после работы.

Джой рассмеялась.

— Ой, да они, наверное, тоже чувствуют себя дядей и тетей. — Неожиданно она внимательно поглядела на Брайана. — Это ведь ты все устроил, признайся!