Ты будешь рядом... - Изобель Чейс

— Правда? — протянул Люсьен. — Почему ты не попросила Джил отвезти тебя? — требовательно спросил он у Эраб.

Лицо девушки запылало.

— Джил не водит машину, — ответила она робко. — Как сказала Хилари, твоя сестра, Люсьен, все об этом знает, так что я не понимаю, какое тебе до этого дело! — заявила она.

Люсьен только ухмыльнулся:

— Это стало и моим делом. Меня очень интересует этот твой француз-бойфренд. Ты достаточно взрослая, чтобы иметь с ним дело? — лукаво поинтересовался он.

— Да!

— Мне так совсем не кажется! Когда тебе исполнится двадцать один?

— Ты это отлично знаешь! — резко ответила Эраб. — Если не хочешь везти меня в аэропорт, я попрошу Рут. Я намерена провести мой день рождения в Англии!

Люсьен лениво встал, подошел к ней и лишил свободы, положив руки на подлокотники кресла.

— Когда тебе исполнится двадцать один… — начал он.

— Я буду в Англии! — слабо прервала она его.

— Нет, мой дорогой уличный мальчишка, ты будешь здесь, со мной, что бы ты там себе ни думала! — Он запрокинул ей голову и быстро поцеловал в губы.

Эраб услышала, как Хилари рядом с ней счастливо хихикнула, и ее сердце сбилось с ритма.

— Когда мне будет двадцать один, я все равно не собираюсь заводить с тобой роман! — в отчаянии выпалила она. — Я в этом совершенно уверена!

— Какая самонадеянность! — поддразнил он ее. — Останешься ли ты такой же холодной и уверенной в себе, когда я возьму тебя вечером в Гириму посмотреть на танцоров?

— С-сегодня вечером?

Люсьен выпрямился и взъерошил ей волосы.

— Сегодня вечером, — серьезно ответил он. — Тебе почти двадцать один!

Хилари неминуемо захотела поехать тоже. Она делала все возможное, чтобы уговорить дядю, даже предложила ему рассказать, что за подарок сделала Эраб, но он не дрогнул.

— Я думаю, так нечестно! — заявила ему за ленчем Хилари.

Люсьен скорчил племяннице рожицу.

— Ты там больше доставишь неприятностей, чем окажешь помощь, — улыбнулся он. — Зачем пытаться испортить все?

Хилари озадаченно посмотрела на него.

— Но я не хочу, чтобы вы уезжали одни! — возразила она. — Почему мы с мамой не можем поехать тоже?

Люсьен громко рассмеялся:

— Потому что я хочу избежать твоего присутствия и бить Эраб ее же оружием!

Глаза Хилари расширились.

— Значит, ты знаешь, что это? — обвинила она его.

— Для тебя это не сработало бы, — беспечно заверила его Эраб, не зная, так это или нет. — И я не опустилась бы так низко…

— Только потому, что тебе этого и не требовалось! — парировала Люсьен, развеселившись. — Ты уже достаточно использовала алхимию в виде красивого платья и новой помады.

— У меня нет новой помады! — возразила девушка, но тут же вспыхнула, вспомнив, как Хилари говорила ей еще в первый раз, когда они встретились, что Люсьен не любит женщин, носящих брюки. И мысль о том, что он знает: это платье она надела для него, была очень неудобной.

Хилари, молчавшая во время их перебранки, внезапно рассмеялась.

— Я не возражаю остаться дома! — вдруг объявила она. — Мы с мамой можем поехать туда как-нибудь в другой раз!

— Но… — возразила Эраб. — Но…

Глаза Рут весело замерцали.

— Я на самом деле вижу, что моя дочь немного научилась такту, — заметила она. — Ты же не собираешься все сама испортить, Эраб?

— Я…

— Эраб сделает, что ей говорят, — вмешался Люсьен. — Мне кажется, она слишком много протестует. — Он поднялся. — Милые дамы, я должен вас покинуть. Мне нужно взять билеты на вечер и еще кое-что сделать.

День тянулся медленно. Эраб работала над записями Люсьена, но интерес к ним был притуплён долгим ожиданием наступления вечера.

Наконец солнце постепенно опустилось за горизонт, уступив путь бархатной темноте ночи. Из дома вышла Рут, чтобы помочь Эраб с машинкой и записями Люсьена.

— У нас еще есть время выпить перед ужином, — сказала она. — Тебе предложить руку или сама справишься?

— Справлюсь, спасибо, — заверила ее Эраб. Вошла Айя, чтобы помочь Эраб одеться.

— Вы выглядите прелестно, memsahib! — воскликнула она, укутывая ее плечи накидкой. — Такой же хорошенькой, как я видела вас раньше! Bwana Люсьен очень счастливый человек!

Эраб взглянула на нее в зеркале, аккуратно нанося тени на веки и немного пудры на нос, чтобы скрыть веснушки.

— Надеюсь, что так, — вздохнула она. — Хотя я почти жалею, что Сандра уехала в Англию. Ты думаешь, он взял бы меня посмотреть на танцоров в Гириму, если бы она была здесь?

Айя округлила глаза и хихикнула, ее массивное тело затряслось.

— Вы шутите, memsahib? Разве вы не знаете, что Bwana сказал ей — уезжай? Он сказал ей, что она очень хорошо делает вашу работу, так почему бы ей не попытаться и дальше? Он не хотел, чтобы она слонялась по дому. Он прямо сказал ей! Он даже велел ей воспользоваться вашим местом в самолете. А вы останетесь прямо здесь, с ним, он сказал! Вы этого не знали?

— Нет, я не знала, — ответила Эраб.

— И он послал за memsahib Рут, — продолжала откровенничать Айя. — Велел ей немедленно прибыть домой, потому что он встретил вас и хотел, чтобы вы остались!

— Но он ничего мне об этом не говорил! — пролепетала Эраб.

— Почему же тогда, как вы думаете, она приехала? — воинственно спросила Айя. — И она приехала быстро!

— Айя, ты поможешь мне спуститься по лестнице? — попросила Эраб.

Люсьен ждал ее в холле, одетый в желтовато-зеленый костюм и, как всегда, красивый. В руках он держал пару костылей и, улыбаясь, смотрел, как Эраб спускается по ступенькам.

— Думаю, это сделает тебя более мобильной, — объявил он. — Можешь испробовать их сегодня вечером, если, конечно, не воспользуешься ими, чтобы сбежать от меня!

— Зачем мне? — ответила она, вскинув голову. — Я тебя не боюсь!

— Нет? — усмехнулся он. Эраб слегка покраснела.

— У тебя тяжелая рука, — призналась она, — но я уже почти простила тебя за это!

Они рассмеялись вместе. Протянув костыли Айе, Люсьен подхватил Эраб на руки и понес к машине.

Прежде чем опустить девушку на сиденье, он нежно поцеловал ее в щеку, куда ударил накануне.

— Я не буду бить тебя сегодня вечером, — прошептал он. — Это обещание!

— Надеюсь! — храбро отозвалась Эраб. Ей хотелось, чтобы он не отпускал ее из своих рук — она чувствовала себя одиноко без их уютных прикосновений. — Далеко до деревни?