Подружки - Патрик Санчес

— Девять девяносто пять плюс твоя гордость, не говоря уже о моей.

— Ну, не будь такой нюней, детка. Мы ведь не золотые горы на работе получаем.

— Да, мою зарплату большой не назовешь, но я с радостью помогу тебе деньгами. Слушай, Ширли, ты ведь работаешь в ресторане. Ты что, не можешь там поесть?

— Оставь эту тему, Джина, — попросила Ширли.

— Прекрасно. — Джина махнула рукой, стараясь не сорваться и не накричать на мать. Это все равно ни к чему хорошему не приведет.

— Вот, детка, подержи-ка это. — Ширли сунула Джине пакет. — «Золофт»[20]надо принимать во время еды. Иначе потом у меня болит живот. — Она порылась в сумочке в поисках антидепрессанта.

— «Золофт»? — переспросила Джина. — У меня от него тоже живот болел. Я перешла на «Паксиль». Ты ведь тоже принимаешь «Паксиль», Линда? Он легче переносится.

— Нет, раньше принимала, а сейчас начала пить «Прозак». Тамми, девушка из нашего банка, принимает «Прозак» и говорит, что он прекрасно ей помогает, поэтому я попросила доктора выписать это средство и мне.

— Все вы не правы, девочки, — сказал Питер. — Лучше «Эффексора» не найти. Один из моих докторов… в смысле — мой доктор… прописал мне это средство несколько недель назад. Действует потрясающе.

— Мне сойдет и «Золофт». Пока, во всяком случае. — Бросив таблетку в содовую воду, Ширли начала снова наполнять пакеты. Она даже не старалась скрываться от глаз окружающих, просто открыла сумку и, продолжая разговор, отправляла туда полные «зиплоки».

— Ширли! — не выдержала Джина, сгоравшая от стыда. — Тебе еще мало? Боже, какой позор…

— Никто не смотрит, — заметил Питер. — Ты действительно считаешь, что только Ширли так делает?

Эта мысль не посещала Джину. Оглядевшись, она, к своему ужасу, увидела рядом со многими столиками огромные сумки — спортивные, пляжные, сумки для детских принадлежностей…

— Господи, да их тут целая толпа… — растерялась Джина. — Почему никто не борется с этим?

— Ширли уже сказала почему. Работая за пять баксов в час, ты стала бы париться? — лукаво спросила Линда. — Да ты бы эти сумки до дверей носила в надежде на чаевые.

— Как это грустно, — вырвалось у Джины, внезапно осознавшей, что ее дела не так уж плохи. Подумаешь, переспала со старым толстым козлом и ломает голову, где взять кавалера для встречи выпускников; зато не ворует капустный салат с винегретом в городских тошниловках.

Подавленная увиденным, Джина подумывала сходить за новой порцией содовой, когда ее внимание привлекло знакомое лицо, мелькнувшее в толпе у буфета. Через две секунды до нее дошло, что это Дэзид. Боже, в это невозможно поверить! Неужели фортуна сменила гнев на милость? Джина уже решила оставить глупую затею отыскать Дэвида с помощью выпускного альбома. Она втайне мечтала о новой случайной встрече, когда он вспомнит, как чудесно они беседовали в «Рио Гранде», и непременно спросит номер ее телефона, который, несомненно, потерял. Да, ожесточилась Джина, вот именно — потерял бумажку с телефоном, и нечего тут придумывать.

Не отрывая взгляда от мужчины своей мечты, который, положив на тарелку закуски, направился в конец зала, Джина извинилась и пошла туда же. Она справедливо рассудила, что Дэвид вернулся за свой столик. Свернув за угол, Джина увидела предмет своих грез, который сидел к ней спиной, и еле сдержалась, чтобы не припустить к нему бегом. Внезапно она застыла на месте, словно натолкнувшись на взгляд толстяка, расположившегося напротив Дэвида. Толстяк подмигнул ей…

«Ч-черт!» — мысленно воскликнула она. Сделав «налево кругом», Джина поспешила к своему месту. Хлебосольный Дэвид снова угощал обедом своего лучшего клиента.

— Кто это? — спросил Дэвид у Гриффина, заметив, как тот подмигнул кому-то. Обернувшись, он увидел быстро удаляющуюся женщину. В облике дамы было что-то неуловимо знакомое, но Дэвид никак не мог вспомнить, где он видел ее.

— Одна из этих девушек, — ответствовал Гриффин.

— Из каких таких девушек?

— Ну, помните, я говорил вам о девушках.

— Ах да. Я забыл… Сзади у нее все очень даже ничего… И как вам удалось затащить ее в постель?

— Верите ли, это не составило большого труда. Надо уловить момент, когда они уязвимы. У них бывает такой особенный вид… Ну, знаете, одинокая, немного грустная… Вы угощаете их парой стаканчиков — и не успеете глазом моргнуть, как ваш член уже у них во рту.

— Знаете, Большой Г, вы просто шедевр, — рассмеялся Дэвид.

— Никогда не сомневался в этом.

— Возвращаясь к нашим баранам, вы действительно думаете, что на этой афере можно сделать деньги?

— Деньги? — переспросил Гриффин. — Ну еще бы, черт возьми! Корабли, груженные золотом!