Агрессор - Пенелопа Дуглас

Проклятье! Это уж слишком.

Я своего добилась. Выражение лица Кейси заставило мое сердце сжаться. Я обидела ее, но надеялась, что, возмутившись и высказавшись, она все-таки прислушается к здравому смыслу. Вот только ее взгляд говорил об обратном.

После минутной паузы Кейси собрала свои вещи и взяла поднос.

– Знаешь, Джаред попросил меня сегодня сесть за его столик, и сейчас мне гораздо больше хочется оказаться в его компании, чем в твоей, – бросила она, прежде чем уйти.

Я не стала ее останавливать, потому что понимала, что она расстроилась. Сейчас я сама себе была противна.

* * *

Сколько бы я ни старалась как ни в чем не бывало болтать с Беном, у меня в голове снова и снова прокручивалась наша ссора с Кейси. Папа обычно говорил – всегда можно сказать то, что хочешь, если это будет облечено в вежливую форму.

Но черт меня дернул огрызаться подобно пятилетнему ребенку.

Я могла поступить куда рассудительней. Что там говорят о построении планов? Мои эмоции вышли из-под контроля, а Кейси, конечно, побежала плакать у Джареда на плече. Готова поспорить, он этим упивался.

Пережив уроки английского и истории государства, я зевала от усталости и сомневалась, что мне хватит энергии на тренировку и запланированный ужин с бабушкой.

– Садитесь, пожалуйста! – попросила миссис Пенли, перекрикивая шум сдвигаемых парт и хихиканье.

Мы только что закончили обсуждение заданных глав романа «Над пропастью во ржи» и расставляли свои парты по местам. Класс был воодушевлен сюжетом. Полагаю, половина моих одноклассников обрадовалась тому, что книга оказалась не про ферму, как они думали сначала, и всем понравилась идея о бунтующем подростке, который слишком много курил.

Для меня дискуссия получилась отстойной. Нам пришлось сдвинуть парты в круг, чтобы видеть каждого собеседника. Джаред мне ухмылялся, без сомнения, получив полный отчет об успехе «Операции по уничтожению дружбы Тэйт и Кейси».

От острых ощущений, переполнявших меня, хотелось кричать во все горло до тех пор, пока сила моей досады не заставит Джареда магическим образом исчезнуть.

Мне безразлично, жива ты или мертва.

И хотя я ненавидела себя за это, я вынуждена была признать: мне не безразлично, жив он или мертв. Каждый день я просыпалась и засыпала, испытывая боль от его нежелания быть рядом со мной.

Но багаж, от которого ты отказываешься избавиться, делает тебя слабее.

Бабушка была права. Даже сейчас, после того как я решила давать отпор, мое состояние не стало лучше, чем прежде.

– Внимание, класс, – объявила миссис Пенли. – Прежде чем записать домашнее задание, давайте пройдемся по базовой информации касательно ваших монологов. Не забывайте, на подготовку остается две недели. Я повешу формуляр на дверь кабинета, чтобы вы выбрали день для сдачи. Монологи можете выбрать из предложенного списка или найти другие, согласовав их со мной. Не бойтесь, я не жду от вас представлений, достойных «Оскара», – уверила она. – В конце концов у нас здесь не театр. Просто прочтите монолог и сдайте эссе на тему «Как данный монолог подкрепляет тему книги или фильма».

Миссис Пенли замолчала, когда все достали тетради, чтобы переписать задание с доски.

Притворяться, что тебе все равно – не значит отпустить.

Не пора ли тебе дать отпор?

Я хочу, чтобы твое сердце было свободно.

Тревога сжала мою грудь. Я обернулась и посмотрела на Джареда. Он поднял глаза от своей тетради, и его глаза сузились.

Я хотела ходить по школьным коридорам, зная, что за углом меня не подстерегает новый источник боли. Я хотела, чтобы он остановился. И да, признаю, хотела его узнать вновь.

Но багаж, от которого ты отказываешься избавиться, делает тебя слабее.

И прежде чем я успела себя остановить, я развернулась и подняла руку. В животе словно образовался ком, мне показалось, будто все это происходит не со мной.

– Миссис Пенли?

– Да, Тэйт? – Учительница стояла у своего стола, записывая что-то на стикерах.

– У нас осталось пять минут до конца урока. Можно я прочитаю свой монолог?

Я ощутила, как внимание всего класса сфокусировалось на мне.

– Хм, что ж, я не ожидала, что сегодня придется кого-либо оценивать. Твое эссе готово? – Миссис Пенли воткнула ручку в свой тугой пучок на затылке.

– Нет, эссе я сдам в положенный срок, но мне бы очень хотелось прочитать монолог именно сейчас. Пожалуйста.

Я наблюдала, как винтики закрутились в голове у миссис Пенли, вероятно, она сомневалась в том, что я действительно готова. Но я послала ей умоляющий взгляд, надеясь показать, что хочу поскорее с этим разделаться.

– Ладно, – вздохнула она, – если ты так уверена.

Учительница жестом пригласила меня к доске, а сама отошла в сторону, встав у стены.

Поднявшись со стула, я прошла вперед, чувствуя, как спину прожигают любопытные взгляды. И когда повернулась к одноклассникам лицом, сердце заколотилось в груди подобно отбойному молотку. Прежде чем начать, я оглядела кабинет и всех присутствующих. Если не буду смотреть на него, то смогу это сделать.

– Я люблю грозу. Гром, ливень, лужи, промокшую обувь. Когда надвигаются тучи, меня охватывает радостное предвкушение.

Просто продолжай, Тэйт. Я попыталась представить, что говорю с папой или бабушкой. Оставайся естественной.

– Все кажется красивее под дождем. Не спрашивайте меня почему. – Я пожала плечами. – Но в грозу словно открывается иной мир возможностей. Раньше, катаясь на велосипеде по опасным скользким дорогам, я ощущала себя супергероем. Или Олимпийским атлетом, преодолевающим тяжелые испытания, чтобы добраться до финиша.

Моя улыбка стала шире от воспоминаний. Воспоминаний обо мне и Джареде.

– Но даже в солнечные дни, я была тогда еще маленькой, я просыпалась с тем же ощущением трепета. Ты заставлял меня чувствовать радостное предвкушение так же, как симфония грозы. Ты был моей бурей под солнцем, громом в скучном, безоблачном небе.

– Помню, я проглатывала завтрак как можно быстрее, чтобы поскорее постучаться к тебе в дверь. Мы гуляли днями напролет, возвращались домой только поесть или поспать. Играли в прятки, лазили по деревьям, ты качал меня на качелях. Ты сделал меня своим лучшим другом, благодаря тебе я снова ощутила, что такое дом.

Я выдохнула, наконец-то расслабившись, и подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Сразу же заметила, что он пристально смотрел на меня, тяжело дыша, практически не шевелясь. Останься со мной, Джаред.

– Знаете, – я продолжала смотреть на него, – когда мне было десять лет, умерла моя мама. У нее был рак, и я потеряла ее, толком не узнав. Мир казался таким ненадежным, я была так напугана. Но с тобой все опять встало на свои места. С тобой я стала смелой и свободной. Как будто часть меня, умершая вместе с мамой, после встречи с тобой ожила, и было уже не так больно. Мне было не больно, когда рядом был ты.