Мой единственный - Хелин Вэлли

Мари, проведшая ночь рядом с кроватью сестры, устало откинулась на спинку стула.

— Следующую ночь я буду спать в комнате Люсьена, чтобы быть рядом, если ей вдруг станет хуже, — сказала она, глядя на Фернана. — А сейчас просто посижу рядом с ней.

Он только что проводил врача и стоял в дверном проеме, облокотившись о косяк.

— А мне тогда где спать? Вместе с Шарлем? — спросил Люсьен, который находился в комнате.

— Где Пушистик? — вдруг раздался слабый голос Жанны.

— Тише, деточка, — произнесла Мари, наклоняясь к сестре. — Тебе нужен покой, поэтому его на время взял к себе Люсьен.

— Не волнуйся, я обязательно позабочусь о нем, сестричка, — сказал он. — Буду кормить его и играть с ним до тех пор, пока ты не поправишься, а это произойдет очень скоро.

Фернан смотрел на тесную семейную группу, и на сердце у него становилось теплее. Ему нравилось, что они держатся друг за друга, его поразили спокойствие и самообладание, с какими Мари встретила новую неприятность.

— Дорогая, тебе совсем не обязательно спать в комнате Люсьена, — мягко произнес Фернан. Он подошел к ней, погладил по волосам и поцеловал в бледную от усталости щеку. — Я сделаю это за тебя. — Мари попыталась возразить, но муж решительно покачал головой. — А сейчас тебе нужно отдохнуть. Пойдем, я провожу тебя в комнату.

— Возвращайся скорей, — сонным голосом произнесла Жанна.

— Конечно, маленькая моя, — ответил Фернан.

Мари в полудреме лежала на кровати. Голова слегка кружилась от усталости и волнения.

Она очень испугалась за сестру и до сих пор еще не верила, что все обошлось.

В дверь осторожно постучали, затем на пороге появился Фернан. В руках он держал поднос.

— Если ты не спишь, то тогда поешь немного, — сказал он, ставя на прикроватную тумбочку тарелку с жареной телятиной, цветной капустой и зеленым горошком.

— Пахнет вкусно. — Мари вдруг поняла, что ужасно голодна. Действительно, часы в гостиной пробили три раза, а она толком еще не ела.

— И я сварил какао. — Фернан поставил на тумбочку большую белую чашку. — Это восстановит твои силы.

— Спасибо. — Мари села в постели и начала с аппетитом поглощать еду. — Послушай, — через несколько минут произнесла она, — я волнуюсь за Жанну. Может, мне лучше пойти к ней?

— Нет, — отрезал Фернан. — Я был с тобой всю ночь и знаю, насколько ты нуждаешься в отдыхе.

— Да, — протянула Мари, — но ты тоже не спал. — Доев мясо, она принялась за пахнущее шоколадом и молоком какао.

— Я же все-таки мужчина, — ласково заметил Фернан. — Перестань волноваться обо всех. Жанна мне доверяет, ты же знаешь это. Я сумею позаботиться о ней.

Теплые слова, сказанные мягким тоном, чудесным образом повлияли на Мари. Она вдруг зевнула. Прикрыв рот ладонью, девушка почувствовала, как сон смыкает ей глаза.

— Хороший знак, — удовлетворенно произнес Фернан. — Наконец-то ты выспишься.

Он собрал посуду, взял из ее рук чашку с недопитым какао и направился к двери.

— Постой, — вдруг окликнула его Мари. — Останься со мной, пока я не засну.

— Ты этого хочешь? — Его голос чуть заметно дрогнул.

— Да. — Усталость сломила гордость Мари. Ей очень захотелось, чтобы рядом был Фернан. Он так хорошо умел успокоить ее, вселить уверенность в то, что все будет замечательно.

Муж поставил поднос на тумбочку, задернул шторы, и в комнате воцарился полумрак. Потом накрыл ее одеялом и заботливо подоткнул со всех сторон, как будто она была маленькой девочкой. А после сел на кровать и ласково провел ладонью по ее волосам.

Мари чуть слышно вздохнула и пробормотала:

— Теперь меня не будут мучить кошмары.

Фернан вдруг нагнулся и невесомым поцелуем дотронулся до ее губ. Мари улыбнулась. Она чувствовала, как дремота окутывает ее теплым облаком, лечит натянутые нервы и усталое тело.

Перед тем как провалиться в сон, она ощутила на плечах руки Фернана, на щеке — его дыхание. Наконец-то я засну в объятиях моего мужа, подумала Мари и улыбнулась.

Но вскоре ее уверенность в том, что Фернан не считает их брак ошибкой, опять поколебалась.

Конечно, Мари тоже вела себя не идеально. Надвигающийся прием висел над ней дамокловым мечом, поэтому она нервничала и порой совершала поступки, которые Фернану не нравились.

Мари старалась не перетруждаться. Она чувствована, что находится под постоянным контролем со стороны мужа, и помнила условия, которые он ей поставил.

Лишь раз Мари решила поступить по-своему, и была поймана с поличным. Ей уже сняли гипс, но нога еще не совсем ее слушалась. Тем не менее, она не могла удержаться и не проведать Рыжика. И вот, прихрамывая, она направлялась в конюшню, когда дорогу ей преградил рассерженный Фернан. Он без долгих слов развернул жену в сторону дома и в сердцах обозвал идиоткой.

— Я бы предпочла, чтобы ты выбирал выражения, общаясь со мной! — огрызнулась Мари. Она бы с удовольствием вырвала руку, но сомневалась, что сможет сохранить равновесие, сделав столь резкий жест. — Мне надо было навестить Рыжика.

— С ним все в порядке, — заверил ее Фернан. — Его нормально кормят, хоть этот паршивец и бросается на каждую особь мужского пола. Только у тебя могло появиться животное с подобными привычками!

— И только ты можешь быть таким бесчувственным, — возразила Мари. Они почти дошли до дома. Девушка села на скамейку, стоящую на лужайке перед входом. Фернан встал рядом. — Пойми, Рыжику очень плохо. Никто его не прогуливает. Он стоит в деннике и, верно, думает, что хозяйка его бросила.

Фернан сдержал улыбку и ответил:

— Можно попросить работников каждое утро отгонять его на пастбище. Хотя у них и так дел по горло.

— Я бы могла… — начала Мари, но Фернан сделал предостерегающий жест рукой.

— Ты хочешь, чтобы ужин состоялся? — спросил он. — Тогда не забывай, как должна себя вести.

Мари не помнила, когда с ней в последний раз говорили подобным менторским тоном. Но она не могла встать и уйти, так как от долгой ходьбы ее нога заныла. Поэтому продолжала сидеть, пытаясь сдержать слезы обиды.

Фернан стоял к ней вполоборота и молча смотрел вдаль. Мари взглянула на его напряженную фигуру и закрыла глаза. Мысли вихрем закружились в голове. А что, если она надоела мужу? Что, если он не чает от нее избавиться?.. И что же тогда делать ей, если одни мысли об этом причиняют невыносимую боль?

Значит, я привязалась к нему настолько, что не знаю, как без него жить, поняла Мари. Безответное чувство… Это самое ужасное, что может приключиться. И ничего тут уже не поделаешь. Остается только наблюдать, как жизнь катится под откос.

Фернан повернул к ней голову. Их взгляды встретились. Внезапно его рог скривился, он вздрогнул и одним угловатым движением опустился на корточки перед Мари.