Для кого звучал Вивальди? - Кайя Кокрейн

— Я боялась, что опять ударилась головой.

— Тебе повезло, что ты вообще жива. Ты что, не смотрела под ноги, когда бежала сюда?

Раздражение в его голосе только позабавило Делию, потому что в глазах мужа читалось неподдельное сочувствие. Она отпила еще один глоток и поставила флягу на колени.

— Мне нужно многое тебе рассказать. Я никогда не была ангелом, — медленно начала Делия, беря его за руку. — Но я не лгала тебе...

— Ты думаешь, я этого не знал? — Его слова шли из самого сердца.

— Прости меня, что я так странно вела себя в последние несколько недель, — торопливо продолжала она. — Я ударилась головой, была в коме, и все это было накануне годовщины смерти Брук... Такое стечение обстоятельств просто сводило меня с ума.

— Тебе не нужно ничего объяснять.

Но Делия хотела объяснить мужу все. Он должен понять, почему она считала себя ангелом, ведь он так страдал из-за ее состояния.

— Мне кажется, я знаю, почему я думала, что у меня есть только три недели на то, чтобы убедить тебя. Три недели прошли. Сегодня ровно год, как умерла Брук.

Он кивнул.

— Стоун, прости меня, — повторила она.

Он только покачал головой. Они крепко держали друг друга за руки, и это прикосновение согревало их израненные сердца. Делия знала, что будет нелегко, но любовь поможет им пережить смерть дочери.

Они долго сидели в блаженной тишине.

— А как же ты поняла, что ты не ангел? — спросил Стоун.

Делия вздохнула.

— Я не знаю, с чего начать. Все так сложно...

— Начни сначала, — предложил Стоун. Он привлек Делию к себе, и они обнялись.

— Когда я упала, мне приснилась Брук. И она сказала, что я никогда не была у врат рая, она бы знала, если бы я побывала там. Брук сказала, что иногда мы готовы на все, лишь бы заглушить боль утраты. Я так хотела снова объединить нашу семью, чтобы мы стали единым целым...

— Но ты не смогла сделать все сама, — перебил ее муж. — Я мешал каждому твоему шагу.

— Самое ужасное, что ты не позволял мне говорить о Брук, и мне приходилось молчать и страдать в тишине. Мне нужно было рассказывать о ней, сохранить ее в памяти. А ты не хотел разговаривать о Брук, и мне казалось, что ты хочешь стереть память о ней из своего сердца.

— Прости. — На глаза Стоуна навернулись слезы. — Но мне было так тяжело вспоминать ее и говорить о ней. Я помнил только о том, что подарил ей эту лошадь...

— Стоун, ты не виноват в гибели Брук. — Делия села, оттолкнув его руки, и повернулась к нему лицом. — Брук нарушила первое правило, которому мы ее научили, — никогда не подходить к животным без взрослых. Никто не виноват в том, что с ней произошло. Это был несчастный случай.

Стоун горестно покачал головой:

— Я знаю.

— Мне показалось, ты утратил веру, — сказала Делия. — Нам нужно просто любить друг друга и Филда. Но для этого мы должны поверить в себя, дорогой, и в наше совместное будущее. Мы должны верить друг другу и самим себе.

— Когда ты успела стать такой мудрой?

— Я последнее время много общалась с ангелами, — усмехнулась она. — Неважно, что ангелы существовали лишь в моем воображении.

По лицу Стоуна пробежала тень: он вспомнил странное видение.

— Знаешь, я тоже видел ангела, когда искал эту пещеру. Было очень темно, дул сильный ветер, а дождь лил как из ведра, и может быть, мне все померещилось. Но я видел Брук. Она привела меня к тебе.

— У нее был венок на голове? — быстро спросила Делия.

Стоун кивнул:

— Из розовых и белых цветов.

Делия вдруг почувствовала прилив радости.

— Стоун, ты думаешь, так бывает?

— Наверное, Брук дала нам еще один шанс. — Он поцеловал ее и прошептал: — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Очень-очень люблю. — Делия была абсолютно счастлива.

Они долго сидели в пещере, ожидая конца урагана, и Делия поняла, что у нее есть свой собственный рай на земле.

Рай на земле Тайлеров.