Наследство Найтингейлов - Кэтрин Коултер

— Голова болит, кажется, вот-вот взорвется.

— Очень жаль, что не успел помешать Ффолксу ударить вас пистолетом по голове. Я едва не умер от страха, когда вы снова потеряли сознание в коттедже. Кто же мог ожидать такого? С этого дня только по одному обмороку на каждый удар, договорились? Но зато теперь вы снова очнулись и даже совсем неплохо выглядите. Вы всегда так быстро приходите в себя?

— Надеюсь, что да, иначе я состарюсь раньше времени. Девушка явно была смущена своей слабостью, и Норт, поняв это, рассмеялся:

— Не будьте дурочкой, Кэролайн. Я сам, возможно, потерял бы сознание, правда, всего лишь однажды. Среди мужчин просто не принято падать в обморок второй раз, хотя бы из уважения к чувствам дам.

Но он мгновенно стал серьезным при звуках мягкого нежного голоса:

— Вы спасли меня. Спасибо, Норт.

Лорд Чилтон ничего не ответил, только осторожно потрогал шишку над ее левым виском. Девушка старалась не стонать, но ей это не удавалось.

— Тс-с-с, не бойтесь, все в порядке. А теперь я собираюсь поднять вас на Тритопа и отвезти домой. По правде говоря, если бы не вмешательство Оуэна, нам бы плохо пришлось. А мистера Ффолкса мы отправим в Маунт Хок под присмотр моих устрашающих слуг — уж они-то смогут любого запугать. Пусть ваш бывший опекун немного погостит у нас, пока я не решу, что с ним делать. Конечно, они терпеть не могут женщин, но таких негодяев просто не выносят. Хотя и не уверен, посчитают ли они мистера Ффолкса негодяем, поскольку тот всего-навсего пытался избавить округу от некоей Молодой Особы Женского Пола.

— Придумайте какое-нибудь другое преступление, и тогда, может быть, мистер Полгрейн подсыплет ему яда в суп.

— Идея, по-моему, не так уж плоха. Вероятно, горничная Тимми захочет навестить его среди ночи, как вас, и напугает до полусмерти.

— Или Триджигл попросту поместит его в овчарню вместе с гончими — пусть живет там.

Норт рассмеялся и крепче прижал ее к себе, как только оба оказались на спине Тритопа.

— Лежите спокойно. Скоро будем дома. Доктор Трит должен уже ждать нас.

Но боль рвала виски с такой силой, что Кэролайн ничего не смогла ответить, только припала к его груди и закрыла глаза. Он сказал “домой”. Как восхитительно это звучит!

* * *

Оуэн сидел в библиотеке Маунт Хок, пил бренди и гадал, куда Триджигл, Полгрейн и Кум заперли его отца. Возможно, в какую-нибудь холодную, сырую, гнусную дыру, где темно и бегают крысы. Оуэн тяжело вздохнул. Он чувствовал, как угнетен и несчастен, и не знал, чем все это кончится. Что будет с ним и с отцом?

Молодой человек выпил еще стаканчик бренди. В этот момент жизнь отнюдь не казалась ему светлой. Что уж говорить об отце? Кум, стоя в дверях, несколько мгновений присматривался к бедняге и наконец счел нужным утешить его:

— Не расстраивайтесь, сэр! Лорд Чилтон позаботится о том, чтобы все было сделано, как надо. Его милость обязан вам, а он всегда платит долги сполна. Он Найтингейл, а мужчины из рода Найтингейлов всегда благородны, хотя в них нет ни капли мягкости. Нет, сэр, они поистине стойки и мужественны. И, как я уже сказал, всегда платят долги, особенно если это долг чести. Таковы были и дед, и отец его милости. Правда, иногда речь шла и о других долгах — карточных, но не все ли равно! Ведь их давно уже нет на свете.

— И вправду, кому до этого дело, — вздохнул про себя Оуэн, глядя на Кума и снова поднося к губам бокал с бренди. Проклятия отца все еще звенели в мозгу: “Неблагодарный, жалкая тварь, ничтожество, лишенное наследства!” Было еще много других, но, слава Богу, Оуэн их не запомнил. Покачав головой, он снова вздохнул:

— Не знаю. Кум. Не вижу, как выпутаться из всего этого ужаса.

— Доверьтесь милорду, сэр.

— Можно подумать, у меня есть выбор.

— Никакого, сэр. Однако нынешний лорд, несмотря на отсутствие правильного воспитания под присмотром мужчин этого дома, верно понимает свой долг и выполняет его с достаточным умением.

— — Какой долг? — удивился Оуэн, но Кум лишь покачал головой и многозначительно усмехнулся.

Наверху, в Розовой Овальной комнате, доктор Трит коснулся шишки так осторожно, так умело, что девушка почти ничего не почувствовала. Кивнув своей сестре Бесс, он взглянул на Норта:

— Сотрясение мозга, милорд. Пока не стоит давать опий. Наоборот, старайтесь, чтобы она не спала. Ну, Кэролайн, сколько пальцев вы видите?

— Вы шевелите тремя пальцами, доктор Трит, а Норт выглядит, как грозовое облако. Кроме того, я еще не потеряла способности мыслить, так что со мной можно даже разговаривать.

— Его милость, кажется, немного расстроен, Кэролайн, поэтому, пожалуй, лучше, если я побеседую с ним, пока он вновь не придет в себя. Вы чертовски перепугали его, когда вас вырвало.

— Знаю и очень сожалею. Скорее всего, меня укачало на лошади. Я хотела попросить вас остановиться, но не успела. Я испортила ваши сапоги, Норт?

— Нет, все пролилось на землю. Старайтесь не шевелиться. Хотите ячменной воды?

— О да, если можно.

Если доктор Трит и подумал, что виконт необычайно нежен с молодой леди, то не подал виду. Ни один Чилтон — на памяти здешних старейшин — никогда не был нежен ни с одной молодой леди, ни сейчас, ни в прошлом. Нет, мужчины Найтингейлов были совершенно особыми созданиями. Доктор вспомнил об отце нынешнего виконта и вздрогнул. Иисусе, все это так необычно! Заметив, как ее ресницы, затрепетав, опустились, доктор резко воскликнул:

— Кэролайн, проснитесь! Мне очень жаль, дитя мое, но вы должны бороться со сном. Сколько пальцев я поднял?

— Пять. Я очень устала, доктор Трит. И я не ребенок. Мне уже девятнадцать, и наследство теперь мое, если только мистер Ффолкс согласится. Если же он будет продолжать настаивать, что хочет жениться на мне и отобрать деньги, тогда придется его застрелить.., хотя очень не хотелось бы. Не желаю быть повешенной, по крайней мере если уж умирать, то не такой смертью.

— Восхитительно, — кивнул Норт. — Я присмотрю, чтобы она не спала. Вы останетесь на ночь, сэр?

— Не могу, милорд. Миссис Требогтан сегодня рожает. Нелегко ей придется. Я должен быть с ней. Если что-то случится, пошлите кого-нибудь за мной.

Появившийся на пороге Триджигл откашлялся:

— Милорд!

— Да, в чем дело?

— Явился некий парень самого зверского вида и требует какие-то гинеи.