Раса - Даниэль Зеа Рэй

Елена привела меня в просторную гостевую.

— Это наша комната на сегодня. Так у них принято.

— Ты раньше бывала здесь?

— Да, неоднократно. Странно, обычно с возрастом люди забывают о событиях из детства. А я сейчас все так четко представляю себе. Как будто только вчера мне исполнилось десять.

— Что вы там говорили про импринтинг?

— А, это великое слово, которое придумали для себя сверхновые.

— Импринтинга не существует?

— Нет, у людей его нет. Ты ведь человек, ты помнишь?

— Да, — улыбнулся я, — я даже рад этому.

— Так вот, импринтинг у людей — это и есть любовь. Кому- то в жизни везет, и, повстречав свою половинку, люди живут долго и счастливо. А у других так не выходит. Но нам повезло. И мы любим друг друга. Хотя слово "импринтинг" мне очень нравится, но оно больше говорит об инстинктах, а не о духовных переживаниях.

— Значит, ты полюбила меня еще тогда, в парке университета?

— Да. Ты был таким манящим! Мне так нравился твой аромат, а твои глаза просто сводили меня с ума. И тогда, в спортзале, я пребывала в состоянии оцепенения. Это сердцебиение, недостаток воздуха, эта дрожь по всему телу — все от того, что ты просто прикасался ко мне.

— Со мной происходило то же самое. И мне было страшно, потому что я так сильно стал тебя желать.

Елена улыбнулась.

— Ну, вот! Ты уже улыбаешься. Хороший знак, любимый. Ты не обидишься, если о своих воспоминаниях я тебе сейчас рассказывать не буду.

— Но почему?

— Я не хочу расстраивать тебя сейчас, да и себя тоже. Потом все расскажу, когда буду готова. Ты подождешь?

— Конечно, любимая, я подожду, — ответил я.

Мне не составило труда согласиться с ней, ведь ее желания были для меня чем-то святым. Кроме того, я и сам полагал, что не готов услышать все о тех ужасах, первопричиной которых был мой прадед и его корпорация.

Остаток дня мы провели в разговорах. Как обезопасить наши семьи, где жить, работать, растить ребенка. В тот момент, все эти проблемы казались такими значительными, а окончательного решения мы найти не могли. Остановились на том, что будем действовать по обстоятельствам.

Мы хорошо выспались той ночью, и утром за нами снова зашли. В той же комнате нас опять ждал Инзо.

— Учитель, доброе утро! — Елена подошла к нему и обняла.

— Доброе! Как вам спалось?

— Отлично, спасибо, — вступил в разговор я.

— Учитель, что вы решили?

— Совет пришел к выводу, что стоит дать тебе шанс, Лайо. Если ты и твой отец все сделаете так, как надо — мы, со своей стороны, никаких шагов предпринимать не будем. Все останется в тайне. Если же у вас ничего не получится — через неделю первоначальный план претворят в жизнь.

— Вы поможете нам? — спросил я.

— Конечно! Вот ваши новые документы.

Он протянул нам две пластиковых карточки.

— Вы можете проходить сканирование как здесь, так и на Земле.

Я не стал спрашивать, как им это удалось.

— Инзо, а документы для наших родных?

— Вам передадут их на Земле. Ты должен будешь встретиться со своим отцом, причем так, чтобы тебя не засекли. Сообщить ему ваш план и передать вирус. Остальное — наше дело. После этого, вы покините Землю. Анну Маден мы перевезем сами. На Ории вы встретитесь с Джошуа и Гарриет Маден, и вместе поедете вот на этот остров, — он передал нам карту. — Когда все будет кончено, вы сможете со своими родными вернуться на Землю, однако семей Эсте и Маден больше никогда не будет существовать.

— Понятно. Спасибо за все, Инзо. Мы еще встретимся? — спросил я.

— Возможно, Лайо.

— Учитель, спасибо за все, что вы сделали для наших семей. Я вас очень люблю.

— И я тебя люблю, девочка моя. Будь счастлива.

Мы попрощались и сразу же отправились в Межгалактический аэропорт. Инзо постарался с документами, и наши имена остались прежними. Новой была только фамилия Вернхорн.

Елена даже пошутила:

— Лайо, что-то я свадьбу пропустила.

— Ничего, потом повторим, — засмеялся я.

По прибытию на Землю, нас встретили двое молодых людей. Они передали нам документы, жесткий диск с вирусом, ключи от машины и билеты на сегодняшний рейс на Орию. Всю дорогу я обдумывал, что скажу отцу и как с ним вообще увижусь. Теперь в моей голове созрел четкий план.

Елена остановила машину на одной из городских парковок возле папиного любимого ресторанчика. Оставалось только молиться, чтобы он сегодня не изменил привычке обедать здесь. И Бог услышал наши молитвы. Отец приехал ровно в час. Пока он обедал, я забрался на заднее сидение его автомобиля. У меня оставалось буквально пятнадцать минут на разговор с ним, пока он не подъедет к другой парковке, где меня заберет Елена. И вот, отец вернулся в машину.

— Папа, не оборачивайся! Это я, Лайо.