Бархатная ночь - Джо Гудмэн

— Почему Рис уехал? Ты что-нибудь слышал об этом?

— Ни слова, миледи. — Адамс поскреб рукой подбородок. — Он даже не взял свои вещи. Оставил и коляску. Никогда еще не видел его в такой спешке.

— Спасибо, Дональд, — крикнула Кенна через плечо, быстро выходя из конюшни. Теперь не имело смысла делать вид, что она бесцельно гуляет, поэтому Кенна отправилась прямиком в дом. Хендерсон встретил ее словами: «Они ждут вас в кабинете, миледи», и Кенна, глубоко вздохнув, скрылась за дверьми.

— Где ты была? — потребовал ответа Ник, игнорируя умоляющий взгляд Викторины.

Кенна села на софу рядом с мачехой.

— Я каталась верхом, Ник. Иначе погибла бы от скуки.

— Я дал строжайший приказ никуда тебя не выпускать. Ты что, собираешься постоянно искушать судьбу?

Кенна нахмурилась:

— Что ты имеешь в виду? Уверяю тебя, я прекрасно себя чувствую.

Ник тихо выругался и посмотрел на Викторину, словно ища поддержки. Он чуть было не проговорился о подозрениях Риса, хотя дал ему слово молчать.

— Твоего брата, естественно, волнует то, что ты отправилась кататься в одиночку, — мягко пожурила ее Викторина. — Вдруг ты упала бы в обморок?

— Этого не случилось, и я не искушала судьбу. Ты преувеличиваешь, Ник, — спокойно возразила Кенна. — Скажите мне, почему уехал Рис? Наверно, он зашел ко мне попрощаться и обнаружил, что птичка улетела?

— Это я пришел к тебе сказать, что он уехал, — поправил ее Ник. — И это именно я заметил, что ты сбежала.

Кенна подавила разочарование, отказываясь признать, что обиделась из-за того, что Рис не зашел лично попрощаться с ней.

— Почему он покинул Даннелли? Адамс сказал что-то о том, что приехал его слуга. Я и не знала, что Пауэлл куда-то уезжал.

— И я тоже, — сказал Ник, усаживаясь за стол. — Рис, очевидно, отослал его в Лондон по какому-то делу. Он вернулся сегодня утром и сообщил, что произошел несчастный случай с отцом и братом Риса.

Кенна порывисто прижала руки к щекам:

— Что случилось? Когда? Они серьезно ранены? — Воцарившееся молчание само по себе было ответом. — Боже мой! Они погибли?

— Ричард, — сказала Викторина. — А отец Риса все еще цеплялся за жизнь, когда Пауэлл покидал Лондон. Рис боялся, что не застанет его в живых, но все равно решил поехать.

Хотя Кенна знала, что между Роландом Каннингом и его младшим сыном нет любви, она могла представить себе горе Риса.

— Разумеется, он должен был это сделать, — сказала она. — Что случилось, Ник?

— Роланд остановился в городском доме герцогини. Ночью там начался пожар, который охватил еще три дома. Погибло шесть человек. У Ричарда не было шанса спастись. Говорят, что огонь занялся в его комнате. Роланд был уже сильно обожжен, когда под ним обрушилась лестница. Он помогал выводить слуг.

— Бедный Роланд! Кажется странным, что он пострадал, помогая другим. Я всегда считала его таким черствым.

— Да, но это верно только в отношении Риса, — сказал Ник. — После смерти жены всем для него стал Ричард. Рис же занимал пятое место после политики, бизнеса и остального человечества.

— Это так грустно, — тихо сказала Кенна. — Простите меня, но я должна вернуться к себе в комнату.

— И остаться там, — добавила Викторина.

— Да, конечно.

Мысли Кенны были только о Рисе. Как он, наверное, переживает, хотя и не любил отца. Кроме того, он потерял брата! Как больно!

— Дженет! — вскрикнула Кенна, когда, выйдя на секунду из оцепенения, внезапно заметила в спальне горничную. — Что ты тут делаешь?

— Меня попросили передать вам это. — Дженет протянула ей конверт.

— От Ника? Я только что видела его, и он мне ничего не сказал.

— Нет. От мистера Каннинга. О дорогая миледи! Какая трагедия! Думаю, теперь он уедет в Бостон.

Кенна взяла письмо, слишком расстроенная, чтобы подивиться тому, как быстро в Даннелли распространяются новости. Рис еще не достиг Лондона, а в разговорах слуг он уже стал владельцем судоходной компании. Перевернув конверт, Кенна увидела, что печать сломана.

— Его открывали

— Он дал мне его таким, — сказала Дженет. Кенна развернула письмо и обнаружила, что оно не от Риса, а от Ивонны. Она быстро посмотрела на дату отправки.

— Тебе его дал Рис? — спросила она Дженет.

— Да, миледи. Перед тем как уехать.

— Ивонна написала в тот же день, когда получила мое письмо! Оно должно было прийти несколько недель назад. Он не имел права задерживать мою корреспонденцию! И читать ее! Ну и наглость! Как оно вообще оказалось у него?

— Я выяснила у Хендерсона, миледи, что письмо пришло в тот день, когда вы заболели. Он собирался сам отнести его вам, но мистер Каннинг, который случайно оказался рядом, предложил свои услуги. Я хотела рассказать вам об этом, когда вы вернетесь с прогулки, но мистер Каннинг отдал мне письмо. Он сказал, что теперь, в его отсутствие, вам стоит принять приглашение леди Паркер.

— Это все, что он сказал?

— Мистер Каннинг был очень настойчив. Дважды повторил это, будто я такая забывчивая, — обиженно надулась Дженет. — «Передай своей хозяйке, — так он сказал, — чтобы она приняла приглашение сводной сестры погостить в Черри-Хилле». Вот его точные слова. Повторил их дважды, как я вам и говорила.

Кенна подумала, что Рис очень странная личность. Ей незачем ехать к Ивонне теперь, когда он покинул Даннелли. Что за невероятное нахальство решать все за нее, словно она пустоголовая девчонка.

— Я хотела бы побыть одна, Дженет. — Служанка помедлила, и Кенна быстро добавила: — Не волнуйся. Я никуда не денусь. Ник был вне себя от ярости, что я вышла из дома, так что сейчас я выполню его приказ оставаться в спальне. — Ей показалось, что она услышала вздох облегчения.

Кенна принялась за письмо, наслаждаясь полным юмора описанием жизни в Черри-Хилле. Приглашение погостить было запрятано между рассказами о том, как старший мальчик спас воробьиное гнездо от неминуемой гибели в камине и как его младшая сестра зажгла огонь, когда он залез в каминную трубу. Младенец, слава Богу, еще слишком мал, чтобы участвовать в этих проделках, но и у него есть достойная сожаления привычка дергать ручкой за край тарелки с овсяной кашей, когда ту ставят перед ним. Кенне все это казалось восхитительным, и она призналась себе самой, что очень глупо не ехать только потому, что Рис одобрил ее затею.

Кенна сложила письмо и засунула его в ящик стола, где хранилась вся ее корреспонденция. Немного подумав, она быстро набросала коротенькое послание Ивонне, напоминая ей, чтобы она умыла детей, потому что их любимая тетя уже выехала.

Кенна и не думала, что мачеха может быть против поездки. Ник поддержал Кенну, но Викторина тут же заговорила о состоянии ее здоровья, о том, что ей предстоит еще отвечать на вопросы по поводу смерти Тома, и о разумности путешествий в зимнее время. В конце концов Ник буквально топнул ногой и сказал Викторине, что ее страхи излишни, Кенна вполне взрослая и способна выдержать трудности поездки в Черри-Хилл. Что касается смерти старого Тома, то, ежели слугам закона надо будет спросить ее еще о чем-то, они могут это сделать и в поместье леди Паркер. Кенна же не на континент собралась.