Свадьба по гороскопу - Алина Кускова

Хорошенькое дело, одна побежала затариваться, чтобы провести его соблазнение по полной программе, а он ждет другую. Или он решил начать с первой, так сказать, попавшейся. Быть первой попавшейся Алине очень не хотелось, и она ему не поверила. Но в квартиру все-таки пустила, не выть же ему в подъезде. Тельцы, они такие настырные, постоянно лезут напролом.

– Раздевайся! – скомандовала Алина, когда они прошли в комнату, и отправилась на кухню за йодом и пластырем. Больше в ее аптечном арсенале ничего не было.

Вернувшись назад, она обнаружила Тимофея, стоящего посреди комнаты в одних трусах.

– Ты что?! – возмутилась она, – зачем разделся? Нужно было снять только носки.

– Сама мне сказала «раздевайся!», а теперь упрекает, зачем разделся. Если передумала, так и скажи. Не хочешь со мной связываться, так и не надо.

– Я собиралась тебе лечить ногу, – Алина показала на йод, – только и всего. К тому же я не хочу быть третьей лишней в ваших с Машей отношениях. В отличие от нее у меня есть чувство собственного достоинства, я не клеюсь к чужим мужьям и женихам!

– Она снова куда-то влезла? – участливо поинтересовался Тимофей и сел на диван.

– Ладно, – махнула рукой Алина, – что было, то сплыло. Давай ногу.

Шпилька сделала свое дело по обороне хрупкого женского тела. След от нее покраснел, набух и был готов вот-вот истечь кровью. Алина прикинула, сколько времени у нее займет беготня до ближайшей аптеки за бинтами и что делать, если Тимофей истечет кровью. Если она поместит еще одного раненого мужика в больницу, дело запахнет следствием. На нее повесят все нераскрытые разбойные нападения на лиц сильного пола в районе. Двое раненых мужиков – это уже слишком. Нужно отправить Тимофея к Маше, пусть его в больницу сдает соседка.

– Небольшая царапина, – она смело прижгла йодом рану, – не о чем беспокоиться. Одевайся и ступай к Маше, она тебя давно ждет.

Тимофей взвыл то ли от боли, то ли от предложенного визита. Но идти никуда не пришлось. Маша, не обнаружив у себя под дверью упертого в таких случаях жениха, решила заглянуть к соседке. Она почувствовала что-то неладное – слишком шумно кто-то реагировал за стенкой на непонятную возню. Звуки были настолько исступленными и страстными, что это могло быть либо тем, о чем она подумала, либо ампутацией головы. Так как последнюю собирались делать, хотя и сегодня вечером, но все же в больнице, то оставалось первое.

Дверь оказалась незапертой. Ее соседка постоянно что-то забывала, то ключи, то сами двери. Маша тихо вошла, дошла до комнаты и заглянула внутрь. Точно! На диване Алина соблазняла Тимофея. Мало того, что тот был совершенно раздет, он еще стонал! В комнате воняло какими-то благовониями, похожими по запаху на йодированную соль.

– Подлец и негодяй! – заключила Маша и добавила, обращаясь к Алине: – И ты тоже хороша! Не успела я за порог, как ты тянешь его в постель! Это месть за Макара? Забирай его себе. Мне чужого не нужно.

Она замолчала, из глаз брызнули слезы, рыдания перекрыли доступ кислорода к горлу, и она стала хватать воздух, как рыба, вытащенная на сушу. Но в таком виде Машка была похожа не на зубастую акулу, а на несчастную камбалу, перевернутую на другой бок.

– Тихо! – скомандовала Алина. – Всем молчать.

Машка поубавила пыл от неожиданности, Тимофей перестал стонать.

– Сейчас сядем на кухне и во всем разберемся. Мне этот треугольник за сегодняшний день уже порядком надоел.

Маша утвердительно мотнула головой, Тимофей промычал что-то невнятное, но остался. Телец он и есть Телец, как упрется, не сдвинешь. Пусть теперь упирается своими рогами в Машку, благодаря которой они и появились.

Через минуту они сидели на кухне и спорили.

На балконе второго этажа «гуляла» Вера Семеновна и радовалась, что пока еще нравится мужчинам. Молодой человек провел у нее два часа! Возможно, просто на улице было холодно, а в подъезде стоять неудобно. Но факт налицо – он выпил у нее весь чайник.