Страсть по-флорентийски - Мишель Рид

Наконец схватка немного ослабла. Шеннон повернула голову и посмотрела на Луку. В ее глазах плескался ужас.

– Это то же самое, – прошептала она слабым голосом, и Лука понял, что она говорит о Кейре.

– Ничего подобного, – серьезно сказал он. Просто роды у тебя начались на несколько недель раньше срока, вот и все. Зачем ты все время пугаешь себя?

– Фредо гнал машину, как маньяк, скрывающийся с места преступления. И все-таки в окрестностях Фиезоле они попали в пробку. Фредо без устали жал на сигнал, но результата так и не добился.

Неожиданно возле них появился полицейский.

Фредо в двух словах объяснил ему обстановку, парень бросил взгляд на заднее сиденье и через секунду уже мчался впереди них, расчищая им дорогу Они подъехали к входу в больницу, где их уже поджидали две медсестры. Как только Лука вышел из машины со своей ношей на руках, они подкатили кресло-каталку, в которую Лука с великой осторожностью усадил Шеннон, уговорив ее не бояться и пообещав быть рядом.

Что последовало дальше, происходило как в тумане: распахивающиеся двери, медики, задающие ему вопросы, на которые он пытался отвечать, преодолевая желание оторвать им всем головы. Когда Шеннон переложили на кушетку, она с силой схватила его руку и не собиралась ее отпускать.

В итоге кто-то нашел ему стул и предложил сесть. Лука сел, наклонился поближе к Шеннон и свободной рукой обнял ее за голову, словно пытался защитить от всего того, что творилось вокруг.

– Все будет в порядке, – горячо шептал он прямо ей в ухо. – В тридцать пять недель рождаются очень здоровые детишки.

Шеннон кивнула.

– И Роза живое тому доказательство.

Он тоже кивнул, вглядываясь в ее бледное, залитое потом лицо и с трудом отгоняя от себя мысли о том, через какие мучения прошла Кейра до того, как появилась Роза.

Все произошло так быстро, что даже врачи запаниковали от того, с какой скоростью появился ребенок. Рождение малыша захватило всех врасплох.

– У вас сын, – объявил доктор. – Не пугайтесь, что не слышите его крика. В нашей больнице отличный персонал, так что новорожденный находится в надежных руках. Через несколько секунд все будет в порядке.

Казалось, за это недолгое время вся жизнь пробежала у Луки перед глазами. Он считал эти секунды, и каждая отдавалась гулким ударом в его сердце. Шеннон лежала неподвижно, но Лука знал, что и она напряженно прислушивается. Все вокруг спокойно делали свое дело, словно для них не было ничего необычного в том, чтобы принимать роды на пять недель раньше срока, да еще у женщины, в истории семьи которой случались преждевременные роды с трагическим исходом…

И наконец он раздался, этот первый слабый писк, не оставивший никого равнодушным. Шеннон вздохнула от облегчения, а Лука закрыл глаза, стараясь снова обрести контроль над собой.

Затем он услышал еще один крик… и еще один, уже намного громче.

– Да у вас самый настоящий боец, – заметил кто-то. – У этого маленького человечка все будет отлично…

Лука метался по коридору возле палаты Шеннон и пытался осознать то чудо, свидетелем которого только что стал. На какие же муки идут женщины ради рождения детей!

Из палаты Шеннон вышла медсестра.

– Теперь вы можете войти, – сообщила она, улыбаясь новоиспеченному отцу.

Лука как пуля влетел в комнату и увидел Шеннон, откинувшуюся на подушки. Она выглядела такой спокойной и безмятежной и была настолько красивой, что он больше не колебался. Отбросив все сомнения, Лука присел на кровать и посмотрел прямо в ее голубые глаза.

– Я люблю тебя, – сказал он и нежно поцеловал Шеннон. – Хочу, чтобы ты услышала мое признание до того, как мы продолжим разговор, объяснил Лука, едва оторвался от ее губ. – Мне следовало сказать это еще несколько месяцев назад, но я думал, что ты не пожелаешь меня слушать…

Медленно подняв руку, Шеннон на секунду прикрыла пальцами его рот и ласково улыбнулась.

– Повтори, – мягко попросила она.

Лука напряженно вздохнул и схватил ее за запястья. Страсть пылала в его темных глазах.

– Я люблю тебя, дорогая, и любил тебя всегда… всегда. – Он поцеловал кончики пальцев Шеннон и заметил, как ее глаза увлажнились от счастья. – Ты моя жизнь… моя душа… моя душа.

Шеннон не смогла сдержать смех.

– Тебе не нужно повторять все дважды.

– Нет, нужно, – настаивал Лука. – Я слишком долго молчал, а должен был каждый день повторять, как много ты для меня значишь.

– Я тоже никогда не говорила тебе эти слова, вздохнула она.

– Тебе и не нужно ничего говорить. Ты вышла за меня замуж, не доверяя мне, и этого достаточно.

– Но и ты женился на мне, искренне веря в мою виновность, – возразила Шеннон. – Наверное, теперь я тоже должна признаться тебе в своих чувствах, да?

– Конечно! – воскликнул Лука, с надеждой глядя на нее. – Какой же мужчина обнажит свое сердце, не ожидая, что его избранница сделает для него то же самое?

– Глупенький, – мягко засмеялась Шеннон и, освободив свои пальцы, обняла его за шею. – Я люблю тебя, Лука, – прошептала она. – И всегда буду любить… даже несмотря на то, что ты самый настоящий плут. Решил, будто сегодня отличный день, чтобы сказать мне о своей любви, поскольку я подарила тебе красивого сына и ты настолько переполнен любовью и гордостью, что даже не знаешь, что с этим делать.

– Ну… наверное, ты права. – Лука лениво улыбнулся, но сразу же снова стал серьезным. Больше ты никогда не будешь рожать, – хрипло объявил он. – То, через что женщина в наше время должна пройти, чтобы родить, – это варварство.

– Ерунда, просто все произошло слишком быстро, – улыбнулась Шеннон, затем вдруг нахмурилась. – Почему ты так на меня смотришь? Я выглядела ужасно, когда рожала, не так ли?

– Ты была изумительной! – Лука обхватил ладонями ее лицо и снова поцеловал, на этот раз страстно. – Ты была сильной и храброй, а я потерял самообладание и ничем не мог помочь. Я…

– Ты держал мои руки и всячески поддерживал меня, – мягко напомнила ему Шеннон. -Это ты делал меня сильной, Лука.

– Тем не менее мы никогда это не повторим, настаивал он. – Я женился на тебе, чтобы любить и заботиться, но не заставлять тебя страдать!

– Ради ребенка можно пойти на любые страдания. Лука, где наш сын? – неожиданно заволновалась она. – Когда врачи его забирали, они пообещали вернуться через несколько минут. А прошло уже…

– Успокойся. Ребенок в надежных руках. – Лука нежно погладил ее по щеке и усмехнулся. – Он с моей мамой.

От удивления у Шеннон округлились глаза.

– Твоя мама здесь?

– София и Рената тоже, – кивнул Лука. – Двадцать минут назад они пытались разобраться, на кого он похож – на ирландца или на флорентийца.