Стриптиз для профессора - Анна Леманн

Я был прав, когда думал, что моя девочка окружена мужским вниманием, только ошибся родом этого внимания. Для них всех она была ранимой, хрупкой малышкой. Они любили ее.

Наконец я понял, что связывают Машу со всеми этими мужчинами. Родство. Хоть ревновать ее я не перестал, но стало легче.

Моя маленькая бедная девочка так и не рассказала мне всей истории, я и не настаивал, а свернувшись клубочком у меня под боком, долго плакала, а потом уснула, все также прижимаясь ко мне.

Я эгоист, но сейчас я радовался.

Она сказала, что любит меня.

И я верю ей…

Почему то после сегодняшнего я уверен, что Маша всегда честна в своих словах. Сказать «люблю» для нее значит многое, как и для меня.

Сегодня был сумасшедший день. Впервые в жизни мне было больно. Настолько сильно, что это не сравнится даже с болью, которой раньше причиняли словами Маши. И даже с той болью, когда меня бросила Вика. Намного больнее для меня оказалась вид боли в глазах любимой девочки.

Если она когда-нибудь спросит меня совета относительно Нинель, я отвечу, что предательство нельзя простить. Его можно закопать глубоко внутри, но рано или поздно обида всплывет. Обидел раз, обидит и два. На месте Маши я бы не простил женщину, что бросила.

Но надеюсь, она меня не послушает и никогда не спросит.

Меня тоже предали. Бывшая жена, но это несравнимо с предательством матери. Это разные случай, разные последствия и тут возможно прощением.

- Спит? – спросил шепотом Царь и вошел в комнату, прикрыв дверь за собой. В комнате горел ночник, что позволило разглядеть мужчину. Он уже был переодет в домашнее.

- Да. – сказал я и погладил ее по голове.

- А ты чего не ложишься? – спросил он и сел на кровать.

- Боюсь, что она встанет, а я не замечу. – отвечаю, улыбнувшись краем губ.

- Не бойся. – отвечает Царь и гладит Машу по икре – У нее крепкий сон с детства.

Странно сидеть тут и обсуждать Машу с тем, кто спал с моей бывшей женой.

Все-таки жизнь странная штука и неизвестно, что произойдет завтра.

- Знаешь, я часто смотрел на Машу и думал, что ее сложно будет иметь отношения с мужчинами. Ты же понимаешь, что в вашей паре командовать будет она? – спрашивает и тихо смеется.

- Понимаю! – отвечаю я и улыбаюсь. – Но эту проблему я решу. У меня есть некоторые рычаги давления.

Например, я знаю, что она не кричит, когда целует меня.

Не может думать, когда я ее щекочу.

И согласна на все ради огурчиков.

- Ошибаешься! – отвечает Царь – Их нет ни у кого.

- А у её отца?

- Тут сложнее. Маша всю жизнь пытается угодить ему. Показать себя сильной. – он грустно поглядывает на Манюню – Но она никогда не уступит ему. Будет идти до конца.

- Они часто сорятся?

- Нет. Никогда. Чаще всего у них одно мнение на двоих. Сережа доверяет Маше и лишь, поэтому не стал настаивать на разрыве ваших отношении. Но тут еще и твоя жена сыграла нам на руку.

- Вика? – спрашиваю я удивленно.

Вот уж не ожидал?

И что хвалила?

Странно!

Думаю, а меня тут с грязью смешала.

- Да. Я в тот же день выяснил причину ее ссоры с Машей. В итоге ей пришлось поведать мне вашу историю, слегка приукрашенную конечно, но довольно занимательную. Знаешь, почему Маша, выбрала тебя?

- Почему?

- Вы похожи с ее отцом. У вас обоих были отношения со шлюхами и каждый из вас их ненавидит, но любит.

- Я люблю Машу. – перебиваю я.

- Верю. Но я не об этом. Я о том, что любил. – он впивает в меня серьезный взгляд – Ты мог стать хорошим хоккеистом, но из-за шлюхи потерял все. Также и с моим братом. Он мог стать отличным командиром, если бы не его женушка…

- Вика не виновата в том, что я не стал хоккеистом. – почему-то защищаю жену.

- Правда? – усмехается он – Не она ли была за рулем в том день, когда случилась авария? Не из-за нее у тебя проблемы с ногой?

У нас с Викой в тот день была годовщина отношений, и мы пошли в ресторан. Я не пил, потому что с утра у меня была тренировка по хоккею, а так же, потому что был за рулем. Но Вика себе не отказывала. А потом каким-то образом уговорила меня, чтоб она села за руль. До дому мы так и не доехали. Попали в аварию, к счастью, без летального исхода, но на хоккее мне пришлось поставить крест.

Я сам виноват в этом, потому что доверил ей руль. Поэтому вины Вики тут нет.

- Это уже неважно. Я стал тем, кем являюсь.

- Маша любит тебя. Поэтому не подведи ее. Она заслуживает любви, что не смогли ей дать родители. Я пытался, но я ей всего лишь дядя. – печально произносит Царь и потянувшись гладить Машу по голове. Нежно и аккуратно.

- Я позабочусь о ней. – обещаю ему и целую Машу в лоб, отчего она морщится.

Мария

Утром просыпаюсь от стука в дверь. Открываю глаза и оказываюсь нос в нос с Тимусенком.

Может укусить?

Хотя, нет!

Зачем мужика раньше свадьбу пугать?

Печально усмехнувшись, пытаюсь вырваться из его цепких объятий и открыть дверь. Но ничего не выходит.

Накачал тут профессор бицепсы книгами.

Умничка моя!

Я люблю жамкать мышцы!

- Кто там? – произношу я охрипшим голосом, отчего Тим просыпается и непонимающее на меня смотрит.

- Машунь, это папа. – произносят за дверью.

- Открыто! – кричу я, чем еще больше заставляю нахмуриться профессора.

Обожаю, когда он хмурится.

Сразу такой секси!

Как я уже заметила первые пару минут после пробуждения Тимусенок, вообще ничего не понимает. Амнезия временная.

Забавный он такой в тот момент!

Прям ставь камеру и снимай комедию!

Открыв дверь, папа заходит. Увидев меня в объятиях хмурится, затем смотрит на странное выражение лица профессора.

- Что это с ним? – спрашивает он. –Заболел?

- Не-а. Он уже старенький. По утрам компьютер долго загружается. – произношу я, целую Тима в щечку и говорю ему – Меня надо отпустить. Там сидит программист и если ты меня не отпустишь, он тебе одну программку удалит.

Тимусенок все также непонимающе смотрит на меня, но отпускает. Встаю и сажусь на кровать. И лишь сейчас замечаю, что папа не один, а с Нинель. Нинель мнется у входа в комнату.

- Доброе утро. – произношу я, старательно не глядя на Нинель.