Водитель моего мужа - Агата Лав

— Я принесу таблетки.

— Нет! Они перестанут действовать рано или поздно.

— Оля, что ты предлагаешь? Я не понимаю тебя…

— Я хочу, чтобы ты уехал. Я не знаю как и насколько, мне все равно. Лишь бы не снова как в баре… Я не могу больше видеть вас вместе. Он сумасшедший, Паша! Он может сделать с тобой, что угодно. Если он только заподозрит, только… только… если...

Паника. Женская эталонная паника. Я подхватываю ее и силой усаживаю на стул, а потом нахожу таблетки и той же силой заставляют их принять. Лучше бы укол, но ампул нет. Я случайно обливаю ее водой, когда даю запить пилюли, и все же роняю несчастный стакан на пол. К счастью, он не разбивается, угодив на краешек овального ковра.

Ольга постепенно затихает и на добрую минуту закрывает глаза, стараясь восстановить дыхание. Она берет себя в руки и возвращается ко мне, смотря острым взглядом. Таблетки не могли подействовать столь быстро, так что она уняла душную истерику собственными усилиями.

— Прости, — шепчет она, обнимая мои пальцы. — Я напугала тебя.

— Всё в порядке, просто дыши. Глубже, да, да, так. Молодец. Сейчас отпустит.

Я дышу вместе с ней и сбрасываю полыхнувшее по нервным окончаниями напряжение.

— Я не могу увезти тебя сейчас. Если поспешить, вы не минуете первый же пост. У Димы слишком много связей, чтобы полагаться на случай.

— Я понимаю, да.

— Он ничего не знает. Дима разговаривает со мной как с приятелем и делился опасениями. Он подозревает кого угодно, кроме меня.

Я знаю, что могу в любой момент попасть в круг подозреваемых и Ольга слишком остро реагирует на меня. Но выбора действительно нет. Если ее вывезти сейчас, без утвержденного и проплаченного маршрута, он, скорее всего, перехватит мою машину и тогда у него не останется сомнений насчет ее измены. Вот тогда включится настоящий жестокий каток.

Нам его не пережить.

— Последний раз, хорошо? — я заглядываю ей в лицо и стараюсь подбодрить как могу. — Думай об этом. Он в последний раз разговаривает с тобой, в последний раз стоит рядом, в последний раз может дотронуться, в последний раз может оскорбить.

— В последний, — Ольга подхватывает мою молитву и кивает. — Больше никогда.

— Я тебе обещаю, малыш.

Мой телефон отзывается мелодичной трелью, и я достаю его из кармана.

— Дима, — бросаю Ольге и отвечаю на звонок. — Босс.

— Ты с Ольгой на Красном? — хмурый уставший голос, который подсказывает мне, что Дима спал явно меньше меня.

И это херово. Значит он крутил дерьмо в своей голове очень долго и, скорее всего, безостановочно.

— Конечно.

— Я сейчас подъеду с парнями.

— С охраной? — я глушу вопрос “зачем?” и сжимаю ладонь Ольги крепче, чувствуя, как она вновь напрягается.

— Охрана едет во второй машине. Ладно, жди. И разбуди ее, если она еще спит.

Дима отключается, а я слепо смотрю перед собой еще пару секунд. Меня пробуждает Ольга, она накрывает второй рукой мою ладонь и я вдруг понимаю, что зверски передавил ее пальцы, забывшись. Но она молча терпит и ждет, когда я вновь смогу говорить.

— Ты уезжаешь, — резко поднимаюсь на ноги и утягиваю ее вверх следом — Прямо сейчас.

Глава 34

Не знаю, что значат слова Димы. Почему он решил приехать на двух машинах и кого он подразумевает под “ребятами”... И для чего, черт возьми?!

Это неважно и останется неважным, если я успею вывезти Ольгу. Я обнимаю ее за плечи и веду к входной двери, попутно набирая сообщение SOS по своим каналам. Потом набираю водителя, который должен был подать машину после отмашки, и проклинаю длинные гудки.

— Паша? — он отвечает, но удивлен, что я сделал звонок раньше времени.

Я же заставляю Олю остановиться у двери и наклоняюсь к нижнему ящику комода, который раскрываю излишне резким рывком. Все-таки нервы пошаливают, надо срочно успокоиться и не думать, как дорого стоит каждая секунда простоя.

— Ты где? — бросаю в трубку. — Ты нужен мне на Красном через пять минут. Ты или кто-то другой.

— Но машина не готова.

— Плевать. Подойдет любая. Пять минут.

Отключаюсь и отдаю телефон Оле.

— Сейчас придет смс с номером и маркой, прочитаешь вслух, — сам я опускаюсь на пол и запускаю руку в нишу, нащупывая дно верхнего ящика.

Со второй попытки я нахожу тайник и срываю с клейкой ленты спрятанный пистолет, следом достаю запасную обойму и прячу ее в карман пиджака.

— Серый Opel, 652.

— Хорошо, — я киваю ей и проверяю оружие, которое не видел полгода.

Я спрятал его на всякий случай, когда впервые признался себе, что Дима может выйти из-под контроля и натворить страшных дел. Тогда я, правда, думал, что для этого ему понадобится шумная пьянка или состояние аффекта, но я понял главное — в нем иногда ужасающей вспышкой просыпается лютая ненависть к жене. Я увидел тогда приступ его ярости, с которым он справился самостоятельно, и запомнил на будущее, что может сложиться так, что его придется останавливать. Любой ценой.

— Зачем тебе пистолет? — Оля боязливо косится на мои пальцы, сжимающие огнестрел, и машинально качает головой.

— Телефон пусть будет у тебя, — я беру ее за локоть и вывожу из квартиры. — Ответишь на звонок, водитель сообщит, когда будет на месте.

— Ты же поедешь со мной?

— Да. План изменился.

Оля по привычке тормозит у лифта, но я увлекаю ее дальше, к стальной двери, за которой бегут лестничные пролеты. Так безопаснее, хотя и дольше. Я чувствую подвох. Внутренним натренированным чутьем, которое просыпается, стоит мне оказаться в адреналиновой ситуации. Все профессиональные рефлексы просыпаются и внутри зажигается гадкая усмешка, что я слишком долго врал себе, что забыл каково воевать и рисковать. Всё я помню, и даже ловлю дерьмовый раж, который впрочем зажигается всего на мгновение и тут же потухает, стоит вспомнить, что я не один, а с Ольгой.

На кону слишком много.

А у меня один пистолет, две обоймы и машина, которая, дай бог, приедет вовремя.

И еще Арс. Но он ничего не сообщил мне о второй машине и непонятных планах Димы. Почему, мать его? Не знал? Не смог?

— Паша, — Оля вырывает из мыслей и наваливается на меня всем телом.

— Что? Голова кружится?

Я задал слишком быстрый темп для нее, застучав по ступенькам со скоростью изматывающей тренировки. Мне все равно, а она женщина. И я ведь дал ей таблетки. Они действуют и мешают ей двигаться быстро, но она хотя бы спокойно дышит и смотрит на меня взглядом без слез.

— Время есть, — успокаиваю ее и обнимаю за талию, чтобы страховать. — Бежать необязательно.