Летний сон в алых тонах - Кристоффер Хольст

Бум, бум, бум.

Меня разбудил утренний стук Рози в дверь.

Я широко зевнула и потянулась у себя на чердаке. Привычно стукнулась головой о потолок и одновременно почувствовала, как между висками нарастает боль. Ох, вот ты черт. Ну, конечно. Это все вино. И мохито в придачу. Мне срочно нужна таблетка от головной боли. А может, две. Плюс несколько чашек крепкого кофе. Но как раз с этим Рози может мне помочь. А для начала я, пожалуй, должна открыть ей дверь.

Я сползаю с матраса и начинаю потихоньку спускаться по лестнице. Но на середине останавливаюсь как вкопанная. И ошеломленно смотрю во все глаза на то, что лежит у меня на диване. Головная боль вдруг становится вдвое сильнее. На моем диване лежит мужчина. Он лежит, зарывшись носом в подушку, а одеяло за ночь соскользнуло с него и упало на пол. Выставив на полное обозрение его голую задницу и светло-коричневую от загара спину. На шее – завитки темных волос.

Адам.

Снова раздается стук. И следом до меня доносится голос Рози: «Эй! Пора вставать! Утренний кофе!»

Дьявол. Д.Ь.Я.В.О.Л.

Я едва не падаю с лестницы прямо на деревянный пол и принимаюсь в панике метаться в поисках халата. Сотни мыслей скачут в голове, словно шарики для пинг-понга. Чем мы вчера занимались? Было ли что-нибудь между нами? Мы же не… Да. Да, именно этим мы и занимались. Я переспала с сыном моей новой соседки. Он переспал со мной. Мы переспали друг с другом.

– Эй, есть кто живой? – надрывается Рози по ту сторону двери.

Я подскакиваю к дивану и с такой силой толкаю Адама, что он переворачивается на спину. Растерянно открывает глаза и недоуменно оглядывается.

– Вставай, черт возьми!

– Чего?

– Вставай, говорю! Там за дверью твоя мать. Ты должен спрятаться.

Он садится на постели, ошалевший и ничего не понимающий. Я помогаю ему встать и показываю на кухню, где рядом с плитой есть хозяйственный шкаф, который почти пустует, если не считать хранящегося там пылесоса.

– Полезай туда!

– Издеваешься?

– Нет! Быстрее.

– Дьявол.

Адам заворачивается в одеяло и, стараясь ступать как можно тише, подходит к шкафчику, забирается внутрь и прикрывает за собой дверцу. Однако она не желает закрываться до конца, и кусочек его стопы продолжает торчать наружу. Блин, вот засада. Но если я сейчас не открою, то Рози встревожится и пойдет звонить в полицию. Ведь убийства на Буллхольмене вещь вполне привычная.

Быстренько оглядев себя в зеркале, я открываю дверь.

– Ну наконец-то! – восклицает Рози. – Погода сегодня совершенно замечательная! Предлагаю завтрак в саду со сливочным сыром и мармеладом из бузины. Я как раз поставила в духовку булочки.

По правде сказать, мысль о еде сейчас не кажется мне привлекательной. Для начала я должна принять таблетку парацетамола. Но потом я, разумеется, не откажусь посидеть на солнышке в компании свежих булочек. Оглядев Рози, я прихожу к выводу, что она и в самом деле выглядит бодрой и свежей.

– Который час? – спрашиваю я.

– Половина девятого.

– Как тебе удается выглядеть так бодро в такую рань? Разве вчерашнее «Примитиво» не дает о себе знать?

– Я стойкая женщина. И кроме того, я улизнула раньше, чем успела окончательно захмелеть. А вы еще долго вчера сидели?

Я провожу рукой по копне сена, в которую за ночь превратились мои волосы (моя прическа очень странно реагируют на алкоголь и поздние вечера), и чувствую, как краска стыда заливает мои щеки.

– Да, немного. Но потом мы тоже устали. И Адаму надо было успеть на последний паром…

Рози кивает.

– Но правда, очень миленький ресторанчик?

– Чудесный, – отзываюсь я. – Нужно ходить туда почаще, тамошний бургер с курицей и соусом из плодов манго это что-то неземное.

– А я что говорила! Ну ладно, давай приводи себя в порядок, а я пойду поставлю варить кофе и посмотрю, чтобы булочки не пригорели. Встречаемся у меня в саду через четверть часа, идет?

– Конечно!

– Вот и славно. И прихвати с собой Адама, если он, конечно, не хочет провести весь день в кладовке. Ему тоже не помешает немного позавтракать.