Пьяная боль - Тата Кит

— Чеши уже, звездун, — усмехнулась и одарила его щедрым поджопником, чтобы не задерживался.

Оставшись в комнате с самой собой, провела пальцами по волосам, чтобы привести их в некое подобие порядка и ухоженности. Не вышло. Как было лохматой мочалкой после душа, так и осталась.

Взяла с полки свежие трусы, быстро их надела. Сменила футболку Дениса на свой обычный домашний костюм, состоящий из голубых шортов и такой же футболки.

Напоследок взглянула на себя в зеркало. Для знакомства с родителем прикид, конечно, так себе, но в любом случае лучше, чем без трусов и с торчащими сосками.

Вошла в кухню, где мужчины о чем-то вполголоса переговаривались, но, заметив мое приближение, прекратили обсуждение и оба мне улыбнулись.

— А вы чего пустой чай пьёте? — всполошилась, увидев как мужчины пьют горячий чай, даже не взяв конфет и печенья. Потянулась к верхнему ящику гарнитура и достала из него вазочку со сладостями. — Вы, может, голодный, Михаил Ильич? Давайте, я вам запеканку согрею. С ужина осталась.

— Не стоит, — немного смущенно улыбнулся мужчина.

— Грей, — решительно заявил Денис. — Я что-то жрать захотел.

— Лапу до утра пососешь, — вскинул брови его отец и обратился ко мне. — Правда, Полина, не нужно. Уже поздно и я без предупреждения…

— Вот именно, уже поздно — я грею, — ответила я столь же смущенно, как и он. — А Денис всё равно ночью схомячил бы эту запеканку прямо из духовки. Так что так даже лучше.

— Ну, теперь понятно, почему ты перестал у Жорика завтракать, — рассмеялся Михаил Ильич и откинулся на спинку стула. — Он, кстати, ревнует и возмущается, когда ты не являешься к завтраку.

— Говоришь, ревнует поварёшка? — ехидно произнес Денис и поиграл густыми бровями.

— Ой, не! — махнул рукой его отец и попытался откреститься от своих слов. — Я тебе этого не говорил. А то ты и мертвого достанешь.

— Поздно, — зловеще ответил Денис и я поняла, что ничего не поняла.

— Жорик — это повар нашего… начальника, — поспешил мне объяснить Михаил Ильич. — Ну, а Денис уверен, что раз уж он повар, то, значит, непременно пидор. Не знаю, почему он так решил, но остановить их идиотские подколы друг над другом никто не в силах. Просто два великовозрастных идиота дразнят друг друга как пацаны малолетние.

— А, ну это же Денис, — изрекла я глубокомысленно, на что мужчина понимающе кивнул.

Достала запеканку из духовки и разложила ее по тарелкам перед отцом и сыном.

— Сейчас не понял, — насторожился объект обсуждения.

— Великовозрастный пацан, — щелкнула его по носу и едва хотела отойти в сторону выдвижных ящичков, чтобы достать мужчинам вилки, как оказалась поймана Денисом за руку и прижата к крепкому теплому телу.

— Это я-то пацан? — деланно возмущался он, пытаясь меня пощекотать своими загребущими ручищами.

— Не балуйся, — шлепнула его по руке и смущенно опустила взгляд, когда заметила, как Михаил Ильич прятал улыбку за ободком кружки. — Мы же не одни.

— Все свои, — расслабленно ответил Денис и бесстыдно поцеловал меня в губы на глазах у отца.

Отстранилась. Строго посмотрела в глаза бородатому проказнику, который не показал ни капли страха и стеснения.

Осуждающе вздохнув, быстренько сообразила на стол овощную и сырную нарезку. Поставила всё перед мужчинами и сама села рядом с Денисом на соседний стул, который он со скрипом поспешил придвинуть ближе к себе.

— Вам, может, чай еще подлить, — предложила я Михаилу Ильичу, который продолжал едва заметно улыбаться, наблюдая за собственным сыном.

— Нет, Полина, спасибо. Мне этого вполне хватит. Я даже не рассчитывал на такой прием в этой квартире. Всё очень вкусно и… неожиданно, — на последнем слова он с легкой укоризной взглянул на сына.

— А я чё? — спросил с полным ртом Денис. — Я тебе тоже чайник кипятил. Иногда.

— Говори уж как есть, — подтрунил его Михаил Ильич. — Никогда — твоё иногда.

— Не зуди. Ешь, пока не остыло.

— Или пока ты не съел, — рассмеялся мужчина, наблюдая за тем, с каким аппетитом ел его сын. — Полина, мне кажется, он тебя объедает.

— О, нет! — улыбнулась мужчине и переплела свои пальцы с пальцами Дениса, которыми он поглаживал моё колено под столом. — Он обычно пытается меня накормить, пихая больше, чем я могу съесть.

— Ну, — пожал Михаил Ильич плечами. — Тоже, вроде бы, забота.

— Да я и не жалуюсь, — сильнее сжала руку под столом. — Денис хороший.

— Слышал? — пафосно спросил жующий сынишка у отца. — Я — хороший.

— Но балбес редкостный, — рассмеялся Михаил Ильич.

— Да, — согласилась я с ним и тоже не смогла сдержать смех, глядя на возмущенного Дениса с полным ртом.

— Я тебя запомнил, — пригрозил он.

— Только не забудь, — ткнула его в бок локтем.

— Это я могу гарантировать, — ответил за него Михаил Ильич и достал из кармана брюк жужжащий телефон. Взглянул на экран и торопливо произнес. — Так, молодежь, мне пора. Полина, спасибо за поздний ужин. И прошу еще раз прощения за столь неожиданный визит. Теперь буду знать, что нужно предупреждать заранее.

— Ничего, — махнула я рукой и тоже встала из-за стола вслед за мужчиной. — Я тоже постараюсь вас в следующий раз не бить по голове. И другим частям тела тоже.

— Буду признателен, — изобразил он поклон и прошел в прихожую.

Отточенными движениями надел туфли и завязал на них шнурки.

В это время ко мне подошел Денис и, встав сзади, приобнял за талию, положив подбородок на плечо.

— Ох, чуть не забыл! — всполошился Михаил Ильич и снова достал из кармана брюк телефон.

— Серьёзно? — рассмеялся Денис, но уже встал в максимально выгодную позу для демонстрации своих трусишек. — Давай, папарацци, щелкай.

— Полину не загораживай, позёр, — проворчал отец, наводя на нас камеру телефона.

— Я, наверное, лучше отойду, — предложила я и была поймана Денисом за талию.

— Я буду фоткаться только с тобой, — проворчал он и прижал меня к своему обнаженному торсу. Придерживая меня одной рукой, облизал указательный палец свободной руки и прошелся по своему соску. — Я должен блистать, — пояснил Денис, чем вызвал синхронный смех у меня и Михаила Ильича, который продолжал нас фотографировать.

— Ладно, хватит! — остановил мужчина фотосессию и убрал телефон в карман брюк. — А то я точно опоздаю с вами.

— Так, может, вы останетесь. Поздно уже. Мы вам в гостиной можем постелить, — предложила я мужчине, который уже поворачивал пучку входной двери, чтобы выйти.

— Нет, Полина, спасибо. Я бы с радостью, но у меня работа, — тепло улыбнулся он и, коротко кивнув, добавил. — Рад был знакомству. Спокойной ночи и спасибо за ужин.