Кошка, живущая на крыше - Мария Зайцева

- Вернись, дура! Куда помчалась? Я тебя кусаю что ли?

Мне это его рычание только больше сил придало для сопротивления.

- Отпусти. А то сейчас закричу, и люди полицию вызовут. Тебе хочется заявление за домогательство? Я тебе устрою!

Он выдохнул, совершенно очевидно пытаясь вернуться в то привычно-спокойное расположение духа, в свою любимую маску альфача и весельчака.

- Катя. Я не сделаю тебе ничего плохого. Поверь мне. Ну чего ты дичишься? Зачем убегаешь? Я же не трогаю тебя, не...

- И сейчас не трогаешь?

- Сейчас я пытаюсь до тебя достучаться, поговорить, убедить...

- Методы убеждения у тебя неправильные. Я уже все сказала. Отпусти меня.

Я смотрела ему прямо в глаза, и поэтому опять смогла уловить мелькнувшую на мгновение тень того хищника, что явился в кафе и насторожил.

Но это было в этот раз настолько мимолетно, что можно и ошибиться.

Вадим отпустил меня, выдохнул. Открыл рот, чтобы сказать еще что-то, но я слушать не стала. Развернулась и рванула в офис.

Спиной чувствуя его злой взгляд. Прицельный. И опасаясь повернуться, чтоб убедиться в правильности ощущений.

В офисе я немного пришла в себя, выпила кофе из автомата, попыталась работать со слонятами для сети цветочных магазинов.

Но вообще не шло. Не получалось. Перед глазами все время был злой, какой-то нечеловечески жестокий взгляд Вадима, то , всего на краткий миг приоткрывшее завесу его, истинного, выражение его лица.

Я психанула, пошла к Антону с требованием забрать у меня клиента. Но тот, страшно удивившись, помахал перед носом трубкой, где виден был недавний входящий от Вадима.

- Он мне звонил и просил, чтоб работа с ним велась только твоя.

- Да мне плевать!

- Катя, угомонись. Что случилось у вас?

Я села за стол, попыталась внятно объяснить, но Антон только головой покачал.

- Кать, я не знаю, что у вас произошло, но... Понимаешь, он очень перспективный клиент. Мы, благодаря его рекомендации, получили еще троих заказчиков. Мы в эту нишу влезли, ты не представяешь, что это значит. Ты не знаешь, какие там бабки! Они же раньше только с международными агентствами работали. А тут... Я только-только хотел тебя вызывать, на встречу ехать, потому что он именно тебя рекомендовал, как самого лучшего  дизайнера... И тут такое... Ты же меня режешь просто. Убиваешь.

- Я не могу с ним работать! Не хочу!

- Катя... Скажи, я шел тебе навстречу? Всегда? Ты работала в удобном для тебя режиме, столько, сколько хотела... И платил я тебе хорошо, правда?

Черт...

Короче говоря, я ушла ни с чем. Хотя и выбила из Антона напоследок обещание без нужды меня на встречи не тягать. Особенно с Вадимом.

За остаток рабочего дня настроение мое не изменилось, хотя парочка успокоительных привела нервы в относительный порядок.

Вадим не звонил и не писал, и я решила, что, возможно, хотя бы часть моего послания до него дошла.

А вечером того же дня, подходя к подъезду и разглядывая здоровенного белого медведя, размером с трех меня, сидящего на капоте знакомой до боли машины, я поняла, что ничего до него не дошло.

И что я попала.

На следующий день я после работы свинтила к Ларе, подозрительно молчащей  на мои смс и не отвечающей на звонки.

Подруга оказалась дома, открыла дверь, оценила  мое остолбенелое выражение лица, молча вернулась в комнату.

Я следом. Тоже молча. Потому что... Ну что тут скажешь?

Села на диван, оглядела Лару, вздохнула. Да, ничего не скажешь.

Ее роскошные волосы, в которые были влюблены все парни института, длинные, отросшие ниже попы, теперь были обрезаны под самые уши и растрепанной копной торчали в разные стороны. Из-за этого глаза, и без того огромные, стали просто нереальными. А залегшие под ними тени придавали дополнительного трагизма образу. Лара, казалось, еще сильнее похудела, совсем тростиночкой стала. Я на полсекунды представила ее рядом с медведем Леликом и поежилась. Страх...

- Нравится? - коротко спросила подруга, доставая тонкие сигареты и эффектно прикуривая.

Я поморщилась, подошла и вырвала сигарету из пальцев, показательно туша и выбрасывая.

- Очень дешево, Лар.

- Да? А другим нравится...

- Кому? Что происходит вообще? Лелик как к этому, - тут я кивнула на ужас на ее голове, - отнесся?

- А он еще не в курсе, - промурлыкала Лара, взъерошив растрепанную шевелюру. - Сюрприз ему будет...

- Лар, - я взяла ее за руку, повела с собой, усадила на диван. - Говори давай, что случилось?

- Он мне изменяет, Коть, - тихо и горько сказала Лара, тускло блеснув сухими  глазами.

- Да прекрати ты! - нет, до определенного момента это было забавно.

Вот серьезно, даже весело было наблюдать за их горячими разборками, визгом Лары, понурым молчанием с периодическим офигеванием от творящегося кошмара Лелика. Это было забавно.

Потому что всегда ощущалось, где-то на глубинном уровне, что это все шалости. Ну, как брачные пляски бабуинов. Чем выше подпрыгнет, тем больше внимания.

Никому никогда не верилось, что Лелик способен хотя бы посмотреть в сторону другой женщины. Только не он. Для того, чтоб полностью в этом увериться, достаточно было хотя бы разок увидеть их рядом. Увидеть бешено-влюбленный взгляд Лелика, который в буквальном смысле глаз не сводил с Лары, всегда, в любой ситуации держа ее в зоне видимости. Даже общаясь с друзьями, даже выпивая, даже находясь в мужской компании, он все равно краем глаза Лару отслеживал. Это было до того заметно, что вызывало смех.

И из-за этого вся Ларина ревность казалась надуманной. Так, чтоб градус в отношениях поддержать.

Всем было понятно, что пошумит, покидается вещами, побесится, и все вернется на круги своя.

Но вот сейчас мне было уже не до смеха.

Лара выглядела полубезумной, с этими своими огромными анимешными глазами, тонкими запястьями и короткой ассиметричной стрижкой. И говорила сумасшедшие какие-то вещи. Лелик - изменил? Да это самое последнее, что он сделает в жизни! Да я скорее поверю, что Лара сорвется в загул и по глупости натворит дел.

- Он. Мне. Изменяет. - Раздельно и внятно повторила Лара.

- Лар...

- Я видела. Его. И ее. Я проследила. Коть. Что мне делать? Коть, что?

Самое страшное в этой ситуации было, что Лара не плакала. Она, обычно очень легкая на слезу, способная зарыдать от любой мелочи, сейчас смотрела сухими глазами и даже не моргала. И вот это пугало до невозможности.

- Где ты его видела, Лар?